Куртизанка и джентльмен - Росс Джулия - Страница 55

Сам лорд Эйр стоял в стороне с мрачным видом, внимательно глядя на Миракл. Райдер впервые заметил, какие яркие у его друга волосы и какие суровые черты лица.

У единственного сына леди Эйр, как у истинного шотландца, были огненно-рыжие волосы и нежно-золотистого оттенка кожа. Высокий и стройный, он, казалось, отлит из металла. Он поймал на себе взгляд Райдера, и его губы растянулись в дружеской улыбке, однако в глубине этих небесно-голубых глаз тлел огонь восхищения прекрасной женщиной и с трудом скрываемое желание обладать ею.

Райдеру внезапно захотелось стереть друга с лица земли.

Служба закончилась. Эйр пожал руку другу и поцеловал Миракл в щеку. Мистер Мелман принес им свои поздравления. Леди Эйр произнесла несколько сдержанно-учтивых слов и вместе с сыном покинула часовню, оставив проповедника с молодоженами подписывать необходимые документы.

Мистера Мелмана ждал экипаж. Райдер проводил его до двери, вложив в его руку мешочек с золотом.

– Для вашей паствы, – сказал он. – С благодарностью от меня и леди Райдерборн.

Пожелав молодоженам счастья, проповедник отбыл. Миракл поднесла к лицу белые розы и вдохнула аромат.

– Что теперь? – спросила она, подняв на Райдера глаза. – Пошлете сообщить новость о венчании Хэнли, надо полагать?

– Я сообщу ему лично.

– А, понимаю! А что же я?

– Эйр с матерью сопроводят вас на Блэкдаун-сквер. Путешествие не доставит вам неудобств. Ночевать будете в лучших гостиницах. Леди Эйр о вас позаботится.

Усиливая благоухание, на каменный пол часовни посыпались оторванные лепестки. Миракл повернула лицо к Райдеру, заглядывая ему в глаза.

– Вы только что спасли мою никчемную жизнь и уже хотите избавиться от меня, отослав со своим очаровательным другом в Лондон? Вы доверяете меня ему?

Райдер улыбнулся, хотя сердце его было не на месте.

– Я доверяю Эйру. К тому же его мать во время путешествия будет более чем строгой дуэньей, да и сам он прекрасно знает, что не останется в живых, если предаст меня.

Миракл, закусив губу, принялась обрывать лепестки у розы.

– Я еще когда-нибудь увижу вас?

– Господи, конечно! Я пришлю за вами, как только будет возможно. – Миракл отвернулась, и Райдер остановил взгляд на белых лепестках, просыпавшихся дорожкой по полу. – А приедете вы ко мне или нет, зависит только от вас.

Плечи Миракл застыли в напряжении, но она рассмеялась.

– Если вы пришлете за мной, самые дикие лошади не испугают меня. Ибо как еще я могу отомстить вам?

Дверь заскрипела, и в часовне появился лорд Эйр. Красота его вскружила не одну женскую головку. Это обстоятельство, никогда прежде не волновавшее Райдера, теперь не давало ему покоя.

– Экипаж почти готов, – объявил шотландец. – Леди Эйр желает тронуться в путь как можно скорее. Если вы не против, леди Райдерборн.

Миракл оторвала розовый бутон из того, что осталось от букета, и воткнула в волосы. Нераскрывшиеся лепестки ласкали щеку. Райдер внимательно смотрел на Миракл, пытаясь прогнать от себя образы Офелии и маков, предвещавших трагедию. У него даже не будет возможности поцеловать ее на прощание.

– Да, – ответила она. – Благодарю вас, лорд Эйр. Если позволите, я на минуту зайду в свою комнату, чтобы забрать кое-какие вещи.

Оставляя за собой шлейф лепестков и глубокой печали, Миракл двинулась к выходу.

Эйр снова пожал Райдеру руку:

– Рад возможности сопровождать твою жену в Лондон, Райдер, но что, черт возьми, у тебя за важные дела, что ты не можешь отвезти ее сам?

Прежде чем Райдер успел ответить, Миракл обернулась в дверях и одарила Эйра самой ослепительной из своих улыбок, ироничной, полной насмешки и куража. Райдер почувствовал укол ревности.

– Мой муж должен ехать в Уайлдшей один и немедленно, – ответила она. – Чтобы сообщить новость матери лично.

