Дом на холме - Стадникова Екатерина - Страница 72

– Как ты можешь сосредоточиваться? – не выдержала Робин.

– Легко. – Мальчик перелистал учебник до конца, чтоб сверить ответы. – Подумай сама, чего дергаться, если от нас ничего не зависит. Нам даже правды не сказали!

– Так мы что... ничего не предпримем? – не поверила та.

– Ты точно с приветом... – Он покрутил указательным пальцем у виска. – Предпринимай, если жить надоело. Я не готов «героически гибнуть».

– Наоборот! – вмешалась в спор Эмили. – Мы ведь можем стать внимательнее...

Две пары глаз вопрошающе уставились на нее.

– Нам соврали, потому что считают нас маленькими и глупыми, – продолжила рассуждать девочка. – А Би заранее знала, что на нас нападут.

– Только не сказала... – съехидничал Никодемас.

– А теперь скажет, – возразила Эмили.

Робин отложила перо и наморщила лоб:

– В школе есть... злодей, – призналась она.

– Объясни сейчас же! – приказал мальчик.

– У меня несколько раз... были... видения. – Би покраснела.

– Не тяни, – предупредил тот.

– Медсестра с пожарным топором в руках... – Девочка зажмурилась.

– Бланка? С топором? – Никодемас согнулся в приступе беззвучного смеха.

– Вот за ней и последим, – подытожила Эмили. Закончив с уроками, ребята вернулись в сад. В приступе осторожности они опасались разговаривать на тревожащие темы вслух. Девочки сидели на качелях вдвоем, а Никодемас бесцельно пинал опавшие листья.

– Красиво здесь, – попыталась разрядить обстановку Робин. – Я люблю розы...

– И я, – соврала Эмили. – Только Патрик мне запретил их рвать.

– Пойдем посмотрим на клумбу? – подхватил мальчик. Поскольку других предложений не поступило, ребята направились прямиком к коттеджу.

– Может, Ди'Анно оставила рисунок здесь? – Никодемас заглянул в окно.

– Интересно, зачем? – скептически отозвалась Би.

– Ну, мало ли... – пожал плечами он.

Патриковы розочки наполняли грудь сладким, почти дурманящим ароматом. Вдыхая их запах, не хотелось думать о плохом. Будущее представлялось волшебным и радужным.

– Мисс понравилась наша работа? – тоненький голосочек струился из недр клумбы.

– Это она? – Мальчик присел на корточки.

– Да, – ответила ему Эмили, но Клео поняла все по-своему.

– Ура! Теперь мы будем делать так каждое утро! – Кроха выбралась на дорожку.

– Нет!!! – Длительная экзекуция не остыла в памяти.

– Что «нет»? – вздрогнул Никодемас.

Девочка схватилась за голову. Речь добывайки понимала она одна – диалог получался странноватым. Эмили предприняла попытку объяснить крохе, что «косичек больше не нужно», но слова улетели в пустоту. Маленькое глупое создание носилось кругами и выкрикивало бессвязицу.

Девочка боялась, что писк услышит гренни. К счастью, обитатели коттеджа, скорее всего, разошлись по своим привычным делам.

– Клео любит розы? – спросил мальчик.

– Не знаю, – призналась Эмили.

– Любим. – Кроха замерла и уставилась выпуклыми глазками-пуговками на ребят.

– Любим, – повторила за ней девочка.

Тогда у Никодемаса в руке сверкнуло лезвие. Он аккуратно подхватил ближайший бутон двумя пальцами...

– Что ты делаешь? Падди запрещает мне...

В ответ тот только улыбнулся.

– Это тебе... Мне-то он ничего не запрещал, – как мальчик ни старался, как ни осторожничал, шипы все равно его достали.

Алая капелька, переливаясь рубиновым блеском, скользнула на ладонь. Никодемас опустился на одно колено и протянул первый цветок зардевшейся от смущения добывайке.

Кроха возила пухленькой босой ножкой по земле перед собой и медлила. Наконец Клео отвесила свой потешный поклон и приняла дар:

– Нам еще не давали цветов, – пискнула она. – Воробышек теперь наш друг навсегда.

Добывайка держала бутон обеими руками. Само собой, Эмилии пришлось все перевести.

– Только не «Воробышек» тогда уж, а «Вороненок», – попросил мальчик.

