Волонтеры Хаоса - Романовский Александр Георгиевич - Страница 103

Компаньоны вышли из строя зрителей и направились к темному эльфу. Сильвер накинул на плечи куртку, поданную Долтуром. Оборвав поток комплиментов, киллер задумался, глядя на огра.

Огромное тело было распластано на снегу, конечности глядели на четыре стороны света. Из ноздрей и распахнутой пасти валили прерывистые струйки пара. Из прокушенной губы по подбородку стекала алая кровь.

Темный эльф почувствовал сиюминутный соблазн втащить Хугина внутрь Крошки и, не мешкая, отправиться в путь. Но великан наверняка оборудовал в Монастыре хотя бы один тайник, где держал особо ценные вещи. К тому же не представлялось возможным насилу удерживать взрослого великана-людоеда, которому что-либо не по нраву. Впрочем, насчет этого Сильвер не особо волновался — огры, как правило, действительно держат данное слово. (Обычно у них просто не хватало воображения, чтобы представить альтернативу.)

Ксур подал пистолеты, и киллер машинально перекинул ремни кобуры через плечо. Затем, встрепенувшись, поднял голову, отыскивая взглядом своих светлых сородичей. Теперь, когда оружие было настолько близко, Сильвер почувствовал непреодолимое желание пустить его в ход. Ненависть вонзила раскаленные зубы в его обнаженное сердце.

Эльфы стояли, по-прежнему держась за руки. Красивые лица были печальны. Почувствовав исходящую от темного собрата холодную волну, мужчина увлек подругу за спины монахов.

Сильвер отвернулся, дабы не искушать Судьбу. Нагнувшись над мордой огра, он зачерпнул снега и небрежно похлопал Хугина по серым щекам. Морщинистые веки затрепетали, распахнулись, но лишь через минуту глаза обрели осмысленное выражение. Хугин сел, помогая тяжелому телу руками.

— Готов доказать, что умеешь держать обещания? — спросил Сильвер.

— Сколько заплатишь? — Огр осторожно потрогал подбородок. — Крепко ты меня...

— Сто тысяч. Эльфийскими.

— Хорошо. — Великан с трудом поднялся на ноги. — Пойду вещички соберу.

Хугин и Сильвер одновременно посмотрели на отца-настоятеля. Конвой, похоже, уже не вполне представлял, что делать с руководством дальше. Зато в глазах толстяка разгоралось торжествующее пламя, которое он даже не старался скрывать. Встретив хищный взгляд великана-людоеда, настоятель позволил себе короткую, едва заметную улыбку.

Огр дернулся, будто от удара или тяжкого оскорбления. Пухлое лицо настоятеля вновь надело маску затравленной жертвы, когда огр шагнул вперед.

— Нет, — остановил его Сильвер. — Теперь это не твоя забота. Пусть живут как хотят. К чему тебе лишняя кровь? Хугин смерил его взглядом:

— Ты сам заставил меня вспомнить. Я — Создание Тьмы. Мне на роду написано пожирать людей и всех остальных, кто только под руку подвернется.

— Верно, — кивнул темный эльф, — однако ты дал слово. Монастырь более не властен над тобой, а сам ты больше не монах.

Хугин кивнул, немного помедлил и отправился в подземный лабиринт — паковать чемоданы.

— Идите с ним, — велел киллер, глядя на троллей. — Проследите, чтобы все прошло тихо.

Гангстеры молча кивнули и двинулись следом за огром, шагающим с весьма понурым видом.

Монахи брели к Монастырю жидкой струйкой, горячо обсуждая подробности поединка, а также — гораздо прохладнее — условия дальнейших расчетов. Кольцо зрителей распалось, персоной чужака, казалось, уже никто не интересовался. За исключением, пожалуй, отца-настоятеля.

Быстро переступая по снегу коротенькими ножками, тот подошел к Сильверу, полностью игнорируя конвой.

— Должен поблагодарить тебя, чужеземец. — Настоятель усмехнулся. — Все вышло в точности так, как ты говорил, хотя я ни секунды не верил в твою победу. Ты принес мне беду, но ты же спас мою шею от виселицы. Помнится, когда твои сородичи навещали Монастырь, для двух моих коллег это закончилось весьма печально...

— Советую тебе не особенно радоваться по этому поводу, — перебил его киллер. — Тебе конечно же не составит труда вновь oбвести всех этих простофиль вокруг пальца, как ты делал долгие годы. Но помни, в один прекрасный день мы можем вернуться. — Сильвер сделал паузу, наблюдая за сменой выражений на физиономии настоятеля. — Лично мне глубоко плевать как на тебя, так и на весь твой сраный Монастырь, но если то, что увидит Хугин, вернувшись, ему не понравится, — поверь, я не стану его останавливать. Как-нибудь подумай об этом на досуге. — Сильвер хищно оскалился. — Куда, интересно, после смерти попадают служители Сумерек, чьи тушки превратились в экскременты великанов?.. Настоятель, вздрогнув, отступил. И, часто оглядываясь, засеменил к черно-белым дверям, сопровождаемый бестолковым конвоиром.

Сильвер смеялся ему вслед.

— Чего-то я не догоняю, — пробормотал Робинс. — О чем вы вообще говорили? Это он воровал золото?..

Сильвер, не затрудняя себя объяснениями, направился в сторону Крошки. Наперерез двигался взволнованный Тибальт.

— Поздравляю, господин, — паренек робко улыбнулся. — На это стоило поглядеть. К сожалению, я так и не успел сделать ставку...

— А потому поступил очень мудро, — кивнул Сильвер, — Потому как в любом случае остался при своих.

— На рассвете пограничники расчистили дорогу. Господин... — Тибальт замялся, но тут же выпалил: — Возьмите меня c собой!

От неожиданности киллер остановился, после чего пристально поглядел на монаха.

— С собой?! — темный эльф ухмыльнулся. — Чем, по-твоему, я занимаюсь?

— Ну... Вы, должно быть, коммерсант какой-нибудь...

— Можно и так сказать, — рассмеялся Сильвер, — хотя с большой натяжкой. Разве мои спутники похожи на честных торговцев?

Тибальт поглядел на Карнажа и Робинса, бредущих в их сторону.

— Насчет этих не знаю, — монах понизил голос, — но тролли больше похожи на гангстеров. Самые настоящие головорезы.

— Вот видишь. — Киллер пожал плечами. — Мы — не лучшая компания Ты ведь хочешь жить, причем жить нормально. Поэтому я не могу взять тебя с собой.

— Только поэтому, господин? — На лице Тибальта вспыхнула надежда.

— Не только. Я не могу брать с собой всех, кто об этом просит. Нам не по дороге. — Сильвер поглядел в печальные глаза. — Думаю, выбраться из гор не составляет большой проблемы. До Перевала можно дойти пешком, а там — сесть на попутку. Прощай, Тибальт.