Маскарад с разоблачениями - Глисон Колин - Страница 2

— Добрый вечер, миледи, — обратился к ним Филипп, снова сняв шляпу. — Как вы обе прекрасны в этот вечерний час! Надеюсь, вы позволите разбойнику похитить королеву на вальс, раз она отказывается расстаться со своими сокровищами.

— О, конечно! — воскликнула леди Мелли, основательно подтолкнув Викторию к Рокли.

К счастью, Филипп уже привык к энтузиазму леди Мелли и успел поймать Викторию за локоть, прежде чем та со всеми своими юбками споткнулась о его сапоги.

— Итак? — спросила она, интимно обхватив пальцами его теплую мускулистую руку.

И он увлек ее к танцующим. Только закончился сельский танец. Виктория разминулась с золотоволосым мужчиной в костюме средневекового лютниста. На нем была маска цвета крепкого чая, но топазовые глаза блеснули сквозь прорези и поймали ее взгляд.

По телу Виктории побежали мурашки, внутри что-то перевернулось — она его узнала. Пронизывающий взгляд и легкая усмешка в уголках полных губ. Несомненно, Себастьян Виже. Но что он здесь делает?

На этот раз Виктория все-таки споткнулась о проклятые юбки. Филипп плавно привлек ее к себе, оставшись на приличном расстоянии, и повел в танце на три такта.

Даже ощущая руку Филиппа на талии и утешительное тепло его пальцев на своей ладони, Виктория невольно следила глазами за лютнистом в маске. На нем была надета изумрудная рубаха с золотистой накидкой. В такой яркой одежде трудно затеряться в толпе.

В последний раз она видела Себастьяна Виже в «Серебряном кубке». Принадлежавший ему паб располагался в опасной близости от Сент-Жиля. Клиентуру составляли главным образом вампиры, хотя захаживали и отважные или неосведомленные смертные.

Себастьян каким-то образом распознал в Виктории венатора и не скрывал, что очарован. Потом тот момент в его кабинете…

— Вы так молчаливы, дорогая, — прервал ее воспоминания Филипп. — Надеюсь, мое появление не нарушило ваших планов, записанных в бальной карте? Хотя я должен признаться, что готов отстаивать свое право на вальс с вами. Или, смею надеяться, вальсы?

Виктория виновато улыбнулась. Она не раз отказывала ему или прерывала танец, когда долг призывал ее выследить и проткнуть вампира.

— Вальсы. Я с радостью принимаю множественное число, если вы не вздумаете похитить драгоценные шпильки из моей прически. Я, сэр Робин, наслышана о проворстве ваших пальцев.

В его глазах блеснуло одобрение.

— Как я имел смелость признаться, ваше величество, меня влекут не драгоценности.

— Что же вы цените выше? — спросила она, забывая о Себастьяне Виже, вампирах и обо всем, кроме склонившегося к ней высокого мужчины.

— Нечто бесконечно более ценное и восхитительное…

В этот в высшей степени неподходящий момент Виктория ощутила знакомый холодок в затылке. Она знала, что причина ледяного покалывания не сквозняк. Чутье венатора предупреждало, что рядом вампир.

Проклятие!

Решив на время забыть о предупреждении, Виктория скромно отвела глаза от теплого взгляда Филиппа. Он уже поцеловал ее однажды и ясно давал понять, что надеется на повторение.

— Вот как? — машинально ответила она, облизнув губы, и только потом заметила его внимательный взгляд.

Щеки у нее потеплели, сердце забилось чаще. Как странно: сталкиваясь с неумершими демонами, она была свободной и бесстрашной, а рядом с влюбленным в нее мужчиной чувствовала себя не в своей тарелке.

— Сдается мне, вам жарко в этом тяжелом платье, — продолжал Филипп, крепче обнимая ее за талию. — Не выйти ли нам на воздух полюбоваться луной?

Ей именно этого и хотелось, а еще найти тихий уголок, где можно поцеловаться. Однако чувство долга высоко держало свою уродливую голову, и Виктория не могла позволить себе забыть о присутствии неумершего. Нельзя было терять время, потому что вампир мог — или могла — увлечь за собой жертву.

— Я бы с удовольствием полюбовалась садом леди Петронильи, в июне он так хорош. Но, споткнувшись, я оборвала оборку на юбке и хотела бы сначала зайти в комнату отдыха. Возможно, ее смогут починить.

