Гордые сердца - Роджерс Мэрилайл - Страница 11

Не имея ни малейшего понятия, каким постояннымоскорблением были для Эдны ее приказы, хоть и произнесенные в форме вежливых просьб, Касси гордилась тем, что ее поняли. Она полагала, что чуть заметная враждебность женщины вызвана не таким уж редким негодованием всех, кто прислуживает своим хозяевам. То, что эта женщина — служанка, для Касси было несомненным. Каждый господин, а Уилл, конечно, господин, имеет слуг. Более того, когда Кенуорд приносил из кладовой, вырытой в земле на поляне, фрукты, сыр, соленое мясо, хлеб и другую еду, женщина каждый раз приходила готовить ужин. Хотя рыцарь должен был появляться каждый вечер, Касси все время ужинала с Кенуордом. Когда они шли спать, оставшуюся еду ставили на каминную полку, чтобы она не остыла. Ее магическое исчезновение почти каждую ночь служило Касси доказательством, что Уилл и в самом деле каждый вечер возвращается домой.

Тяжелые шаги по выстланному тростником полу оторвали Касси от дум о виновнике ее пленения. Приняв протянутую ей глиняную чашку, она спокойно посмотрела в серо-стальные глаза женщины, тепло улыбнулась ей и тихо поблагодарила.

Потягивая прохладное молоко, Касси вспомнила, какое раздражение вызвал у нее поданный Уиллом горький эль, и пылкий упрек, который она придумала, зная, что никогда не наберется мужества высказать его вслух.

Перед выпечкой хлеба тяжелый металлический лист клали на подставки, стоящие перед печами, выложенными в каменной стене сбоку от камина. Готовясь замесить тесто для новой партии хлеба, Эдна бросила взгляд на пленницу и получила в ответ дружелюбную улыбку.

Странные создания эти знатные люди, подумала Эдна. Когда-то в далеком прошлом она работала в замке и выучила не только их язык, но и манеру ждать, что другие сделают за них всю грязную работу. Эта же, в отличие от большинства, искренне улыбается и благодарит за все, что для нее делают может быть, эта молодая женщина просто не может смотреть на мир иначе, чем сквозь призму привилегий? Эта новая мысль возникла в уме Эдны, более быстром, чем можно было представить, глядя на ее неуклюжее тело. Да, это был, конечно, ограниченный взгляд на жизнь, но всегда теплый и ясный. Должно быть, для девушки настоящий шок оказаться в условиях тяжелой жизни Уилда. Эдне вдруг стало жаль молодую женщину, пойманную, как птица в силки, и она впервые ответила на ее улыбку.

Касси увидела жалость в серо-голубых глазах Эдны. Хотя она и оценила потепление в грубоватых манерах женщины, мысль о том, что она вызывает жалость служанки, лишь подчеркнула глубину пропасти, в которой она оказалась. Она жадно проглотиламолоко и встала, уронив меха в кресло у себя за спиной.

Ее дорожные сундуки, как по волшебству, появилисьв комнате в день ее возвращения после неудавшегося побега, — единственный проблеск радости в этот мрачный день поражения. Это казалось своеобразным подарком ее хозяина, удивительным жестом утешения.

Уступив желанию выглядеть как можно лучше и в робкой надежде, что Уилл, может быть, вернется пораньше, она надела хорошо подогнанное по фигуре кремовое платье с темно-красной мантией. Хотя и без рукавов, верхняя одежда была шерстяной и потому теплой.

Касси крепко стянула длинные проймы: обычно они висели открытыми, просто свободно застегнутыми от подмышки до верхней части бедра.

— Я устала, Кенуорд, и хочу отдохнуть в своей комнате. — Коротко пробормотав извинения, она торопливо направилась к угловой лестнице.

Кенуорд переглянулся с Эдной, и оба покачали головами, удивившись странной слабости девушки.

Оказавшись наверху, Касси не смогла в суровой обстановке своей комнаты отвлечься от тревожных мыслей. Прежней уверенности в непременной мести Ги де Фо уже не было. Захотят ли Анри и Ги заплатить за нее выкуп? Или они будут искать способ вернуть ее силой? А может быть, оба решат, что она не стоит ни денег, ни крови? Non! Хотя бы из гордости они позаботятся освободить ее! А если это не удастся, то, достаточно хорошо изучив язык, она сама найдет дорогу к свободе.

