Изумрудный шифр - Белозерская Алена - Страница 25

Олег на непонятном языке что-то спокойно говорил в трубку, и она жадно вслушивалась в чужие слова. Единственным знакомым словом было имя огромного Тони. Через минуту в кабинете появились похожий на Олега мужчина и, конечно же, Тони, который, подойдя к Луизе Фернанде, взял ее за плечо и молча потянул к двери.

– Что, – выкрикнула Луиза Фернанда, обращаясь к Вороному, – сам руки боишься испачкать?! Поэтому пригнал сюда помощников? Тупой русский мужлан! – Она брыкалась в руках невозмутимого Тони, пытаясь лягнуть его ногой. – Убери от меня свои руки, жирная задница!

Тони, не обращая внимания на сопротивление, легко толкал ее по направлению к выходу. Потом не выдержал, подхватил под руку и вышел в коридор.

– Ну и характер, – присвистнул Павел. – Огонь! Так ничего и не сказала?

Олег отрицательно покачал головой.

– Никогда не встречал такой хамки, – усмехнулся он.

– Зато хороша собой.

– Если умыть и снять эту жуткую одежду. Как она вообще догадалась надеть подобное?

Павел сел в кресло напротив Олега и задумчиво потер подбородок.

– Утром она выглядела по-другому. Вышла из квартиры своего дружка Маркуса и направилась к дому Глории. Мы подъехали как раз в тот момент, когда Луиза Фернанда убегала от преследователей. Одного она пристрелила, затем успела сесть в машину и даже пыталась скрыться. Кстати, машину она водит прилично. Потом, видя, что ее прижимают, вылетела из машины и помчалась по тротуару. Те ребята прохлопали, куда она скрылась. Впрочем, и мы едва ее не потеряли. Представляешь, всего лишь несколько минут назад была в платье и с длинными волосами, а тут Тони замечает в большой компании пацана и случайно узнает в нем Луизу Фернанду. Сначала ему никто не поверил, но мы все же решили проследовать за ними. Пацаны провели ее вдоль улицы до отеля «Амброзиано», потом она расплатилась с ними. Там мы ее и взяли. Признаться, я не ожидал такого рискованного поведения от женщины.

Олег задумчиво посмотрел в сторону.

– По-моему, ты сейчас видел, на что она способна. Луиза Фернанда нашла в доме Глории то, что искала?

Павел протянул бархатный мешочек. Олег вынул из него изумрудный браслет и восхищенно покрутил в руке.

– Лежал в ее рюкзаке.

– Что ж, отлично, – улыбнулся Олег. – Положи обратно.

Павел поднялся и внимательно посмотрел на брата.

– Она тебя заинтересовала?

– Нет, – обдумав вопрос, ответил Олег. – Мне просто любопытно, что она станет делать дальше.

Он подошел к телевизору, на котором еще была застывшая картинка с разговаривающими женщинами и, прикрыв глаза, всмотрелся в нее. Олега нельзя было назвать сентиментальным человеком, и все же ему было жаль Глорию, так рано и глупо ушедшую из жизни. Женщин у него было много, он любил их, как, впрочем, и они его, однако ни одна не оставила следа в его сердце. Одни были хороши в постели, другие были интересны в общении, некоторые из них поражали своей красотой, и с ними было приятно появляться в обществе. Глория обладала всеми этими качествами, но в ней не было страсти. Зато она была матерью его единственного ребенка и лживой сукой, которая находилась рядом с ним только для того, чтобы угодить Николасу. Который ее же и убил.

Олег отметил то обстоятельство, что Николас оставил в живых только Луизу Фернанду. По всей видимости, та даже не задумывалась об этом, считая это счастливой случайностью. Но Олег не верил в случайности, он признавал лишь точный расчет. И если Луизу Фернанду оставили в живых, то это произошло только потому, что она являлась частью хорошо продуманного плана. Просматривая запись убийства Глории, он подумал, что убийца был осведомлен о том, где находится Луиза Фернанда, и смерть Глории была спланирована таким образом, чтобы женщина, спрятавшаяся в потайной комнате, знала об этом. Видимо, Николас очень хорошо знал Луизу Фернанду, раз так тонко играл на ее чувствах, предполагая, что она обязательно вернется к причине смерти своих друзей. Он ловко вел ее по нужному ему пути, а бедная девочка даже не подозревала, что станет главным звеном в тщательно спланированной афере.

