Волонтеры Хаоса - Романовский Александр Георгиевич - Страница 156

Сильвер неторопливо вышел из-за деревьев, повесил винтовку на плечо и направился к месту событий. Компаньоны расступились, вервольф нехотя выпустил жертву.

Единорог лежал не шевелясь, лишь веки подрагивали да бесшумно трепетали бока. Внутренний Свет медленно гас, будто в светильнике закончилось масло. Умный глаз снизу вверх смотрел на подошедшего убийцу, но в этом взгляде отчего-то не было ненависти.

Киллер фыркнул; он никогда не ждал прощения от собственных жертв, не требовалось оно ему и на этот раз.

Повернувшись к Елене, скованной ужасом и руками великана, Сильвер усмехнулся:

— Погляди, что ты наделала. На тебе его кровь.

Зрачки девушки расширились; ладонь Хугина просверлил сдавленный вопль. Тролли рассмеялись.

Киллер вновь склонился над поверженным единорогом.

Свет мигнул и погас. Глаза закатились, обнажая белки; бока разом опали, под тонкой шкурой проступили хрупкие ребра.

Гром не грянул с небес, когда темный эльф достал из кармана пилу. Оставалось проделать лишь самую малость, но эту честь он приберег для себя. Совесть, как оказалось, ничуть не возражала против убийства единорога.

Сильвер ухватился левой рукой за рог, выбирая позицию. На ощупь костяной стилет был твердым, шершавым и по-прежнему теплым.

Киллер начал пилить. Вначале полотно лишь неохотно скользило, затем с трудом погрузилось на один миллиметр. Твердость рога поражала, если даже пила для металла справлялась с ним едва-едва.

Компаньоны молча наблюдали, как шеф отделяет рог от головы мертвого зверя. Карнаж умывался, облизывая лапу; Елена в ужасе наблюдала за происходящим, не в силах отвернуться или закрыть глаза.

— Ну что там? — спросил Робинс из рации. — Мы вас не видим, где вы застряли?..

— Все в порядке, — ответил Хугин. — ВЕЩЬ почти у нас.

— Понял. Пока все тихо.

Сильвер сделал последнее усилие — рог, хрустнув, стал неожиданно легким. Киллер рассмеялся, поднялся на ноги и воздел руку с ВЕЩЬЮ над головой, словно знамя. Оказывается, он долгие годы ждал момента наподобие этого. От такого удара светлые родственники еще нескоро оправятся...

Сунув рог за пояс, темный эльф достал метательный нож. Лезвие легко вспороло белоснежную шкуру. От горячего мяса в ночной воздух тут же устремились клубы пара. Сильвер разрезал шею зверя и сунул внутрь пальцы, нашаривая пулю. Та застряла аккурат между позвонков. Достать ее было несравнимо легче, нежели выковыривать из пробитого черепа: именно по этой причине киллер перевел прицел. А также, возможно, оттого, чтобы Создание Света отбросило копыта не слишком быстро.

Положив пулю в карман, Сильвер вытер ладони о белоснежную шкуру. Кровавые отпечатки казались загадочными письменами, повествующими о чудовищных злодеяниях.

Киллер поднялся на ноги и, разбирая винтовку, оглядел поляну.

Зверь, лишенный единственного рога, лежал в самом центре — ни дать ни взять дохлая лошадь. Лишь при ближайшем рассмотрении кто-нибудь посторонний мог заключить, что это третий в мире единорог.

— Уходим, — скомандовал киллер.

И команда отправилась в обратный путь, петляя по ночному лесу. Елена привычно тряслась на плече великана-людоеда. Состояние сильнейшего шока, очевидно, было крайне для нее непривычным.

Неподалеку от прутьев вольера Сильвер остановился. Слов не потребовалось: вервольф послушно лег на землю и начал Превращение. Даже в зверином обличье Карнаж каким-то образом ухитрялся себя контролировать...

Натягивая джинсы, оборотень заметил заткнутый за пояс киллера рог, затем принялся стирать с лица кровь единорога. Лицо его оставалось совершено бесстрастным, лишь глаза сверкали лихорадочным блеском. Вероятно, сознание оставило ему лишь отрывочные воспоминания. Что и говорить, не каждому оборотню удалось отведать сырого единорога.

— Эй, открывайте, — велел Сильвер в рацию. — Мы готовы.

Замок послушно щелкнул.

Темный эльф вышел из вольера первым. То ли убийство Создания Света впрыснуло в вены избыток адреналина, то ли киллер просто потерял осторожность, окрыленный победой. Как бы там ни было, он слишком поздно заметил две стройные фигуры, вооруженные автоматами.

Дальнозоркие эльфы мгновенно подобрались и подняли оружие, как только дверь отворилась. По всей видимости, охранники совершали ежевечерний обход, а потому оказались здесь совершенно случайно.

Мориарти также показал не лучший результат — эльфы вышли из-за угла, в то время как демон жонглировал ближайшими камерами, поэтому Сильвер проигнорировал его болтовню. Тем не менее на стороне темного эльфа было преимущество: светлые сородичи ориентировались во Тьме значительно хуже, к тому же явно не привыкли убивать.

Темный эльф отпустил автомат и выхватил из рукава метательный нож. Клинок просвистел, вращаясь, дюжину метров, чтобы с влажным звуком вонзиться в глазницу охранника. У второго эльфа от ужаса отвисла челюсть, однако он, не теряя ни секунды, поднял автомат и открыл огонь.

Сильвер пригнулся, когда очередь хлестнула над головой. Выстрелы безжалостно разорвали ночную тишину. Им тотчас же ответил тихий шепот глушителя, когда кто-то из троллей открыл огонь через прутья решетки. Верхняя часть головы эльфа взорвалась, сорванная юркими свинцовыми осами. Киллер оглядел команду. Похоже, все были в порядке.

— Профессор, мы никого не разбудили?

— Вроде бы нет. Уберите трупы, чтобы мне не пришлось ломать камеры.

Сильвер кивнул троллям. Те с заметной сноровкой втащили мертвых эльфов в открытую дверь, и Робинс вновь запер замок. Ксур вернул шефу метательный нож, предварительно очистив его от крови и мозга.

Команда отправилась в обратный путь. Примерно на середине пути, когда Хугин случайно вырвался вперед, киллер понял, что кое-кто все же пострадал. В левом боку Елены, аккурат под болтавшимися руками, красовались две темные отметины.

За свою долгую жизнь Сильвер навидался достаточно трупов и пулевых отверстий, однако все-таки попытался нащупать пульс — прямо на бегу, пристроившись сбоку от Хугина. Тщетно. Елена была мертва, словно полено. Пули раздробили ребра и проникли внутрь, разрывая сердце и легкие.