О проценте ссудном, подсудном, безрассудном. Хрестоматия современных проблем «денежной цивилизации» - Катасонов Валентин Юрьевич - Страница 105

Иран ещё раньше, чем Ирак (в 1999 г.), заявил, что также собирается переходить при поставках нефти с долларов США на евро. Дело в том, что американцы установили эмбарго против этой страны, и ни одна капля нефти в США не уходила. Примерно 1/3 экспортируемой нефти уходило в Европу, а остальное — в основном в Китай и Индию. Практически продажа иранской нефти за евро началась весной 2003 года. Более того, Ирак объявил о создании собственной нефтяной биржи. Открытие намечалось на 20 марта 2006 года. Именно в это время напряжённость в отношениях США и Ирана достигла максимума. Открытие биржи пришлось отложить (она открылась лишь в начале 2008 г.). Американцы открыто не могут сказать, что главная для них угроза в Иране — нефтяная торговля за евро, поэтому для давления на эту страну им приходится использовать версию «ядерных военных технологий».

В. Путин ещё в начале своего первого президентского срока стал говорить о необходимости создания российской нефтяной биржи, на которой торговля велась бы не за доллары, а за рубли. Что же в итоге? В начале 2003 года на бирже «Санкт-Петербург» прошли первые торги, но это была торговля не нефтью, а фьючерсными контрактами на нефть. И сегодня это контракты расчётные, а не поставочные, т.е. они не заканчиваются поставками реального товара. Вокруг этой «торговли» крутились и продолжают крутиться в основном спекулянты. Даже обороты торговли «виртуальной» нефтью исчисляются несколькими миллионами рублей в месяц[355]. Так что все разговоры о торговле российской нефтью за рубли — одна из банальных PR-акций, не более того. Отсутствие торговли нефтью в стране, которая сегодня вышла на первое место по добыче «чёрного золота» (обогнав Саудовскую Аравию), — яркое свидетельство того, что руководство России находится под жёстким контролем со стороны хозяев ФРС.

Опасения хозяев ФРС, что происходит слишком быстрое укрепление коллективной европейской валюты евро, сыграли свою роль в инициировании войны против Сербии, расположенной в самом центре Западной Европы (хотя, конечно, были и другие причины для принятия решения о началах бомбардировки этой страны силами НАТО).

Не в последнюю очередь угрозы применения военной силы со стороны США (и демонстрация военной силы в Ираке) привели к отказу введения 23 исламскими странами коллективной валюты — золотого динара.

США уже на протяжении нескольких лет пытаются свергнуть в Венесуэле президента Чавеса под тем предлогом, что он «коммунист». Однако коммунизм здесь ни при чём. Причина в том, что он национализировал нефтяную промышленность страны и наладил бартерную торговлю нефтью (нефть в обмен на другие товары и услуги) с рядом стран. Например, такая торговля ведётся с Кубой. Бартерная торговля делает ненужной доллары США (впрочем, также евро и другую свободно конвертируемую валюту).

В последние десятилетия немалых трудов Вашингтону стоило навязывание другим странам политики накопления валютных резервов в виде долларов США. До недавнего времени рекордсменом по накоплению «зелёной бумаги» в резервах была Япония (сегодня она отошла на второе место, уступив пальму первенства Китаю). Для этого Вашингтону не надо было планировать военную операцию против Страны восходящего солнца, поскольку они её провели ещё в 1945 году, сбросив атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. Устойчивый «комплекс страха», возникший после этого события, превратил Японию в послушного вассала Америки. Это очень хорошо проявляется в сфере валютно-финансовых отношений двух стран: Япония, за которой закрепилась репутация «прагматичной» страны, принимала и принимает в этой сфере много таких решений, которые кажутся иррациональными с точки зрения её экономических интересов и которые, в конечном счёте, привели её к состоянию перманентной экономической стагнации.