Олег подлил виски в стакан, сел в кресло и с усмешкой вспомнил недавний разговор с Луизой Фернандой. В этой женщине было нечто, что заставляло мысли постоянно возвращаться к ней. Он знал о ней с тех пор, как начал вести дела с Николасом, то есть уже почти четыре года. В то время он только переехал жить в Италию, страну, которая была его давней мечтой.

Родившись в Москве в бедной семье, где только одна мать работала, чтобы прокормить двух сыновей и пьяницу-мужа, было невозможно мечтать о том, что он сейчас имел. Да и что мог желать советский ребенок, не знающий, какой может быть настоящая жизнь? И все же, несмотря на постоянные лишения, Олег с нежностью вспоминал о своем детстве. Пусть оно было бедным, но также оно подарило людей, сыгравших большую роль в его жизни. Пожалуй, важнейшим из них был известный криминальный авторитет Юрий Викторович, по счастливой случайности, имевший квартиру в том же доме, где жила семья Вороных. Часто бывает, что, лишая одного, жизнь дает другое. И Олег, не знавший отцовской любви, с легкой руки щедрой на подарки судьбы получил любовь друга.

Юрий Викторович был простым человеком, и его отношение к окружающим было таким же. Он с легкой доступностью делился своим опытом с Олегом. Именно благодаря его влиянию формировался характер горячего и отчаянного мальчишки, только вступавшего во взрослую жизнь. Немногословный и мудрый Юрий Викторович умел видеть людей, понимать их истинную сущность, и Олег незаметно для себя учился этому. Юрий Викторович часто говорил, что в жизни все намного проще, чем мы себе представляем, и не нужно защищать дипломы по психологии, писать научные диссертации, чтобы понять человека, с которым ведешь беседу. Все самое главное в людях лежит на поверхности и, умея правильно слушать и хорошо видеть, можно максимально точно сказать, каким является человек, глядящий тебе в глаза. Будучи известным в узких кругах аферистом, Юрий Викторович тем не менее вел простой образ жизни, настолько обыкновенный, насколько мог себе позволить авторитетный вор, живущий в Советском Союзе. А Олег взрослел рядом с интересным и уважаемым человеком, постепенно становясь частью не только его жизни, но и работы.

Время после распада СССР благоприятствовало расцвету криминальных структур. Олег быстро поднимался вверх благодаря силе характера и, конечно же, протекции Юрия Викторовича. Он редко думал о тех годах, намеренно не давая неприятным воспоминаниям всплывать в памяти. Тогда можно было легко заработать большие деньги, но еще легче было все потерять. Жизнь мало ценилась, и ее было не страшно утратить, да и страха как такового не было. Позже криминал удачно прикрылся бизнесом, и Олег Вороной превратился в богатого бизнесмена. Он устраивал сделки между крупными фирмами, руководил этим процессом, прикрывал все «темные» места, за что и получал большие деньги, дающие возможность приобрести все то, чем он себя окружил. Дорогая одежда, шикарные особняки, путешествия по миру, спортивные автомобили, женщины, произведения искусства, словом, все то, для чего он родился, но что не смог получить в начале жизни.

Спустя несколько лет, купив поместье недалеко от Милана, Олег переехал жить в Италию. Италия стала для него не местом работы, а осуществленной мечтой. Вечнозеленая кипарисовая аллея и старинный особняк перешли в реальность, еще раз подтвердив довод о том что, имея деньги, можно воплотить в жизнь любую мечту.

С Николасом Рискони господин Вороной вел мало дел, но постоянно ощущал его интерес к своей персоне. Олег прекрасно понимал, чем обусловлено внимание Глории к нему. Она появилась в его жизни только для того, чтобы предоставлять сведения Николасу. Поначалу он увлекся ею. Да и как можно было обойти стороной такую красивую женщину? Но он никогда не забывал, что рядом находится человек, который предает его каждую минуту. Слова любви, что она говорила, были ложью, даримые ласки пахли работой. Олег знал, что она профессиональная воровка, но сфера ее деятельности мало беспокоила его, и пока он находил Глорию безопасной для себя, держал рядом. Видеокамеры, установленные в ее квартире, были одним из способов контроля ситуации. Когда он просматривал последние моменты ее жизни, он с горьким удивлением понял, что, несмотря на все, Глория была ему дорога. Он жалел о смерти этой потрясающей женщины, но еще больше упрекал ее в том, что она не рассказала ему о ребенке. Мысль о том, что он приходится отцом маленькой девочке, переворачивала все в душе, заставляя по-другому смотреть на мир.