На миг в его глазах мелькнула досада, но Виктория ласково улыбнулась:

— В саду будет совсем темно, и я боюсь порвать ее еще сильнее.

Упоминание темного сада и улыбка, которая сопровождала эти слова, немного успокоили Филиппа.

— Хотите пить? Пока вы занимаетесь платьем, я мог бы принести лимонад.

Виктория весело улыбнулась. При первой встрече Филипп, узнав, что все ее танцы расписаны и второго раза не будет, подал ей лимонад. С тех пор это стало их тайной шуткой.

— В самом деле, мне было бы очень приятно.

К тайной радости Виктории, вальс закончился. Как только они с Филиппом выбрались на край танцевальной площадки, она выскользнула из его рук и повлекла свои неуклюжие юбки в сторону дамской комнаты. Но едва он отвернулся, сменила направление и смешалась с маскарадной толпой.

Виктория еще не настолько освоилась с чувствительностью венатора, чтобы определить, на каком расстоянии находятся вампиры и сколько их. Макс и бабушка Евстасия уверяли, что со временем она этому научится, а пока холодок подсказывал лишь, что неумерший близко.

Поскольку никто не мог войти в дом без приглашения, Виктория допускала, что он или она скрывается под маской, притворяясь одним из приглашенных. В таком случае распознать злодея будет еще труднее.

Она протиснулась между молочницей, позванивавшей двумя, к счастью пустыми, ведрами, и одетым в камзол Ромео и вдруг нос к носу столкнулась со златовласым лютнистом.

— О милый венатор, — мурлыкнул тот, подхватывая ее под руку, — я счастлив, что вы последовали за мной. Не уйти ли нам потихоньку, чтобы закончить дискуссию, начатую в «Кубке»?

— Себастьян, — ответила она скромно, стараясь не привлекать внимания и высвободив свою руку. Если мать увидит ее тет-а-тет с мужчиной, который не только не носит имя маркиза Рокли, а вовсе не имеет титула, она тут же бросится в бой, чтобы прервать их разговор. — Что вы здесь делаете?

Виктория почти ничего не знала о Себастьяне, в частности, можно ли ему доверять. Но в одном она была уверена: он не тот вампир, которого она ищет.

— Да просто веселюсь на маскараде, как и вы, я полагаю. Приятно видеть вас здесь, ma cherie, хотя, признаюсь, ваш костюм говорит о дурном вкусе, учитывая, какой печальный конец выпал на долю ее величества. По словам моего деда Борегара, это был довольно кровавый инцидент.

Она отступила на шаг. Что это — предостережение? Покалывание в затылке под волосами напомнило, что ее ждет дело.

— Зачем вы здесь? — повторила она.

Чувственные губы изогнулись в хитрой улыбке, чуть приподняв маску.

— Может быть, дело в том, что я знал: здесь будете вы, и к тому же под этой маской я чувствую себя свободнее. — Его ладонь опять скользнула ей под локоть, и он придвинулся к ней, насколько это позволяли юбки и обручи кринолина. — Я заметил, что, увидев меня, вы избавились от лорда Рокли.

Виктория поняла, что он ведет ее сквозь толпу в глубину дома. Поскольку ее все равно интересовало именно это направление, она позволила Себастьяну считать себя хозяином положения. В конце концов, сила vis bulla позволяла в любой момент вырваться и избавиться от его присутствия. Распутник Бендлеворт, попытавшись заманить ее в темный угол, убедился в этом на прошлой неделе. Кроме того, Виктория, хоть и доверяла Себастьяну не больше, чем своей способности отшвырнуть на милю пышнотелую герцогиню Фарнхем, чувствовала, что лучше не оставлять его без присмотра. Особенно если рядом вампир.

Они выбрались из толпы гостей и направились к парадной входной двери. Холодок в затылке усилился, подсказывая, что направление выбрано верно.

Вдруг Виктория услышала тихий вскрик в одной из комнат и рывком выдернула свою руку. С замиранием сердца она вытянула из-под многочисленных оборок юбки кол и поспешила вперед по коридору. Юбки зашуршали, и она прокляла себя за то, что позволила матери выбрать костюм, а не оделась, как собиралась, в легкую свободную тунику Дианы. Тогда кол можно было бы спрятать в колчан на плече.