Очень важно подчеркнуть, что Вашингтон использует силовые методы не только для расширения географического пространства господства американской валюты. Целью военно-финансовой политики США является также расширение экономического пространства такого господства. Речь идёт о навязывании всему миру «рыночной идеологии» с целью резкого расширения сферы товарно-денежных отношений, которые бы обслуживались печатным станком ФРС. Именно под этим углом зрения следует рассматривать причины такого явления, как «приватизационная лихорадка», которая в 1990-е годы захватила не только Россию, но весь мир. Конечно, в первую очередь, целью глобальной приватизации было установление контроля западного капитала (в первую очередь, американского) над всевозможными материальными ресурсами в мире. Но одновременно создавался мощный спрос на продукцию печатного станка ФРС[356].

Именно для стимулирования этого спроса началась также активная кампания в России и во всём мире по вовлечению в рыночный обмен земли и других природных ресурсов, которые традиционно рассматривались в качестве «дара Божьего», принадлежащего всем членам общества и не подлежащего купле-продаже. Сегодня «товарами» становятся не только земля и недра, но также воздух, питьевая вода, люди, культура, история, слово, идеи и т.д. Говорят, уже начали продавать участки на Луне, а завтра могут начать торговать другими планетами солнечной системы. Для эффективного и быстрого внедрения таких «рыночных новаций» нужна радикальная перестройка человеческого сознания, его полное порабощение. Это возможно лишь с помощью насилия, не только физического, но также психологического и духовного. Оккупация военная обычно идёт параллельно с оккупацией духовной, которая для человека может быть ещё более страшной.

Деньги после 11 сентября 2001 года

Несмотря на все потуги Вашингтона, позиции американской валюты к началу нового века и тысячелетия оказались весьма шаткими (в это время в США разразился фондовый кризис, который в короткий отрезок времени привёл к потерям виртуальных активов, равным нескольким триллионам долларов). В самых безвыходных ситуациях у хозяев печатного станка остаётся единственный выход — большая война. И она была начата. Речь идёт об известных событиях 11 сентября 2001 года, которые фактически означали начало глобальной (третьей мировой) войны под вывеской «борьбы с терроризмом». На самом деле речь идёт не о «борьбе с терроризмом», а о борьбе со всем человечеством с использованием культивируемого Вашингтоном (читай: хозяев печатного станка ФРС) терроризма. «Террор» означает «ужас», таким образом, терроризм призван управлять людьми через создание у них устойчивого чувства страха. С этой точки зрения многие военные акции государства подходят под определение терроризма: бомбардировки мирного населения в Дрездене в конце Второй мировой войны силами английской и американской авиации, атомные бомбардировки в Хиросиме и Нагасаки, агрессия против Ирака и Югославии и т.п.

Необъявленная Вашингтоном третья мировая война помимо политических целей преследует целый ряд экономических.

Во-первых, усилившаяся милитаризация экономики смягчает переживаемый американской экономикой кризис и обогащает военно-промышленные корпорации. Для финансирования военных программ приходится увеличивать дефициты государственного бюджета. Дефициты, в конечном счёте, покрываются займами банков, входящих в состав ФРС. То есть «печатный станок» начинает работать ещё энергичнее.

Во-вторых, под предлогом борьбы с «общечеловеческим злом» Вашингтону легче заставлять своих «союзников» раскошеливаться на реализацию различных авантюристических проектов и операций (достаточно вспомнить, что «союзникам» по «совместной военной акции» против Ирака в 2005 году пришлось выложить десятки миллиардов долларов для «компенсации» расходов Вашингтона).

В-третьих, для того, чтобы создать спрос на доллар США, надо создать хаос, экономическую разруху (или ожидания хаоса и разрухи) в тех странах, которые эмитируют валюты, способные конкурировать с американской валютой. «Борьба с терроризмом» (читай: культивирование терроризма) — идеальное средство для организации такого хаоса и управления периферией мирового капитализма, поддержания искусственно завышенного курса американской валюты. События И сентября 2001г. и последовавшие за ними акции Вашингтона подтвердили и закрепили статус доллара США как оккупационной валюты.