Человек с мешком - Романов Александр Юрьевич - Страница 75

А то, что ситуация трудная, можно было заключить не только со слов Аниза. Очень многие из тех, кто являлись к Облибе на КП с докладами, были недавно ранены. Да и вид у всех без исключения был далеко не парадный. Все выглядели измятыми, грязными и невыспавшимися. Как я мог заключить из редких доносившихся до меня фраз, эти люди уже двое суток вели непрерывные арьергардные бои. С превосходящими силами неприятеля. То есть отступали. А противниками их были волколаки и черные колдуны. Силой по крайней мере не уступавшие Анизу с Облибой. И в самом деле, походило, что информация о базе волколаков была ложной.

Отряд потерпел сокрушительный разгром. Здесь у нас, на занятой позиции, оборону держало не более нескольких десятков человек. А где-то внизу еще, в лесу, был оставлен заслон, как я понял. От которого до сих пор не было ни слуху ни духу. Что могло означать все, что угодно. И еще какая-то часть уходила, увозя Дарека, Рэру и Ангреста. Кстати, почему никто ни разу не заикнулся о Забаве? С ней-то что?

От этой мысли мне стало совсем нехорошо. Я совсем забыл про девчонку. А тут еще этот Облиба – какие у него взгляды на исследование выросших в лесу маугли? Вон Аниз в свое время тоже мечтал ее Академии показать. Что, если и этот тоже?

А то, как он меня вез – в качестве трофея, – на многие мысли наводит. Так что мне даже как-то менее симпатичен стал пленивший всех нас магистр. Хотя я некоторое время даже размышлял, не спросить ли его о Забаве. Но потом не стал. Отчего-то ведь и Аниз ни словом не обмолвился про нее. Почему? Подумав, я вернулся к военно-стратегическим рассуждениям. Тем более все равно больше ничего не оставалось.

Одним словом, по визуальным наблюдениям, от отряда, посланного на борьбу с волколаками, мало что уцелело. И мне теперь предстояло участвовать в отчаянном арьергардном сражении. В качестве секретного оружия, надо полагать. Поскольку никто здесь не обладает автоматами земного производства. Не говоря уже про многократно стреляющие одноразовые гранатометы.

Кстати, его-то почему мне не желают дать? А так же «стечкин»? Настолько опасаются? Ну бог им судья. Или Высокое Небо, как они тут говорят. Потомки межзвездных переселенцев, надо же!

Столько лет прошло, а память сохранилась. Да полноте, может, врут все? Хотя, с другой стороны, попробуй соври так – при их-то уровне развития науки! Откуда им знать?

Но с третьей, так сказать, стороны опять те же наши африканские догоны – да и не они одни – обладают же откуда-то вполне современной картиной мира? Или нет?

Тут мои антропологические измышления оказались прерваны самым невежливым образом. Из лесу появились два человека. Шатаясь и поддерживая друг друга, они заковыляли к первому укреплению.

Облиба не мешкая отдал быстрое распоряжение одному из посыльных из группы тех солдат, что находились при его КП. Не то для обороны, не то как раз на такой вот случай.

Через несколько минут выяснилось, что пришедшие – все, что осталось от прикрывавшего отход заслона. Они сумели продержаться на позиции до темноты. А потом отправились догонять ушедший отряд.

Как я понял, в заслоне их состояло не меньше десятка. В живых остались двое, но они были ранены. Пользы от них в предстоящем бою не виделось никакой. Но они тем не менее заняли позиции во второй линии.

Что бы там ни было, ребята эти были крепкими солдатами. И я даже восхитился ими в душе. Но время на отвлечения закончилось. Прибытие заслона означало, что противник вот-вот появится. Вряд ли враги наши двигались медленнее этих двоих.

Я неожиданно почувствовал себя неуютно. Было отчего. Я ведь при всем своем здешнем арсенале и некоторых совершенных уже «геройствах» на войне никогда не был. На Земле, я имею в виду.

В армии служил – и только. Ну еще кучу книг прочитал. И про Вторую мировую, и про другие, менее известные. Но это все, разумеется, не то. Хотя здесь мое положение было, конечно, не чета домашнему.

