Тайна лорда Моргана - Романова Галина Львовна - Страница 123

— Максимилиан Мортон, — произнес один из старших, садясь напротив меня. — Здравствуйте! Меня можете звать братом Альбертом. У нас к вам есть несколько вопросов. Ваш директор уже осведомлен о нашем визите. Обещаем, что не будем отнимать ваше время.

— Если вы сами не будете упорствовать, — добавил второй старец. — Наш брат Май проследит за этим. — Он указал на молодого инквизитора. Тот остался стоять столбом возле кафедры.

Я только кивнул. Что я мог сказать? Они предвосхитили почти все мои вопросы.

— Наши братья не сумели побеседовать с вами весной, поелику вы чувствовали себя не лучшим образом, — продолжал брат Альберт. — Да и журналисты могли растрезвонить по миру о нашем внимании к вам. Сейчас шумиха поутихла, и мы можем побеседовать спокойно.

Спокойно, скажут тоже! Да меня била мелкая дрожь. Я был один среди пяти инквизиторов — не самая лучшая компания для мага любого возраста и ранга.

— Первый вопрос, — прозвучал голос брата Альберта, — знали ли вы близко Белого Мигуна?

— Нет, — ответил я. — Мне было два года, когда секту разгромили. Я и родителей-то своих не помню.

— Вопрос второй, — инквизиторы никак не показали, понравился ли им мой ответ, — поддерживали ли вы связь с кем-то из соратников своих родителей?

— Нет. О том, что у моих родителей были соратники, я узнал слишком поздно. Гораздо позднее, чем свое настоящее имя.

— Вопрос третий, — похоже, они действовали автоматически, не думая над произносимыми словами. — Как вы отнеслись к тому, что ваши родители были связаны с Белым Мигуном?

— Не помню. Никак.

— А все-таки? Не думали ли вы, что они совершили ошибку или, напротив, что их дело достойно подражания?

— Я думал только об одном — что в результате остался сиротой у чужих людей и не знал даже свое имени.

— Так вы завидовали своим родителям или осуждали их?

— Не понимаю вас, — огрызнулся я. — Какое это имеет отношение к настоящим событиям?

— Он упорствует. — Инквизиторы переглянулись не то с удивлением, не то с восторгом. Молодой брат Май сделал шаг ко мне.

— Отнюдь, — пошел я на попятную, — я просто хочу понять, являюсь ли обвиняемым, свидетелем или потерпевшим?

— Это будет зависеть от ваших ответов.

Меня прошиб холодный пот. Выходит, меня еще могут подвергнуть наказанию за то, что на меня охотился международный преступник? Наказывать за то, что ты — жертва?

— Я из рода Мортонов. Я — Хранитель, — сказал я.

— Согласно показаниям подследственного Мигуна, Ритуал не был пройден до конца, — возразили мне. — Следовательно, вас не защищает Закон Мортонов. И вы можете быть подвергнуты наказанию, как любой маг, связанный с Белым Мигуном. Вот если бы вы прошли Ритуал…

— Вы забываете, что рядом со мной тогда были два свидетеля, — отрезал я. — А разве не является первой задачей Хранителя не допустить утечки Тайны?

Инквизиторы переглянулись, обмениваясь мыслями.

— Вы увиливаете, — наконец вынес вердикт брат Альберт. — Почему?

— Потому, что считаю ваше присутствие недопустимым, — отрезал я. — Я считаю, что поступил правильно, не открыв Тайну посторонним, тем более Белому Мигуну. Это, по моему разумению, первая и главная задача Хранителя. А Ритуал можно и повторить в любое время…

— Нет, — огорошил меня брат Альберт. — Отнюдь не в любое. Только когда луна находится в том же созвездии в той же фазе, что и во время предыдущего Ритуала. То есть следующий Ритуал может быть пройден только на десятый лунный день в месяце Рыб.

— Через год? — вырвалось у меня. Я вдруг подумал, что во время Ритуала увижу своих родителей и, может быть, сумею поговорить с ними подольше.

— Через год, — подтвердил брат Альберт. — А за год с вами может случиться все, что угодно! А вдруг вы решите стать новым Белым Мигуном? Год — достаточный срок для того, кто…

Я понял, куда они клонят. Инквизиторы хотели узнать, не проникся ли я идеями секты Светлый Путь, не желаю ли подхватить знамя, выпавшее из рук моих родителей?

— Нет, — сказал я. — Можете быть спокойны. Секта Белого Мигуна не будет возрождена. По крайней мере, с моей помощью.

— Мы должны быть в этом уверены. Ваше сознательное "я" может говорить одно, а ваше подсознание — другое. Нам необходимо детальное исследование вашего разума и вашей души, Максимилиан Мортон.

— Вы еще не знаете, — вступил в разговор второй старец, — что в разных концах Старого Мира были арестованы бывшие сектанты. И многие из них связывали с вами определенные надежды.

— Я не знаю никого из этих людей, — поспешил сказать я.

— Вы так уверены? Не зная, о ком идет речь? Если бы вы проехали с нами…

— Нет! — Я вскочил. — Я не хочу никуда ехать. И… и не могу! Идут экзамены! Еще почти три недели!

— Мы понимаем. Мы пришлем за вами.

Брат Альберт поднялся и направился к двери. Его спутники последовали за ним. Уходя, брат Май взглянул на меня через плечо. Просто взглянул, но я рухнул на свой стул как подкошенный.

Инквизиторы слов на ветер не бросали. В конце сессии мне пришло два уведомления — одно на имя директора, официальное прошение отпустить меня сразу после окончания учебного года, и второе лично для меня, с пропуском и оплаченным билетом в один конец. Билет был датирован первым днем Солнцеворота, двадцать второго июня. Учитывая, что выпускной будет в ночь с двадцать первого на двадцать второе, я должен буду покинуть школу в полдень.

Почтовый ворон, доставивший мне это послание, был так горд своей миссией, что носился с карканьем по всей школе, привлекая внимание всех подряд, так что я не удивился, когда вечером ко мне зашел Черный Вэл.

— Что у тебя случилось, Максимилиан? — спросил он, увидев мое расстроенное лицо.

— Вот, — я показал уведомление. — Прибыть в строго указанное время!

— И даже билет прислали! — хмыкнул Вэл.

— Это меня и беспокоит! Билет в один конец!

— Боишься не вернуться?

— Я боюсь вообще туда ехать! — взорвался я. — У меня дурное предчувствие! Но… но ведь если я не поеду, они пришлют за мной конвой! И все равно доставят в Совет!

— Не доставят! — Вэл сложил письмо и запихнул его в конверт. — Если не найдут тебя.