Человек с мешком - Романов Александр Юрьевич - Страница 61

– Ты не запугаешь меня, – словно лаву выдавил он из себя. – И ее ты не получишь! Она моя! Понял, уже моя!

И он вдруг захохотал таким жутким хохотом, что ко мне враз вернулось все мое соображение. Ну или по крайней мере большая его часть.

– Арх, остановись! – велел я. Арх как раз собирался, видимо, броситься вперед. Так тот придурок достал его, похоже. Да кто ж он такой? Я ведь слышал уже это имя! – Мы сюда не за этим пришли.

Арх стоял не оборачиваясь, глядя на противника. Хороши же переговоры, ничего не скажешь! Длинноволосый подлил масла в огонь:

– С каких это пор, Арх, ты подчиняешься всяким бродячим шутам?

Арх продолжал стоять, разглядывая его самым внимательным образом. Нет, слава богу, Арх вроде нормален.

– Арх, дружище, – позвал я, – мы запечатаем их в холме и зальем слезогонкой. Ничего страшного. Все будут наши. Слышишь? На что он тебе?

– Слышу, – отозвался наконец Арх. Хотя и несколько задумчиво.

Зато Бадат этот совсем точно взбесился.

– Так ты и правила чести забыл уже, ублюдок?! – взвизгнул он. – Какой-то приблуда тебе ближе благородного рыцаря?!

Тут уж я не выдержал по-настоящему. Чувствуя, правда, что все идет наперекосяк. Но я еще надеялся покончить дело миром. Пока.

– Слушай, ты, благородный придурок! – рявкнул я не хуже мегафона. – Заткнись! У нас здесь переговоры или теретский рынок?! Ты на кой хрен сюда приперся?

Слишком поздно я понял, что это была ошибка. Не следовало орать. Длинноволосый картинно простер в мою сторону меч и ужасным голосом провинциального театрального злодея распорядился:

– Он надоел мне! Кара, убей его!

Ничего себе переговоры! Я услышал, как зарычал Серый. Забава встревоженно вскрикнула.

– Да стойте же, идиоты! – постарался я еще по возможности убедить их остановиться. – Делать вам больше нечего, что ли?!

– Поздно, бродяга! – пророкотал низкий и гулкий, как из бочки, голос второго – Кары, очевидно. Я повернулся к нему, оскалясь. Еще немного – и пристрелю мерзавца, ей-богу! Но было действительно уже поздно.

На склоне холма, за спинами наших новоявленных визави, из темного отверстия входа снова выныривали одна за другой быстрые серые тени. Опять… купили. Нарочно для переговоров вышли!

Эта мысль в тот момент была для меня наиболее отчетливой. Все пункты замечательного нашего плана разом перестали казаться мне такими уж замечательными.

Я вскинул пулемет. Все ж таки и мы не лыком шиты. Хотя какая-то недоуменная мысль и не давала мне покоя. Но я выгнал ее из головы. Положение сложилось аховое. А чуть позже я понял, что оно даже еще хуже, когда несколькими очередями на корню пресекши атаку оборотней, услышал предостерегающий окрик Забавы. Ума у меня вполне хватило, чтобы сперва присесть. Одновременно кувыркнувшись. А уж только затем начать оглядываться.

Как раз вовремя. Я увидел Кару, замершего в экзотической позе: с поднятой рукой и растопыренными пальцами. Ни дать ни взять – статуя Свободы. Только факела не хватает.

В этот момент с пальцев колдуна сорвались какие-то дымные полосы и с вкрадчивым шкварчанием пронеслись мимо моей головы, обдав жаром. Я остолбенел.

Кара оскалился. Серый яростно залаял. А Забава в дополнение оглушительно завизжала. Просто очаровательная симфония под названием «конец всему». Мечта какого-нибудь музыкального авангардиста.

Я выпустил еще одну очередь в сторону холма и перекатом сменил позицию. Скорострельность у достопочтенного Кары представлялась не так уж чтоб очень большая. Да и точность в общем-то…

В норе разочарованно взвыли. Даже у нас оказалось слышно. Кара, сверкая глазами, выпалил вторично – и снова промахнулся. И вот только после этого оба мы с ним поняли, отчего его меткость не выносит никакой критики.

Кара, продолжая олицетворять собой истовую аллегорию Гнева, развернулся к Забаве и взмахнул своей «бойцовой» рукой. Я, выматерившись под нос и стараясь не упускать из виду нору, повел стволом на колдуна и нажал на спуск.

