Остров метелей - Ушаков Георгий Алексеевич - Страница 39

Разделка моржа на льду

Молодая эскимоска

Теща Павлова Ипокли

Санбоа

И М Павлов

Г. А. Ушаков в походе на о. Врангеля

Комната Г. А. Ушакова на о. Врангеля

Г. А. Ушаков с совой

Эскимосы готовы к переселению на северную часть острова

На бивуаке

Стамухи у южного берега

За топографической съемкой

Эскимосы в гостях у летчиков

Советский самолет в Арктике

П. М. Павлов и Таян а походе

Эскимосы у яранги

Г. А. Ушаков в кухлянке

Окончательно знаменует приход, весны появление на острове многочисленных куликов. Из них самые обычные: камнешарка — небольшой пестрый красноногий куличок, тулес — крупный кулик в темном оперении с ярко-белыми пятнами, исландский песочник — ярко-рыжий, особенно на брюшке. Все они прилетают в последних числах мая — начале июня и сразу наполняют тундру своим громким мелодичным свистом и криками.

Образ жизни этих куликов сходен: в просто устроенные гнезда они откладывают обычно по четыре пестрых яйца, которые насиживают как самки, так и самцы. После вывода птенцов большинство куликов покидает те сухие участка тундры, где были устроены их гнезда, и переселяется вместе с потомством к берегам рек, ручьев или моря. С острова кулики улетают одними из первых — уже в июле или начале августа.

Встречается на острове и еще один мелкий куличок — плосконосый плавунчик. Своими повадками он заметно отличается от других видов. Его появление и присутствие летом почти незаметны. Но с половины августа, выйдя с молодью к морю, он поражает наблюдателя своей многочисленностью. Его можно встретить и в открытом море и во льдах. Особенно же излюбленными его местами являются песчано-галечные отмели. Здесь он держится многочисленными стаями, которые, соединяясь одна с другой, иногда образуют вдоль берега беспрерывную ленту в несколько километров. В начале сентября 1928 года (из куликов плосконосые плавунчики улетают последними), проходя на байдарке вдоль северного берега, я наблюдал такую ленту длиной не менее 2 километров. Не беру на себя смелость хотя бы приблизительно определить количество собравшихся там птиц.

Пищей плавунчику служат мелкие планктонные животные, за которыми он и ведет бесконечную охоту. Сидя на воде, плавунчик беспрерывно кружится вокруг одной точки, словно его хвостик пригвожден к воде и он никак не может освободиться. За это эскимосы прозвали его коловоротом.

Эта птичка очень неосторожна и, подпуская к себе на два-три шага, спокойно позволяет наблюдать за собой.

Кроме описанных выше птиц, остров летом посещают как уже сказано выше, журавли, но они очень малочисленны и, очевидно, попадают сюда случайно. За время пребывания на острове я наблюдал только четыре стаи общей сложностью не более пяти — десяти особей.

Кроме журавлей, в начале июля 1927 года я видел одного лебедя, по-видимому, заблудившегося. Изредка можно наблюдать белую, или полярную чайку — оперение ее снежно-белое. Она появляется обычно при большом нагоне крупнобитого северного льда и вместе с ним исчезает.

19 августа 1929 года я встретил вблизи мыса Гаваи двух топорков, летевших по направлению к берегу. Это единственные замеченные на острове в течение трех лет представители данного вида, безусловно, случайно залетевшие сюда.

Менее разнообразен видами, но не менее богат числом мир млекопитающих. На острове в большом количестве обитают лемминги — полярные мыши.

В водах, омывающих остров, из морских животных водятся моржи, несколько видов тюленей и белуха Особенно обращает на себя внимание огромное количество моржей, собирающихся вокруг острова в летний период Десятки и даже сотни плавучих льдин бывают покрыты отдыхающими моржами, которые лежат сплошной плотной массой. Не раз удавалось наблюдать одновременно стада моржей численностью в общей сложности свыше 10 000. Вряд ли имеется на земном шаре еще уголок, где можно было бы встретить в таком количестве этого зверя. Известны случаи, когда охотники возвращались с моря с пустыми руками не потому, что нет моржей, а потому, что их слишком много, и охотники, не раз наученные горьким опытом, не решались нападать на зверя.

Из островных промыслов наиболее важное значение имеет охота на песца. Основную пищу его составляют лемминги. Благодаря изобилию этих мелких грызунов и сравнительно легкой добыче их в летний период песец почти не выходит на берег моря. В это время года он предпочитает держаться внутренних районов острова, разнообразя свой рацион птицами, птенцами и яйцами. К зиме же, когда птицы покидают остров, а лемминги устраивают свои ходы под снегом, песец выходит — обычно уже в конце сентября — на побережье. Здесь он собирает в полосе прибоя моллюсков, иглокожих и рыб. Впрочем, особенно поживиться не удается — большую часть морских обитателей, выбрасываемых редкими осенними штормами, сразу же подбирают чайки. По мере того как ширится пояс льдов, окружающих остров, песец все дальше уходит от острова. Видимо, он переселяется на материк либо уносится льдом[43].

Много ли песца будет к охотничьему сезону, начало которого приходится на ноябрь, всецело зависит от количества леммингов и состояния ледового покрова. Как правило, в начале сезона песец на острове малочисленнее, чем в конце его, когда к периоду гона (апрель) он возвращается на остров.

Песец дает потомство в июне — июле. Линяет он в августе, а «выходит» (то есть приобретает чистую белую шерсть) к половине ноября, хотя и в конце октября можно встретить вполне «вышедшего» песца. В то же время вплоть до февраля попадаются не вполне «вышедшие», и не только среди молоди, но и среди взрослых песцов. Очевидно, это зависит от условий питания.

Чтобы обнаружить его норы, нам приходилось осматривать буквально шаг за шагом каждое возвышение, каждый бугор. А это дело невероятно тяжелое — короткой ли осенью, когда из трех два дня остров окутывает туман, суживая горизонт до 10 километров, или летом, когда единственный возможный способ передвижения — пеший. В пределах острова песцы наиболее многочисленными оказались в тундре Академии, особенно на северо-западе ее, и в окрестностях бухты Сомнительной.

Белого медведя правильнее относить к обитателям морских льдов, а не суши. На сушу он выходит лишь тогда, когда она становится на пути плавучих льдов, особенно если эти льды мелкобитые и несутся узкой полосой по неспокойному морю. Покинув льды, медведь обычно остается на припае, у кромки воды, и только время от времени выходит на землю, предпочитая и здесь держаться у самого берега, не забираясь в глубь суши. При первой же возможности зверь вновь возвращается на льды. Иными словами, нормальным местом обитания белого медведя являются морские льды, где он и добывает себе пищу. Тот же ледовый режим, как известно, имеет первостепенное значение и в жизни различных видов тюленей — основного источника пищи для белого медведя.