Талисман - Роджерс Мэрилайл - Страница 92

Тимоти тоже заметил возвращение ледяных доспехов своего кузена, от которых, как он думал, пылкая натура Лиз освободила его. В этот день, который должен быть полон облегчения и прекрасного чувства победы, этого нельзя было допустить. И он опять постарался отвлечь внимание – на этот раз ради Грэя.

– Должен сказать, нам, конечно, повезло, что констебли решили именно тогда провести акцию по захвату шайки торговцев белыми рабынями.

– Повезло? Ничего похожего. Джереми выполнил приказ, который я отдал ему, входя в «Веселый Зал». Ты забыл? – Черные брови удивленно нахмурились, невзирая на сконфуженный вид Тимоти.

– Джереми говорит, что ему пришлось туго, пока убедил их вообще прийти, – продолжал рассказывать Грэй. – Подвиг, который спас нам жизнь и за который я щедро вознаградил его. Наградил в дополнение к новой должности младшего кучера.

– Я тоже отблагодарю его, – широко улыбнулся Тимоти. – Ясно, что только благодаря ему мы были спасены за несколько мгновений до того, как наши бывшие друзья выполнили бы свои наихудшие угрозы.

– Дела обстояли не совсем так, – тихо смеясь, заверил Грэй Тимоти и молодую женщину, чьи светло-голубые глаза расширились от нового приступа страха. – Джереми говорит, что полицейские стояли за дверью почти с момента прибытия сэра Дэвида. Но они решили подождать и послушать его откровения, прежде чем сломать ловко задуманное им.

– Действительно, сломать, – пробормотал в сторону Тимоти, удерживаясь от насмешливой улыбки и поднимая руку, которую прошлым вечером врач положил в лубок.

– В общей сложности, понятное решение. Ожидание дорого обошлось нашим нервам, но зато были получены неоспоримые доказательства, для того чтобы арестовать эту банду работорговцев. – Грэй решил не портить момент их торжества словами о том, что свято место пусто не бывает, но, остается надеяться, без лидера из числа членов парламента.

– Но как скоро мы сможем пожениться? – Полностью сменив тему, вернувшись к более счастливой, Дру постаралась ослабить напряжение, возникшее из-за мрачных воспоминаний.

– В конце сезона? – Лиз с радостью поддержала Дру и взглянула в покрытое синяками лицо мужа, ища подтверждения своему предложению.

Но в тот момент, как Грэй согласно кивнул, посторонний голос нарушил теплую атмосферу их беседы.

– Будет ли мне позволено остаться до свадьбы моей драгоценной падчерицы? – Юфимия нерешительно стояла в дверях.

Лиз почувствовала жалость к этой женщине, чье лицо опухло и покрылось некрасивыми пятнами – то ли от слез, то ли от возмущения, понять было невозможно. Лиз подозревала, что от сочетания того и другого. Было очевидно, что после утренней встречи с братом с Юфимии слетела ее прежняя спесь. Без привычных горделивых манер Юфимия казалась Лиз почти незнакомой.

В Грэе тоже на миг шевельнулась жалость к сестре… пока он не вспомнил, что она готовила для его Лилибет. После того как они поднялись навстречу дню, которому предстояло стать смесью радости, печали, облегчения и удовлетворения, он поручил свою жену заботам Анни, а сам решил сначала покончить с самым тяжелым делом. Он встретился с Юфимией для разговора о ее проступках и их цене. Она появилась сейчас перед ними по его распоряжению, первому в списке условий, которые она должна была выполнить в обмен на его разрешение более легкого наказания, чем то, которое определил бы суд. Тем не менее ее появление омрачило наполненную солнцем комнату. Даже сад за высокими окнами, казалось, потемнел.

– Возвращение на свадьбу возможно, – холодно кивнул Грэй, заменив ее «остаться» на «вернуться», – если ты выполнишь свою часть нашего соглашения и тихо удалишься сейчас, оставив сезон под предлогом неважного состояния здоровья, которое не улучшится в будущем настолько, чтобы ты могла появиться здесь вновь.

Лицо Юфимии исказила гримаса, оно побагровело, но она покорно кивнула.

– Но сначала, как мы договорились, ты должна рассказать о своих дурных делах и причинах, их вызвавших. Я хочу, чтобы Дру, а также остальные присутствующие поняли, что ты сделала и почему навсегда уезжаешь в Делл Хаус в Корнуолле.

Зная, что его жене незнакомо место будущей ссылки Юфимии, Грэй объяснил:

– Делл Хаус – меньшее из семейных владений, маленькое, но очень удобное, хотя и далекое, далекое от всех, кому Юфимия позволила затуманить, нет, совсем уничтожить ее разум.

Глаза Грэя не отрывались от сестры, которая после его слов упрямо вздернула подбородок. В конце его пояснения в комнате настала зловещая тишина. Ни шелест ткани, ни звук дыхания не нарушали напряжения, в то время как твердый серебристый взгляд молча требовал, чтобы Юфимия выполнила данные ранее обещания.

– Как я уже говорила тебе, Дру, – Юфимия посмотрела на свою падчерицу, сжавшуюся от неприятного предчувствия и крепче придвинувшуюся к Тимоти, – твой отец умер почти нищим, не оставив тебе ничего похожего на сумму, необходимую для того, чтобы дочь маркиза должным образом могла быть выдана замуж. Сэр Дэвид обещал тайно предоставить сумму, достаточную для заключения брачного договора с лордом Поксуэллом или любым другим подходящим женихом. – В хнычущем голосе Юфимии звучала мольба, чтобы другие приняли ее действия как всего лишь праведную попытку устроить все наилучшим образом для всех. – В уплату за его щедрость я должна была оказать ему крохотную услугу в совершенно безвредном деле – испугать Грэя, чтобы он отступился от одного мелкого политического вопроса. И сэр Дэвид сказал мне, что слишком пристальное внимание Грэя к этой проблеме может только запятнать имя нашей семьи.

– Не-е-ет, – простонала Дру.

Когда мачеха говорила об этом деле час назад, перед тем как она встретилась с раненым Тимоти, Дру не задумалась над подоплекой дела, сосредоточившись на радостном известии, что больше нет препятствий между ней и любимым. Теперь весь мерзкий заговор, почти приведший к страшным последствиям, в результате которого Тимоти был ранен, стал ясен. Это наполнило ее мукой.

– То, что ты сделала эти ужасные вещи ради меня, и на меня возлагает вину!