Призрак счастья - Рощина Наталия - Страница 81

— Я не думал об этом. Не было повода. Женщина, с которой я мечтаю начать новую жизнь, находится гораздо ближе, — пристально глядя на Литу, ответил Антон.

— Мы снова будем говорить об этом?

— Только об этом. Скоро закончится обустройство моего нового жилища — загородный дом в двадцати минутах езды от центра. Я бы хотел, чтобы ты женским взглядом посмотрела на него, посоветовала, что придаст ему больше уюта.

— Почему я? Зачем тебе мой вкус?

— Я надеюсь, что этот дом со временем станет твоим. — Сайко заерзал в кресле. Он достал портсигар и остановился в нерешительности.

— Можешь курить, — сказала Мартова. Поднявшись, она принесла с рабочего стола пепельницу и придвинула ее к Антону. Он жадно закурил сигарету, выпуская длинные, узкие полосы дыма в сторону. — Меня не раздражает запах табака. К тому же я в любой момент могу включить очиститель воздуха.

— Ты никак не реагируешь на то, что я сказал, — выдохнув очередную порцию дыма, заметил Антон.

— Я восхищаюсь твоей откровенностью.

— Я меньше всего нуждаюсь в этом, Лита.

— Мне нечего тебе ответить. Обманывать и водить за нос не хочу, а принять сейчас такое откровенное предложение не могу. — Мартова опустила глаза, не выдержав тяжелого взгляда Антона. — Я совершенно не понимаю себя. И объяснить толком не получится. Во мне существуют одновременно несколько женщин. Каждая думает и чувствует по-своему — это нелегко.

— Ты говоришь загадками. Мы всегда были откровенны друг с другом. Я прямо, без уловок решил открыть карты. Я давно влюблен в тебя и считаю, что настало время, когда я могу говорить об этом открыто. Давай попробуем, Лита. Мне кажется, мы подходим друг другу. В нас уже нет юношеской наивности, и уже есть несомненный опыт прошлого. Он поможет не совершать глупостей и ценить каждый прожитый день. Я с ужасом считаю дни, которые провожу в одиночестве, в которых нет тебя. Я разговариваю сам с собой, доказывая, что мы можем быть вместе. Я стану мужем тебе и отцом Жорке. Никто не любит его так, как я. Он никогда не почувствует, что не моя кровь течет в его теле.

— Остановись, пожалуйста. Ты все замечательно говоришь, но эти слова должна слушать другая женщина, — прервала Сайко Лита.

— К черту других женщин! — Антон поднялся, потушил сигарету и подошел к окну. Солнце спряталось за сероватую тучу, делая ее очертания оранжево-желтыми. Постепенно картина менялась, и вот уже видны яркие лучи, расходящиеся во все стороны. — Ты для меня, как этот свет. Он есть — все оживает, нет — все блекнет, увядает.

Лита подошла к нему совсем близко. Он не оборачивался, только напрягся и замер в ожидании ее слов. Мартова уткнулась лбом в широкую спину Антона. Она пропустила через себя весь накал чувств, который должен был испытывать Сайко, и ей стало жаль его. Конечно, такой красивый, молодой мужчина не может без любви, без ее романтических атрибутов. Она все понимала, но в своем сердце отклика этому не находила. Лита закрыла глаза, и воображение вернуло ее в жаркое здание аэропорта, где она держит в ладонях лицо Ивана.

— Что ты молчишь, мой психоаналитик? Как по-научному называется такая ситуация, а?

— Несоответствие желаемого действительному, — ответила Лита, отступив на шаг от Сайко. Он в этот же момент развернулся и крепко схватил ее за плечи. Он так сжал их, что Лита почувствовала боль. Она скривилась, и пальцы немного разжались.

— Я меньше всего хочу причинить тебе боль. Только радость, наслаждение, счастье. Я все смогу, если рядом будешь ты. Открой глаза, я хочу, чтобы ты видела, что я говорю тебе. Я! — Антон сказал последнюю фразу громко настолько, что мгновенно распахнулась дверь кабинета. На пороге стоял Саша и вопросительно смотрел на хозяйку.

— Все в порядке, Саша, спасибо, — освободившись от рук Антона, сказала Лита. — Ты можешь быть свободен. До понедельника.

— До свидания. — Охранник закрыл за собой дверь.

— Они заботятся о тебе от души, — заметил Антон.

— Они?

— Да, Стеблова, Шмелева, Саша, Игорь плюс, конечно, родители. Я тоже хочу стоять в этом ряду в числе первых. Извини, что повысил голос. Это со мной бывает редко.

Мартова молчала. Она снова села в кресло, взяла в руки стакан с напитком, но пить не стала. Только смотрела, как крошечные пузырьки беспорядочно поднимаются вверх. Они поднимаются, чтобы навсегда исчезнуть. Лита застыла, наблюдая за этой картиной, а Сайко тем временем подошел и присел у ее ног.

— Лита, я никогда не делал столько признаний в любви. Вообще в моей жизни и любви-то настоящей не было. Ничего не было, кроме вереницы ошибок и издевательства над собой. Я знаю, что достоин лучшей жизни. Она станет идеальной, если рядом будешь ты. Дай мне хоть глоток надежды! — Антон уткнулся лицом в ее колени. Он чувствовал пожар внутри, его руки дрожали.

— Антон, милый Антон, ты очень хороший, но я не испытываю к тебе ответных чувств. Мое сердце сейчас только мое, потому что я не знаю, что со мной произошло за последнюю неделю.

— г Ты говоришь об Иване? — подняв голову, спросил Сайко. — Как же я сразу не догадался?

— Так много неожиданного. Я не ожидала от себя, от него.

— Какая проза: я говорю о своей любви, а ты — о другом мужчине. — Антон поднялся, усмехнувшись. Он подошел к ее столу и взял в руки стоящую там фотографию Георгия. — Теперь я понимаю твой первый вопрос о заокеанской любви. Так вот, я бы ради тебя поехал на край света. Ты довольна таким ответом?

— Не знаю.

— Ты влюбилась в нового Мартова, — сделал заключение Антон. Поставил фотографию на место и повернулся лицом к Лите. — Это любовь к призраку. Наверное, ты нашла в нем что-то, напомнившее тебе Георгия?

— Может быть.

— Ты понимаешь, что это самообман?

— Иногда это очень приятно.

— Не верю, что такое говоришь ты. — Антон развел руками. — Бороться с призраками — неблагодарное дело. Я подожду, пока ты придешь в себя.

Сайко снова улыбнулся и только он знал, чего ему это стоило. Он подошел к Мартовой, поцеловал ее в щеку. Она взяла его за руку и, поймав ускользающий взгляд, попросила:

— Не думай обо мне плохо.

— О чем ты говоришь? — Антон медленно освободился от горячих пальцев Литы. Он чувствовал, что должен закончить разговор мягко, чуть иронично. — До встречи. Я не перестану дружить с тобой, подружка.