Такой я видел Индию - Алаев Леонид Борисович - Страница 64

Так родилась идея «третьего» пути, идея «смешанной экономики», построения не капитализма и не совсем социализма, одним словом, «общества социалистического образца».

Что это за образец, не разъяснялось ни в резолюциях, ни в речах государственных деятелей, ни в научных статьях. Не вызывало сомнения только, что, как и при капитализме, в нем будут существовать частная собственность и частное предпринимательство, но зато, как при социализме, не будет богатых и бедных.

Предполагалось достигнуть этого, во-первых, посредством развития всех видов производства — частного и государственного, мелкого и крупного, промышленного и сельскохозяйственного;

во-вторых, посредством ограничения частного предпринимательства. Государство берет на себя развитие ключевых отраслей промышленности — тяжелой и военной. Оно же регулирует рост частных предприятий, выдавая лицензии на строительство новых заводов, а также на приобретение сырья и оборудования;

в-третьих, через защиту государством мелкого производства (ремесленников, крестьян, мелких капиталистов) от конкуренции крупных предприятий, от ростовщичества и т.д.;

в-четвертых, через установление «мира» в промышлености — поддерживая «справедливые» требования Рабочих, касающиеся повышения заработной платы, но и не обижая капиталистов.

В результате постепенно поднимется жизненный уровень всех, сократится разрыв в доходах между бедными и богатыми и Индия будет приближаться к «демократическому социализму».

Эта программа была бы прекрасной, если бы она могла, быть выполнена. Однако задачам развития экономики страны, остающейся, разумеется, капиталистической, она вполне может служить и служит вот уже более 20 лет, хотя, конечно, заложенные в ней противоречия все время колеблют экономическую конъюнктуру, тревожат общественное мнение.

Начнем с успехов. За годы действия трех пятилетних планов (1951-1966 гг.) выпуск промышленной продукции вырос почти в три раза и продолжает расти примерно на 7-8% в год. Много это или мало? Много, потому что Индия впервые в своей истории двинулась вперед такими темпами и потому что эти показатели выше, чем в целом по капиталистическому миру. Мало, если учесть громадное отставание в прошлом и нужду народного хозяйства в товарах. Очень много и очень важно, если вспомнить, что в эти годы Индии пришлось по существу заново осваивать ряд отраслей, совсем отсутствовавших в колониальный период или же представленных в то время лишь отдельными заводами, — черную металлургию, нефтяную промышленность, химическую, машиностроение, производство электроэнергии. Можно долго рассказывать о новых заводах, об изделиях с маркой «Сделано в Индии», впервые появившихся на внутреннем и международном рынках. Но лучше оставить эту тему для экономиста и ограничиться личными впечатлениями.

Ряд районов этой древней страны принял совершенно новый, индустриальный вид.

Прежде всего надо упомянуть Бхилаи — город, выросший в сухой степи Центральной Индии вокруг металлургического комбината, сооруженного с помощью СССР. Конечно, производственные здания, домны, мартены, громадные склады, подъездные пути превалируют в ландшафте. Однако привлекает и сам город, расположенный поодаль, с прямыми мощеными улицами, аккуратными современными домами, с вновь заложенными скверами и парками. Облик будущей Индии уже проглядывает здесь.

Грандиозны плотины, возведенные на реках Сатледж (Бхакра-Нангал), Тунгабхадра, Маханади (Хиракуд). Строительство их преследует несколько целей — производство электроэнергии, орошение, борьбу с наводнениями, улучшение условий судоходства.

Таких необычных ландшафтов и новых городов в стране уже сотни: Дургапур, Асансол, Ранчи, Руркеда, Нейвели и другие.

В 1968 г. мне довелось ехать в поезде по Гуджарату поздним вечером, почти черной ночью. Всю дорогу вдалеке маячили красные факелы нефтяных вышек. Когда-то Индия не имела своей нефти и считалось, что ее нельзя там найти. Теперь с помощью СССР и Румынии нефть найдена, причем в количестве, которое покроет все нужды страны. Активная разведка продолжается на территории Гуджарата. Планируется вскоре бурение на море — нефть будут добывать со дна Камбейского залива.