Высокие башни Уайлдшея виднелись издалека. Под синим летним небом вяло свешивалось с флагштока знамя с драконом. Путешествие было длинным и утомительным. После встречи с Хэнли Райдер ехал день и ночь, не останавливаясь, и проделал более трехсот шестидесяти миль за тридцать часов.

Наконец экипаж проехал под арочным мостом и остановился во дворе. Несмотря на ужасное напряжение предыдущих трех дней, он быстро добрался до дома. Высокие башни и гулкие коридоры проливали бальзам на его исстрадавшееся сердце.

Первым делом Райдер заглянул к себе, чтобы помыться и сменить одежду. Камердинер побрил его и подровнял ему волосы без единого слова, будто внезапное, без предупреждения, возвращение после необъяснимого отсутствия лорда Райдерборна, напоминающего своим видом цыгана, было в порядке вещей. Лакей подал сандвичи и горячий кофе. К еде Райдер не притронулся, но чашку черного кофе, прежде чем отправиться на встречу с матерью, выпил.

Проницательная Миракл видела его насквозь. Не замечать сложности создавшегося положения было невозможно. Без поддержки герцога и герцогини Блэкдаун, в которой Райдер далеко не был уверен, их брак потерпит крах.

Мать прогуливалась в своем розовом саду. Воздух был густ и тяжел от аромата цветов. Солнце немилосердно палило, нагревая каменные стены и изящную скульптурную группу.

Оторвавшись от созерцания распустившейся алой розы, герцогиня подняла взгляд на приближавшегося к ней по гравийной дорожке Райдера. Ее глаза под шелковым кремовым парасолем смотрели на сына настороженно и с явным интересом, как будто на незнакомца, от которого она не знала, чего ожидать: утешения или вести о несчастье.

Остановившись, Райдер поклонился:

– Ваша светлость? Надеюсь, вы здоровы?

– Мои розы сплошь покрыты тлей, – сухо ответила она. – Придется Паттерсону побрызгать их мыльным раствором.

– Я прослежу за этим. Должен извиниться перед вами, если за время моего отсутствия садовники пренебрегали своими обязанностями.

Герцогиня выгнула изящную бровь и сделала движение рукой. Роза взорвалась дождем красных лепестков, оставив на стебле лишь обнажившуюся сердцевину.

– Вы, как я погляжу, горите желанием сбросить с себя бремя ответственности, сэр. Можете ли вы дать отчет о ваших приключениях, не оскорбляя нежных материнских ушей?

– Пожалуй, нет, – ответил Райдер. – Хотя у меня, тем не менее, есть для вас важная новость.

Герцогиня со смехом взяла Райдера под руку:

– Давайте прогуляемся, и вы мне все расскажете. Сюда приезжал Хэнли. Понятия не имею, что вас связывает с этим пренеприятным человеком, но я решила, что мне должно поставить вас в известность о его неуместном любопытстве к вашим делам и о выдуманной им истории. Гай Деворан нашел вас?

– Прозорливость вашей светлости, как всегда, изумляет. Гай безукоризненно справился со своей миссией, и не выразить словами, как я ему обязан. Благодарю вас.

Дорожка за коваными воротами вела в обнесенный стенами внутренний двор. Герцогиня выпустила руку Райдера, и он открыл перед ней калитку. Она сложила свой парасоль и присела на скамью под густыми ветвями вековой вишни.

– Я опасалась, что вы собираетесь вступить в сделку с дьяволом.

Райдер принялся расхаживать по мощеной дорожке.

– Собирался и сделал это.

– Боюсь, ваше соглашение с Хэнли нечто большее, чем карточные долги или спор из-за лошадей?

Райдер повернулся к ней.

– Да, – ответил он. – Я женился на его любовнице.

Воцарилось молчание. Райдер пристально смотрел на мать, потрясенный. Впервые в жизни он лишил герцогиню не только дара речи, но и всяких видимых признаков жизни. Она сидела совершенно неподвижно, лицо ее приобрело мертвенную бледность, веки опустились.

Шелестела листва, слышался крик чаек над годовой. Герцогиня открыла глаза – тот же темный изумруд в обрамлении черных ресниц, который он видел в зеркале каждое утро.

– Брак узаконен? – спросила она с поразительным спокойствием.

– Мы обвенчались в Моссхольме. Он не только узаконен, но у меня нет намерения расторгать его когда-либо в будущем.