– Ничего не выйдет, – со знанием дела сообщила она. – Думаешь, мне нравится быть просто «Мисс»?

День пролетел незаметно. Эмили не любила прощаться, так что не пошла провожать друзей на пирс.

Глава 14.

День как день

Как ни странно, до понедельника ребята все же успели друг по дружке соскучиться. В шумном школьном холле к ним подошел Артур. Мальчик выглядел взволнованно:

– Вы видели изменения в расписании на завтра? – после приветствия спросил он.

– Нет еще, – ответил за всю троицу Никодемас.

– Зря, – протянул Боунс. – Нам поставили Алхимию, Вивидологию-практику и Историю.

– Три урока? – не поверила Робин.

– Ага! – Артур энергично закивал. – А я все равно не учусь.

– Это еще почему? – вклинилась в разговор Эмили.

– Потому что я сам завтра буду учителем у малышни! – он высоко задрал подбородок. – Вот оторвусь!..

Со всеми приключениями друзья совершенно забыли о дне школьного самоуправления. А ведь это единственный день в году, когда можно самому стать учителем!

– Ну и что? – буркнул Никодемас. – Подумаешь!.. Я сразился с драконом. А он собирается воевать с первоклашками. Я лучше подожду пока, чтоб годика через два примазаться к Оуэлу на Символогию!

– Пойдем лучше посмотрим, кто у нас завтра ведет? – предложила Роби.

У доски с расписанием, казалось, собралась вся школа! Ребята едва смогли протиснуться.

– Основы Алхимии, – перекрикивая галдящих, прочла Эмили, – Чарльз Персеваль Уэлш.

– Первый урок я прогуливаю, – объявил Никодемас.

– А я бы на твоем месте пошла. – Робин серьезно посмотрела на друга.

На какое-то мгновение показалось, что сейчас опять начнется перепалка, но этого не произошло.

– Вот пошла бы, чтоб получить пятерку и посмотреть, с каким лицом он ее поставит, – продолжила девочка.

– Правда? – Никодемас задумался.

– А что? Почему нет? – подбодрила Би.

Вивидологию-практику Живье доверила Дэреку Саммерсу, которого Эмилия знала как Удава, а Историю взяла Инит Боунс.

– Ну и лопух Артур! – хихикнул мальчик, когда шумный холл остался позади. – Если бы у меня была сестра, я остался бы и наполучал пятерок до конца жизни!

– Но у тебя сестры нет, – рассмеялась в ответ Робин.

Странно, почему-то никого не удивил тот факт, что Би перестала бурно реагировать на персону Золотого Чарли. На большой перемене подружки немного отстали от Никодемаса. Убедившись, что он их не слышит, Эмили осторожно спросила:

– Ты больше не любишь Уэлша?

Робин отвела взгляд.

– Он... поступил плохо, – вдруг призналась она. – Мне за него стыдно. Не спрашивай, почему. Все равно не объясню... Может, потом.

– Ладно, – согласилась она.

Уже дома Эмилия задумалась над словами подруги. Неужели Би и впрямь способна предсказывать?

Утро вторника ничем не отличалось от остальных. Снова Ветерок и жаркая бойлерная. Девочка гадала, как поведет себя Никодемас. Но друг, на удивление, явился к первому уроку, вооружившись уверенностью в собственных силах.

– Моя очередь блистать, – с улыбкой бросил он, усаживаясь за парту.

– Такой настрой мне нравится, – подмигнула Роби, проходя мимо.

Школа преобразилась: стены расцвели красочными плакатами, доска расписания превратилась в доску почета, а сияющие чистотой классные комнаты украшали пышные букеты. Ни намека на присутствие учителей... все они в актовом зале слушают хвалебные речи директрисы.

Эмили скосила взгляд на дверь и заметила Бланку Мулиэр: фельдшерица заглянула целых два раза, будто высматривала кого-то.

«Что она тут делает?» – немедленно написала девочка и сунула другу лист.

«Кто?» – ответил тот, стараясь не вертеться и не привлекать к себе внимание.

«...которая в видениях с топором», – вполне достаточное объяснение.

«Мулиэр? Где?» Почерк стал мельче.

«Да. – Эмили на несколько мгновений обернулась, якобы для того, чтоб поправить подол форменной юбки. – Все еще в дверях. Смотрит...»

«На нас?» Никодемас полез в сумку, висящую на спинке стула.