Легенда о Велесе - Романова Галина Львовна - Страница 60

— Не вся!.. А что тебе в мятеже? — Воин вдруг прищурился и пристальнее вгляделся в Велеса. — Ты о нем что-то знаешь?

— Близко знавал одного из зачинщиков, — уклончиво отмолвил Велес. — А что?

— Да ничего. — Воин как-то странно усмехнулся, но не отодвинулся, — Просто те, кто пережил битву, вспоминали о некоем всаднике из северных земель… И вроде тоже с рогами, как у тебя…

— И ты хочешь узнать, не я ли это? — Велес вдруг почувствовал сильную усталость и оперся на меч. — Бывал в Пекле, с рогами, второго такого в мире нет… Что еще?

— Сказано же было — ничего. — Воин не отводил глаз. — Хотя у нас многие те бои помнят, да только среди наших слушок идет, — он поманил Велеса к себе и жарко прошептал прямо в ухо, как величайшую тайну в мире, — что не стал бы Волхов Змеевич бывшим врагам помогать!

— А он помог?

— А мы тогда здесь откуда? — Воин победно улыбнулся и подмигнул ошарашенному таким откровением Велесу.

От продолжения неприятного разговора его спасло только появление Даждя. Все сразу повскакали, засуетились, готовясь к дальней дороге — путь предстоял нелегкий и опасный своей близостью к границе Кощеевых земель.

По счастью, известия о дружинах, идущих по приказу Волхова к границе, оказались верными. Севшая им на хвост погоня была вынуждена отстать, столкнувшись с засадой, и дальше путь пролегал без помех.

Беглецы мчались домой, а навстречу им то и дело попадались отряды — битва разворачивалась нешуточная. Занявшись ею, Кощей мог надолго забыть о недругах. Провожая взглядом воинов, Велес с облегчением чувствовал, что самое страшное позади. Он уже начинал строить планы на будущее, но внезапно выяснилось, что кое-кто еще имеет на него виды.

Пока они мчались по дорогам Пекла, впереди неслась весть об отряде, и на каждой заставе им уже были готовы сменные лошади и угощение в дорогу. На последней заставе они должны были расстаться с охранниками и отправиться на поверхность.

Здесь их встречал сам Крик. Выскочивший на перестук копыт, он по лицам приезжих догадался, что поход закончился удачей, и, не успев обменяться с гостями несколькими словами, вдруг повернулся к Велесу:

— Ты честно выполнил свой долг, чужеземец, —он с достоинством наклонил голову, — а потому вместе с благодарностью выслушай весть. Пока вы были там, к князю приехал с севера один человек на Ящере. Этот человек искал тебя…

Велес откинулся в седле, прикрыв глаза. Все звуки ушли, растаяли за нарастающим нудным звоном в ушах. По первым же словам Крика он узнал Перуна, и теперь им понемногу начала овладевать какая-то слабость и полное равнодушие к своей судьбе. Все чувства умерли, растворились, и только одна шалая мысль еще билась в отчаянии под гулкими сводами черепа: «Конец… конец…» Будущее, недавно еще столь реальное и радужное, стремительно таяло, хотя еще оставалось последнее средство — снова пуститься в бега.

Даждь дотянулся до его руки.

— Не бойся, — примиряюще заговорил он, — я переговорю с Перуном. Он не тронет тебя!

— Он здесь уже третий день, — снова подал голос Крик. — Князь Волхов не стал ему мешать, но в помощи отказал. А потому, я думаю, князь не будет в обиде, что я предупредил тебя об опасности… Но и от Пекла не жди помощи — свои дела разбирайте сами!

Даждь ободряюще потрепал Велеса по руке, и тот словно проснулся и резко развернул коня.

— Прощай, Даждь, — коротко молвил он. — Расходятся наши пути. Спеши к себе!

— Но, Велес!.. — воскликнул было Сварожич, однако тот его уже не слушал. Пришпорив коня, Велес поскакал навстречу своему врагу.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Словно вода, прорвавшая ненавистную плотину, Велес шел по Пеклу, сметая все на своем пути. Как и Перун, он отлично знал, где находятся покои Волхова, но, лучше Сварожича разбираясь в путанице ходов и пещер, выбрал кратчайший путь. Его тяжелые сапоги грохотали по камням, блики света от потревоженных факелов отражались в глазах, плащ уродливой тенью метался за спиной. Загнанный жеребец в поводу шел за хозяином, изо всех сил стараясь не отстать.

