Королев - Романов Александр Петрович - Страница 52

– Спасибо, Сергей Павлович, я ведь давний москвич... хотя и родился в Сибири.

– Вот еще что: не все идет у нас гладко. Сегодня держал бой за одну перспективную работу. Время крутое: могут и снять с работы. Верно с меня спросили: «Где был раньше?» А что ответить. Идея не ребенок – девять месяцев, и готово. Иные идеи вынашиваются ве ками. Так-то. – И тут же предложил: – Пойдемте, я вас познакомлю с производством. Начнем со сборочного цеха.

В ОКБ Королева постоянно проектировались, строились и испытывались все новые и новые образцы ракет. В 1950 году начались испытания первой оперативно-тактической ракеты Р-11. Ее можно хранить и транспортировать в заправленном состоянии. Двигательная установка для нее сконструирована в КБ А. М. Исаева. Эта ракета стала основоположницей нового направления в отечественном ракетостроении. Предыдущая paкета Р-2, о которой Королев докладывал И. В. Сталину, I тем временем пройдя серию контрольных испытаний, по– ! ступила на вооружение Советской Армии. \

Больших успехов удалось достичь при создании геофизических ракет, получивших позднее название академических. На них опробовались всевозможные приборы для высотных научных исследований. По просьбе ученых на разные высоты – до 500 километров – поднимались возвращаемые на землю контейнеры с подопытными биологическими объектами, в том числе собаками. Шел новый активный процесс изучения стратосферы, прерванный войной, зондирование глубин ионосферы. Советская наука вплотную подступала к изучению условий осуществления пилотируемых полетов. Все, что делалось в этом направлении, проходило по инициативе Королева и при его активной практической и организационной поддержке.

Командировки следовали одна за другой. Нина Ивановна редко видела мужа дома. Но в разлуке большой поддержкой были его письма – ласковые, нежные, полные заботы. «Мой удел собирать Сережу в дорогу... и ждать, ждать его возвращения... иногда месяц, а то и два. И только его добрые сердечные письма согревали меня... Я бережно храню их», – говорила она часто родным и друзьям.

А когда Сергей Павлович бывал дома, в Подлипках, они, словно торопясь наверстать упущенное, ходили в театры, на концерты, в музеи. Сергей Павлович часто шутил: «Надо нажать на профком, а то билетов в кассах не достанешь».

Дома была подобрана хорошая библиотека. Техническую литературу покупал сам, художественную – Нина Ивановна. На особом месте в шкафу стояли труды В. И. Ленина. Королев часто обращался к ним. Особенно, когда учился в вечернем университете марксизма-ленинизма.

Единственно, что огорчало Сергея Павловича, – редкие встречи с дочерью. Зато каждое свидание праздник. Сергей Павлович сознавал, что дочь далека от него. Но кто в этом виноват? Нельзя всю вину перекладывать на других. Много ли она его видела? Что она знает о нем? И во время встреч Сергей Павлович старался как можно больше рассказать о себе, своих родных, стремился привить дочери свои жизненные принципы.

– Учись, Наталка, учись, – советовал отец. – Мне повезло, что я окончил стройпрофшколу. В ней не было ни одного предмета, который не пригодился бы мне в жизни. И еще, если веришь в дело, не отступай, отстаивай его.

Сергей Павлович подолгу потом помнил о свидании с любимой Наталкой. Воспоминания о них согревали его и во время длительных командировок.

Новая важная веха в творческой жизни С. П. Королева и отечественного ракетостроения связана с его научно-конструкторским трудом «Принципы и методы проектирования ракет большой дальности». Он вошел в 20-томную работу, руководимую им, являющуюся эскизным проектом баллистической ракеты дальнего действия – Р-3. В ней предусматривалось применение жидкостного двигателя увеличенной мощности, к тому же она имела совершенно новую схему, нежели предыдущие машины. «Новизна поставленной задачи, – писал Королев во „Введении“, – потребовала проведения научно-исследовательских и теоретических работ... опирающихся, во-первых, на результаты всестороннего изучения предшествующего опыта по существующим ракетам и, во-вторых, на достаточно широкие исследования перспектив дальнейшего, развития ракет дальнего действия».

