Дом на холме - Стадникова Екатерина - Страница 74

– Что это было? – осведомился Никодемас.

– Ком сухой земли. – Сторож победоносно встряхнул продолговатый металлический красный баллон с длинным хоботком. – А теперь просто грязь.

– Оно на нас напало, – сощурился тот.

Мистер Кроу взял на себя заботу о Робин. Вручив Никодемасу странный баллон, он осторожно поднял девочку на руки.

– Я могу идти! – попыталась возразить Би.

– Тогда чего ныла? – фыркнул друг.

– Ты грубиян! – пискнула Роби.

Каспар Кроу исчез из виду, унося бедняжку в медпункт. По совести сказать, Эмилия про себя осуждала Никодемаса. Порой мальчик делался слишком несдержанным и злым.

– Объяснитесь, Орбус, – не обращая внимания на ребят, приказала возвышавшаяся над всеми Бэсс Живье.

– Я тысячу раз говорил, что доверять Символогию учащимся, пусть даже старшеклассникам, абсурдно, – растерянно развел руками тот. – Теперь госпожа Прейвери сама в этом убедится.

– То есть вы утверждаете, что моя подопечная сама призвала безмозглого агрессивного элементаля? – Бэсс уперлась кулаками в бока и добавила: – Нечаянно?

– Не нужно на меня так смотреть, – обиделся толстяк. – Я удивлен не меньше вашего.

Разговор продолжался, но мисс Хоуп поманила ребят к себе. Эмили показалось, что белый шарик выкатился из складок подола длинного черного платья учительницы. Правда, стоило девочке моргнуть, как того и след простыл.

– Зачем ты обозвал Би? – шепотом спросила друга она.

– Я... испугался я, – буркнул Никодемас и поспешил за Ди'Анно.

Новая учебная неделя не принесла ничего интересного, как и последующая. Шпионить за фельдшерицей оказалось не занимательней, чем разглядывать перемещения одноклеточного организма по капле воды через гиперглаз. Ребята быстро бросили бесполезную затею.

Уроки Ди скоро сделались любимыми, а каморка Каспара превратилась в «тайный штаб». Никодемас добился превосходных успехов в Символогии, чего нельзя сказать о девочках. Время от времени Оуэл оставлял их после уроков, давая специальные задания по своему предмету.

За окнами хмурилось низкое свинцовое небо. Осень вступила в свои права. Редко-редко баловала она погожими деньками.

После того скандала у Лягушонка одноклассники перестали звать Робин «тютей», а Берта и Белла старательно обходили друзей стороной. Чарли вообще исчез из их жизни из-за перевода в другую школу. А вот Удава ребята стали видеть очень часто. Дэрек встречался со старшей сестрой Артура – Инит, которая брала дополнительные уроки у мадам Нанс перед выпускными экзаменами.

Инцидент с элементалем остался в прошлом. Крайней во всей этой истории оказалась одноклассница Удава, умудрившаяся начертить сложную систему символов только потому, что они показались ей очень красивыми.

Ветерок еще больше подрос и окреп, Патрик считал, что пора было выпускать его из подвала, но Люсьен медлил. Много раз Эмили предпринимала попытки вытащить из Люса хоть что-нибудь о нападении, Ордене или Дивных. Надо отдать ему должное: друг молчал как партизан.

Гретта вела ожесточенную войну с добывайками, пуская в ход все подручные средства. А Клео весело потешалась над потугами «старой совы» изловить ее. Кроха каждую ночь заплетала девочке тучу косичек, а утром Альхен безропотно расплетала их.

Эмили повадилась ходить босиком, чтоб никто ее не слышал, в надежде застать еще какой-нибудь разговор взрослых, но только схватила простуду. Правда, все подумали, что причина в рассохшейся оконной раме, и девочку временно переселили в соседнюю комнату из детской.

Орин дремал, но стоило позвать, как ласковый голубой свет разлетался игривыми искорками.

Маму будто подменили: она забыла слово «нет» и даже позволила Эмилии влезть в свою шкатулку с драгоценностями! Папа же казался грустным и усталым. На лбу его появились глубокие, как шрамы, морщины, а виски побелели. Мистер Варлоу с удовольствием уделял дочери внимание, несмотря на то, что был очень занятым человеком.

Зарядили дожди. Вечные зонтики и стук капель в стекло навевали тоску. Эмили стала замечать, что Робин смотрит на нее как-то странно. На все вопросы подруга отшучивалась или находила любой другой предлог избежать прямого ответа.