Эта мысль не принесла ей утешения. Освободись она из плена Уилла, что ее ожидает — жизнь с грубым человеком, которого она презирает? Более того, она навсегда потеряет своего нового друга Кенуорда. «Еще хуже, — нашептывал ей спокойный, но настойчивый голос, — ты больше никогда не увидишь отважного защитника Уилда».

Но ведь и здесь, в его собственном доме, она совсем редко видела Уилла. Ее угнетала мысль, что он не выносит общества своей непрошеной, непривлекательной гостьи. Где он проводит свои дни? Неужели он так ненавидит все французское, что живет вдалеке, избегая ее? Вероятность этого огорчала ее, когда, не зная, чем занять свой активный ум, кроме тревоги и изучения нового языка, она проводи слишком много времени в мечтах об отсутствующем рыцаре. Обворожительная улыбка, адресованная однажды ей, не померкла в ее памяти, так же как и необыкновенно бархатистый голос, способный ласкать ничуть не хуже прикосновений. Касси раздраженно хмурилась. Он, кажется, пленил не только ее тело, но и душу. И стыдно, что вначале он так мало интересовал ее!

Она сердилась на себя за то, что предается болезненным раздумьям, и, что уж совсем нелогично, на Уилла за то, что он является их источником. Бунтарский дух взял верх над природной сдержанностью Касси. Она решила сопротивляться единственным доступным ей способом, отважившись обследовать личную гавань Уилла, куда не смели вторгаться ни Кенуорд, ни Эдна. Конечно, в середине дня тихо пройти из ее комнаты в комнату Уилла было совершенно безопасно. Беззвучно открыв свою дверь, она украдкой поглядела, свободен ли путь.

Коридор был пуст. Прежде чем страх заглушил эту мимолетную браваду, Касси шагнула в коридор и тихо притворила дверь. Сделав пару шагов вперед, она остановилась прямо перед комнатой Уилла и осторожно потянула за кожаный ремень. Чуть, слышный лязг щеколды, когда засов свободно скользнул из колец, показался ей оглушительным. Она притаилась, сдерживая дыхание. Снизу доносился звук шлепающего теста. Она в безопасности.

Всем своим весом Касси нажала на крепкие дубовые доски двери, и она вдруг удивительно легко отворилась. Фиалковые глаза замигали от удивления. Изумленная, она закрыла дверь, не заботясь о шуме, и осмотрела комнату. По сравнению с ее скромной комнаткой, комната Уилла выглядела роскошной. По обеим сторонам высокой кровати с периной стояли сундуки, украшенные причудливой резьбой. Кровать была задрапирована голубым тканым пологом с затейливым узором.

Одну из стен занимал камин, заложенный дровами, суливший обитателю комнаты желанное тепло, когда завоют зимние бури.

Ступив вглубь, Касси взглянула в сторону и раскрыла рот от удивления. В углу за открытой дверью стояла огромная медная ванна. Повинуясь непреодолимому соблазну, она подошла ближе. Обитая для удобства тканью, она была достаточно велика, чтобы в ней поместилось массивное тело Уилла. Чудесное открытие привело Касси в такой восторг, словно она нашла потерянные сокровища царя Соломона. Со времени своего возвращения после неудавшегося побега Касси совершала ежедневные омовения с помощью простого глиняного таза и кувшина холодной воды. Она была рада даже такому примитивному способу освежиться и смыть грязь, которой она испачкалась, блуждая по лесу, но перспектива принять настоящую ванну пересилила разумную осторожность. Касси бросилась в узкий коридор.

— Кенуорд! — настойчиво позвала она. — Принесите в комнату господина кувшин с горячей водой!

Предвкушая столь близкое удовольствие, она не хотела упустить ни одного драгоценного мгновения. Кроме того, она должна успеть управиться засветло.

— Поторопитесь! — Уилл должен вернуться, иона не смеет рисковать даже ради горячей ванны!

По шуму на лестнице Касси поняла, что Кенуорд бросился наверх, перешагивая через ступеньки. Когда он появился, она пригласила его в комнату Уилла. Так же быстро, как бежал несколько мгновений назад, он попятился. Не желая вторгаться в убежище своего господина, он лишь неохотно посмотрел в угол, чтобы узнать, чем вызвано ее возбуждение.! Его глаза округлились при виде ванны, и до него наконец дошло, что она собирается делать. Неужели француженка, которую он считал робкой, оказалось еще и глупой?