К моему удивлению, я не попал. Тоже. Я убедился в том, только израсходовав не меньше полрожка. На таком коротком расстоянии подобное представлялось просто невозможным.

Стараясь не терять времени, я выпалил в Кару длиннейшей очередью, опасаясь только действительно расплавить ствол. Ничего не произошло. Колдун продолжал стоять. За спиной его из склона холма летели клочья, он же оставался как ни в чем не бывало.

И еще дважды выпалил. Хотя с заметной натугой. Один раз в меня, второй – в Забаву. В меня он не попал. И в нее тоже. Но чувствовалась уже во всем этом неожиданном поединке нарастающая напряженность. Словно у одной из сторон вот-вот могла наступить усталость. Причем я почти не сомневался у которой. Вряд ли Забава сможет отводить вражеские удары до бесконечности.

Но и относительно противника… Мне, конечно, приходилось разрываться между пещерой и колдуном, но для Кары, на мой взгляд, встретившееся сопротивление было и вовсе неожиданным. Не знаю уж, что он раньше думал. Хотя, впрочем, при такой комбинированной атаке часть оборотней могла рассчитывать прорваться. Вряд ли они знали, что я смогу помешать им…

Я сменил патроны в пулемете и выпалил трассирующими. И сразу все стало ясно. Бог ты мой! Пули просто отворачивали в сторону. Огибали Кару, слегка меняя траекторию!

О чем-то подобном я смутно слышал раньше. Приходилось читать. Какие-то воспоминания участников Великой Отечественной. И гипотезы в этой связи о природе феномена скандинавских берсерков. Тех, помнится, тоже нельзя было достать никаким оружием во время боя, хотя выходили они сражаться зачастую без доспехов. О подобном же упоминается в некоторых южноазиатских хрониках. В связи с восточными единоборствами.

Но чтобы встретить это здесь?! А с другой стороны – ты чего, собственно, ждал? Что тебе еще и ключи вынесут? От квартиры, где деньги лежат. На блюдечке с голубой каемочкой.

Зевать было некогда. Я очередной очередью пресек очередную же попытку оборотней вырваться из пещеры и снова кувыркнулся в сторону, избегая удара колдуна. Вот только что мне с ним делать – я явно сообразить не успевал.

Раунд затягивался. И не в нашу пользу. Кара снова выпалил. Еще отчаянней закричала Забава. Как я понял, закричала именно мне. Но что я могу сделать?! Я с силой вдавил спуск, но ни одна пуля не задела стоящего колдуна.

Серая молния метнулась вдруг к нему сбоку – и полетела с визгом на землю. Я не успел даже ни обрадоваться этой помощи, ни испугаться за Забавиного пса. Колдун выпалил в Забаву снова – и на этот раз попал.

Забава с криком повалилась на землю, корчась от боли. Ах ты тварь ползучая! Я дал несколько очередей по Каре и тут же по пещере, пытаясь одновременно лихорадочно сообразить, что же такое можно сделать?!

Вот когда мне стало, пожалуй, по-настоящему страшно! Я не знал, что тут можно предпринять, и при этом не мог бросить все, поскольку волколаки в норе только и ждали возможности выбраться.

Я еще раз сменил позицию и дал несколько очередей. С другой стороны на Кару башней надвинулась закованная в железо фигура с занесенным огромным мечом – Ангрест вовремя сообразил, что требуется прийти на помощь, – но тоже полетела на землю.

После этого колдун наконец принялся за меня. Я рванулся прочь от дымных полос… Тут меня и приложило. Впечатление было такое, словно достали раскаленным утюгом.

Я взвыл и метнулся со всем проворством. Уо-у!.. Все это время болтавшийся у меня на поясе мегафон сказал наконец свое веское слово. Да так, что я от боли зарылся носом в траву. Но, кажется, это и помогло. Я стал лучше соображать, от страха видимо. И метнулся к стоящему на земле мешку, не теряя из виду пещеру. Очень кстати! Оборотни, не унимаясь, снова попробовали рвануться наружу.

Да, задумано у них, надо признаться, было неплохо. Все планы прорваться имели шансы на успех. Вот только меня они действительно не учли, похоже. А я уже сообразил, как мне их пресечь. Вот до мешка только добраться бы…