Но однажды...

Девочки, как обычно, трудились над дополнительным заданием по Символогии. Высунув языки от усердия, они выводили линии и строили углы. Разумеется, только пока толстый учитель не отлучился перекусить.

– Ну, теперь можно расслабиться. – Би отложила карандаш.

– Ноги размять, – с готовностью поддержала Эмили. Со стеллажа на подружек сурово таращился портрет директрисы. Неприятная женщина точно говорила им: «Учитесь!»

Эмили выбралась из-за парты и потянулась. Ей и впрямь надоели однообразные задачи. Обернувшись, девочка встретилась взглядом с Робин, в чертах которой отпечаталось знакомое напряжение...

– Вот опять ты на меня смотришь! – возмутилась она, но та никак не отреагировала. – Что с тобой?

Бедняжку Би била мелкая дрожь. Эмили было хотела броситься к подруге, но в следующий момент невыразимый ужас сковал все тело!

Голубые глаза Робин закатились, голова упала на грудь, а изо рта хлынула пена... На побледневшем лице ото лба до самого подбородка, наливаясь кровью, проявилось отвратительное малиново-бурое пятно! Тут губы несчастной пришли в движение.

– КОГДА ДВА ОСКОЛКА ВСТРЕТЯТСЯ, А ЛЕДЯНАЯ ТЮРЬМА РАССЫПЛЕТСЯ, ДЕРЕВО ВЫЙДЕТ ИЗ-ПОД ЗЕМЛИ, И ЦАРСТВО ЛЖИ ПАДЕТ!

Выкрикнув последнее слово, Робин рухнула на пол.

В ушах еще звенел гадкий, похожий на старушечий, голос, а руки и ноги не слушались. Внезапно дверь класса хлопнула! Кто-то запер ее с той стороны...

Глава 15.

Роковые случайности

Несколько недель Танцоров лихорадило проверками. Но ничего, кроме мелких нарушений! Дайна рыла землю носом, хваталась за малейшие неточности в показаниях – все тщетно! От Алекс она узнавала о событиях вокруг усадьбы раньше, чем из рапортов своих дозорных. Дивные сняли наблюдение... испугались. Или пытаются перехитрить?

Ощущение собственной никчемности и беспомощности давило могильной плитой. Возможно, именно из-за этого Дайна отвергла помощь Баламута. Что она кому пыталась доказать?..

Ночами мучили кошмары. До тошноты! До крика!.. Снился Смит с обвившейся вокруг шеи лиловой змеей. Мужчина с пеной у рта спорил... говорил, что Танцоры «бесчувственные нелюди», «нежить» и «хладнокровные убийцы». Но под конец непременно падал замертво.

Дайна вскакивала с влажной от пота постели и часами металась по комнате, стараясь не встречаться взглядом с отражением в пыльном зеркале. Она стала раздражительной и резкой.

Одна вещь во Вселенной приносила хоть какое-то подобие успокоения – беззаботная улыбка маленькой Эмили. Глядя на нее, верилось в лучшее!

Загадка таблички кобольдов так и осталась... загадкой. Внутренний голос звал в тюремный лабиринт: убедиться, что проклятый старик по-прежнему мертв. Памятуя о предостережении Александры Бонмонт, мисс Уиквилд сопротивлялась этому желанию. Да и кто в своем уме станет рваться в место, являвшееся исключительно в ночных кошмарах?

Она пыталась понять: зачем Дивным необученный потенциальный Вестник? Абсурд! Кроме остановки времени, причем неконтролируемой, девочка не сможет ничего. Любого не наделенного бессмертием попросту уничтожит! Эмили бесполезна для них...

От отчаянья в сознании сверкала шальная мысль: через агентуру передать это самим Дивным. Только вот рассчитывать на их благоразумие по меньшей мере глупо.

За попытки выяснить о пророчице и пророчестве Дайну подняли на смех, причем даже ровесники Алекс, которые должны были знать правду!

Возможно, от ночных диспутов с покойным Смитом, или по какой другой причине, мисс Уиквилд страстно желала почувствовать себя живой. Но единственный человек, казавшийся близким по духу, – Каспар Кроу – старательно избегал ее.

Стоило Дайне поймать его взгляд, как сторож терялся в толпе. Каспар определенно что-то скрывал... По статистике, большинство изгоев попадало к Дивным. Мисс Уиквилд оттягивала момент разговора на подобную тему, только поведение мужчины временами настораживало.