Память услужливо подсказывала дорогу — расположения пещер не меняются веками — и Велес в два счета отыскал сердце Пекленской цитадели. Покои князя Волхова могли находиться только тут. Велес решительным быстрым шагом шел на встречу с князем, и встречные пекленцы, люди и нежить равно, спешили убраться с его дороги. Если на Перуна, проникшего к ним верхом на Ящере, не обращали внимания по иной причине — Ящер — подземный житель и имел полное право здесь находиться, и не важно, кто у него в попутчиках — то в сторону Велеса опасались смотреть по другому поводу. Хоть любой и мог за версту признать в нем гостя сверху, но от его фигуры, искаженной в напряжении морды и, главное, от рогов исходила такая сила и уверенность, что все сразу понимали: он имеет право быть там, где захочет.

Охранники у входа в покои князя вскинули было копья при его приближении, но Велес даже не посмотрел на них. Оставив коня на пороге, он с двуручным мечом за плечами и каким-то загадочным мешком в руках прошел внутрь.

Огромный мрачный зал был пуст и холоден. Несколько факелов с трудом разгоняли мрак по углам, сбивая его в причудливые тени. Ни единая живая душа — если души могут быть у нежити — не тревожила его, и Велес невольно почувствовал благодарность к обстоятельствам, что позволили ему побыть наедине с воспоминаниями.

Когда-то здесь находились покои самого Скипера — в глубине зала еще оставался помост от Установки — величайшего изобретения в мире, связывающего воедино разум и все процессы, происходящие на планете. Рядом с помостом на стене висели останки Скипера — череп и клешни. Подойдя вплотную, Велес, запрокинув голову, вгляделся в пустые глазницы того, кто хотел отсюда править миром, диктовать рекам, куда им течь, дождям — когда и где выпадать, а людям — что и как делать. Скипера останавливали дважды, но будь у него еще один шанс, он мог бы начать все сначала.

От размышлений Велеса отвлек стук быстрых шагов по камням — в зале каждый, даже самый тихий звук рождал эхо. Гость стремительно обернулся, вскидывая руку к мечу, но не донес ее, узнав Волхова.

Пекленский князь приостановился, тоже узнав чуть не погубившего его много лет назад Велеса. Сын Скипера ничуть не переменился — только стал стройнее и суше, да с лица сошел загар, и оно по бледности ничем не отличалось отлип природных уроженцев подземелий. Черные пронзительные глаза его сверкнули тревогой и гневом. — Погоди, — остановил его Велес прежде, чем тот сделал хоть движение, — я пришел не как враг, хотя и не был никогда твоим другом… Но ты сам отлично знаешь, почему я здесь!

Узкое лицо Волхова смягчилось.

— Ты о походе на Кощея? — уточнил он и коротко кивнул: — Да, мне доложили о каком-то всаднике с севера и упомянули, что он здорово похож на того, кто когда-то начал мятеж… Думал, за двадцать лет тебя тут успели забыть?

— Меня тут помнят, и даже слишком хорошо, — согласился Велес, — и я бы никогда не явился сюда сам — разве я похож на выжившего из ума?

— Этого у тебя, насколько я помню, всегда было вдосталь, — сдержанно вставил Волхов.

Велес только дернул щекой.

— Со стороны виднее… Я бы по своей воле не явился в Пекло, но моему другу, который, несмотря ни на что, считает меня таковым — понадобилась помощь. Он звал меня, и я пришел, чтобы выполнить свой долг. Мой друг спасен, и я покидаю Пекло. Больше я сюда не вернусь — если не позовут снова. Но прежде чем уйти, я хотел бы поблагодарить тебя, князь…

— За что? — искренне удивился Волхов.

— Прости того, кто это сделал, но мне передали, что Перун искал меня и просил у тебя моей головы. Ты не оказал ему помощи…

Волхов сжал кулаки, и от него невидимыми упругими волнами стала исходить колдовская сила — он был готов сразиться с Велесом силой магии. Ставшие еще глубже глаза полыхнули пламенем.

— Но я также не окажу помощи тебе! — звенящим голосом воскликнул он, — И ты напрасно надеешься, что я…