Гербом штата Ассам служит скачущий носорог. Теперь он скачет на пузатых боках цистерн с ассамской нефтью и бензином, отправляющимися во все концы страны. Он стал фирменной маркой государственной компании «Ассам Ойл». А герб пора менять: носорогов все меньше, а нефтяных вышек — все больше. В Барауни и Гаухати построены нефтеперегонные заводы.

Среди наиболее ярких впечатлений поездки 1968 г. — совершенно новый облик пригородов Дели, Бомбея и других городов. Они растут не только за счет жилых кварталов, но и за счет фабрично-заводских районов. В основном предприятия эти мелкие, их роль в производстве не так уже велика, но значение их в экономике измеряется не только этими показателями.

Прежде всего развитие мелкого предпринимательства, защита его от конкуренции — часть программы правительства, и она выполняется. Если предприятие имеет элементарную механизацию (электродвигатели), если оно может рассчитывать на государственный кредит и если его сбыт более или менее обеспечен контрактом с правительственным ведомством или с частной фирмой, оно процветает, поскольку ограждено от конкуренции крупного производства.

Государство основывает так называемые промышленные участки, т.е. застраивает кусок земли производственными зданиями, подводит к ним электричество, газ, водопровод и затем сдает их мелким предпринимателям за номинальную ренту. При наличии у человека нескольких тысяч рупий он легко может стать капиталистом, мелким, конечно, но с перспективой роста. И пока он не окрепнет и его предприятие не перерастет рамки, официально установленные для «мелкого» производства, он не будет платить налогов и будет получать всевозможную помощь со стороны государства. Однако он не может стать крупным капиталистом, потому что, наняв двадцать первого рабочего и вложив в дело сто тысяч первую рупию, автоматически лишается кредитов и поддержки и оказывается один на один с монополистическим капиталом.

В расширении мелкокапиталистического класса руководители сегодняшней Индии видят один из путей к социализму. Путь, конечно, по меньшей мере странный.

Но развитие мелкой промышленности, хотя оно, разумеется, не может привести ко всеобщему благоденствию, играет в настоящее время благотворную роль. Оно улучшает общую деловую конъюнктуру в стране, учит мелких собственников «культурному» хозяйствованию, превращает забитых и разобщенных кустарей, нанимающихся на такие предприятия, в отряд рабочего класса, самое же главное, повышает материальный уровень жизни десятков миллионов человек, которые имеют теперь постоянную работу.

Тот, кто знает, как трудился и еще нередко трудится индийский кустарь — в своем доме, в тесноте и темноте, — должен радоваться, видя того же кустаря, работающего часто традиционными методами и старыми орудиями, но в чистом, светлом зале, полном воздуха и потому не столь душном. Надо сказать, что мелкие фабрики, которые усыпали предместья городов, не портят их внешний вид. Современная архитектура и яркие краски оставляют даже некое праздничное впечатление, не исчезающее, когда заходишь внутрь.

И хотя известно и по рассказам, и по документам, что рабочих, особенно на мельчайших предприятиях, продолжают жестоко эксплуатировать, все же видишь и здесь приметы будущей, вероятно, более счастливой Индии. Им стало все же легче, чем раньше, когда они были «самостоятельными» бедняками или же вовсе безработными.

Положение рабочих в крупной промышленности также изменилось к лучшему. Приняты законы, устанавливающие максимум рабочего дня (8 часов), минимум заработной платы. Официально признано, что рабочие не должны страдать от роста цены на товары — введена «надбавка на дороговизну», о которой уже говорилось. Надбавка разрешена не всем категориям работников, а ее получение связано с постоянной борьбой.

Эта борьба вскрывает основное противоречие нынешнего экономического прогресса Индии — он достигается в основном за счет тех же народных масс, которых должен был бы облагодетельствовать.