Тем не менее я все равно ощутил себя весьма неуютно. Но предаваться рефлексии и самокопанию дальше мне не удалось. Как ни странно, я сам, едва не первый, очевидно, различил внизу среди деревьев шевеление.

– Сударь. Магистр Гар! – окликнул меня Облиба. – Приготовьтесь!

Долгожданная атака началась. Солнце стояло еще высоко. И наступления темноты ожидать следовало еще не скоро.

ГЛАВА 2

Реактивный лом залпового огня

Не могу не признаться, что первые минуты боя мной владело совсем не подобающее воину состояние. Любопытство. Как у мальчишки, впервые попавшего в цирк. Примерно. Поскольку, как я уже говорил, сам я на войне раньше не бывал, никакой существенной опасности в данный момент не подвергался и вообще сидел далеко в стороне, можно сказать.

Тем более что ничего на поле боя и не происходило. Вовсе. Так, перебегали отдельные фигурки. Ни тебе криков «ура!», никаких других военных звуков. Все происходило как-то буднично и совершенно нестрашно.

Время шло. Я все так и сидел, бдительно вглядываясь то вправо, то влево, то вперед. Тогда мне становились видны засевшие среди камней на передовой позиции. Сверху они выглядели такими же маленькими.

Это-то зрелище, кстати, и навело меня на одну мысль, как-то не приходившую мне ранее. А ведь могущую оказаться очень кстати. Особенно сейчас, в условиях, так сказать, приближенных к боевым.

Эту штуку проделал как-то один мой приятель, связанный с продавцами контактных линз. Не помню подробностей, но ему тогда по знакомству поставили комплект, дававший остроту зрения в две единицы.

Почти как у орла. Понятно, что ни на что путное в нормальной жизни таковая штука не нужна. Но вот в разных других обстоятельствах… Например – в моих. Так что, пожалуй, стоило проверить.

Тем более что мне сие можно было осуществить донельзя просто. Настолько я уже с этой «чудесной» механикой освоился. Закрыл глаза на несколько секунд и сосредоточился.

Не знаю, правда, что я ожидал получить реально. Поскольку никогда ничего подобного не имел. Хотя как сказать. Был некоторый опыт. Я разжмурил веки и посмотрел окрест новым взглядом.

Н-да. Как раз это время наши противники использовали, чтобы идти в атаку. М-мерзавцы! Другого момента выбрать не могли! Правда, чистоты эксперимента это обстоятельство не нарушило. Видел я превосходно. Так действительно, пожалуй, может видеть орел. Или сокол. Каждая травинка на десятки метров вперед различалась с режущей отчетливостью.

У меня почти сразу заломило в висках. Тем не менее я успел рассмотреть, что атакуют обычные люди. Никаких колдовских эффектов не наблюдалось. Атака была донельзя простой и примитивной.

Атакующие, выскочив из-за деревьев двумя группами, бросились по сходящимся направлениям к центральному укреплению. Было их довольно много. Они с криками махали оружием.

Примерно пересчитав, я определил, что нападающих человек двадцать. То есть вдвое как минимум больше, чем с Анизом. Однако не могу не отметить в очередной раз некоторой странности…

Не удержавшись, я оглянулся на Облибу. Магистр с холодным любопытством наблюдал за происходящим. Для меня, признаться, большей неожиданностью оказалось созерцать в упор «орлиным» взором подробности кожи его лица.

То еще удовольствие. Отвернувшись, я, посоображав, решил вынуть из кармана темные очки. Помогает, говорят. К тому же чем я не «дикий гусь»? Так что я так и сделал. В общем, полегчало.

Теперь я, значит, мог по желанию изменять остроту своего зрения. Замечательно. Надо будет при случае воспользоваться. Что, интересно, еще за возможности содержат в себе мои обстоятельства?

Атаковавшие стремительно добежали до засевших в камнях людей, окружили их, взяли в кольцо. Потолкались вокруг, воинственно размахивая мечами. А потом вдруг так же внезапно откатились обратно.

Так это выглядело из моей ложи. Мне в это время от Облибы никаких приказаний не последовало. Так что оставалось только пялиться.