На подготовку эскизного проекта Р-3 понадобился год напряженнейшей творческой работы коллектива ОКБ п смежных организаций. Далеко не все шло гладко, и это естественно: создавалась ракета, которой еще не знала мировая практика. Тем не менее приближалось время подготовки всей документации и перевода проекта Р-3 в металл. Военное ведомство страны возлагало на новую машину большие надежды. Обладая значительной подъемной силой, она смогла бы доставлять полезный груз на расстояние до 3000 километров.

На одном из заседаний Межведомственного комитета в середине 1953 года было решено обсудить итоги работы ОКБ Королева по ракете Р-3. Все ждали, что Главный конструктор, как всегда в этих случаях, сразу возьмет «быка за рога», кратко проинформирует о состоянии дел и скажет конкретно заинтересованным организациям, что от них требуется и в какие сроки. Но почему-то на этот раз Сергей Павлович начал свое выступление с дальних подступов, вызвав немалое удивление присутствующих. Отметив многополезную работу проектантов, Королев особо выделил мысль, что в итоге проработки эскизного проекта сформировалась целостная программа дальнейшего развития ракетной техники. В нее входит конструирование ракет на высококипящем топливе для морского флота, носителей на твердом топливе, которые составят основу будущих ракетных войск, а также новых образцов жидкостных баллистических и крылатых ракет.

– Как вам известно, в ходе работы над Р-3, – неторопливо продолжал Королев, – мы выпустили ракету Р-5, а затем модернизировали ее, установив на ней курчатовскую боеголовку. Эта машина уже несет свою вахту в нашей армии, составляя важнейший элемент ракетно-ядерного щита нашей Родины. С каждой ракетой мы обогащаемся не только теоретически, но и практически. Появились новые идеи. Нас не удовлетворяет дальность полета Р-5 в тысяча двести километров, считаем, что и проектируемая для Р-3 дальность в три тысячи километров тоже не отвечает перспективным задачам.

Королев замолчал. Настороженная тишина воцарилась. на совещании в ожидании того, что скажет далее Главный конструктор. Но то, что он произнес, ошеломило всех:

– В процессе проектирования Р-3, а затем и испытаний экспериментальных образцов ракеты Р-5 и других, на которых отрабатывались заложенные в проекте принципы новой машины... Одним словом, наш коллектив пришел к обоснованному выводу о том, что есть возможность перешагнуть через Р-3 и начать разработку межконтинентальной ракеты.

Ошеломляющее заявление Главного конструктора но сразу дошло до присутствующих. Участвовавший в совещании Министр среднего машиностроения СССР В. А. Малышев с недоумением посмотрел на Королева. Не скрыли своего крайнего изумления члены комитета М. И. Неделин, Д. Ф. Устинов. Наконец председательствующий – заведующий отделом Совмина СССР В. М. Рябиков пришел в себя и, не веря в сказанное Королевым, переспросил:

– Вы не оговорились, Сергей Павлович?

– Нет. Я настаиваю на прекращении всех работ, относящихся к изделию Р-3. Поверьте, мне нелегко далось принять такое решение. Но я хочу быть честным перед своим народом, перед самим собой.

Королева перебили сразу несколько голосов.

– Не громкие ли это слова?

– Сколько времени ухлопали.

– Говорите по существу.

– Вы же не даете мне говорить, – усмехнулся Королев. Достал из папки несколько листков бумаги, взглянул на них и отодвинул в сторону. – Начатую ракету можно довести до серийного производства. Лишней она в армии не будет. На каком-то не длительном этапе ракетостроения она нам послужит. Но она не решит всех проблем. Я пришел к выводу, что надо, не теряя времени, откинув в сторону прежнее решение, направить усилия на разработку межконтинентальной машины, способной достигать любой точки земного шара. Подчеркиваю: любой. Мы с товарищами подсчитали: на новое изделие потребуются почти такие же затраты сил, средств и времени, как на Р-3. Надеюсь, высокое совещание меня поддержит.