Рождение биополитики - Фуко Мишель - Страница 89

(24) Наследник старого Королевского совета, Государственный совет, созданный Конституцией VIII года (15 декабря 1799 г.), представляет собой высший судебный орган Франции. «После реформы 1953 г. при тяжбах он ведает тремя типами вопросов: прежде всего направленными против важных административных актов, таких как декреты, призывами к осуждению, вынесенными административными судами, и кассациями против приостановки административных полномочий, выносимыми в последней инстанции. Решения Государственного совета выступают как окончательные судебные постановления» (Encyclopaedia Universalis. Thesaurus. T. 18. 1974. P. 438).

(25) Хайек, отметив, что Диси, игнорирующий немецкую эволюцию административного права, знал только французскую систему, замечает, что в отношении этой последней «его суровую критику можно признать справедливой, хотя даже в ту эпоху Государственный совет уже начал эволюцию, которая (как утверждает современный наблюдатель) могла бы со временем сделать всякую произвольную власть администрации досягаемой для обжалования перед правосудием» [Sieghart M A. Government by Decree. Londres: Stevens, 1950. P. 221] (The Constitution of Liberty. P. 204 (trad, citée, p. 203)). Кстати он добавляет, что Диси впоследствии отчасти признал свою ошибку в статье: Droit administratif in Modern French Law // Law Quarterly Review. 1901. Vol. XVII.

(26) Hayek F. A. The Constitution of Liberty. На самом деле речь идет не об этой книге, из которой Фуко заимствовал некоторые ссылки, а о The Road to Serfdom. Op. cit. (La Route de la servitude. Trad, citée. [c. 165 наст, изд., примеч. 33]; см. гл. VI, р. 58–67: «Планирование и законопорядок», которую можно сопоставить с гл. 15 «The Constitution of Liberty»: «Economic policy and the Rule of law» («Экономическая политика и правовое государство»).

(27) Ibid. (ch. VI). P. 59: «Экономическое планирование коллективистского типа естественно предполагает противоположную систему [Rule of law]».

(28) Ibid.: «В [случае плана] само правительство упорядочивает использование средств производства для определенных целей».

(29) Ibid.: «[Власть, вырабатывающая планы,] должна постоянно решать проблемы, которые не могут быть решены исходя из жестких принципов. Принимая решения, центральная власть должна устанавливать иерархию между потребностями различных категорий граждан».

(30) Ibid. Р. 42: «В целом [сторонники планирования] утверждают, что очень и очень трудно получить связную картину совокупности экономических процессов и что, следовательно, необходимо прибегать к координации центрального органа, если мы не хотим, чтобы общественная жизнь превратилась в хаос».

(31) Ibid. Р. 58: «[…] Правительство во всех своих действиях связано незыблемыми и заранее установленными правилами, правилами, которые позволяют с уверенностью предсказать, что при определенных обстоятельствах власть будет действовать строго определенным образом»; р. 59: «[…] правительство, послушное законопорядку, неспособно противодействовать усилиям индивида импровизированными мерами».

(32) Ibid. Р. 42 (невозможность «иметь синоптическое видение» совокупности экономических процессов): «Децентрализация, ставшая необходимой потому, что никто не может осознанно взвесить все соображения, касающиеся решений столь большого числа индивидов, из-за того, что координация не может быть достигнута „осознанным контролем“, но только посредством диспозитивов, которые передают каждому задействованному агенту сведения, необходимые ему для того, чтобы эффективно адаптировать свои решения к другим». Об этой необходимой слепоте государства в отношении экономического процесса см. лекцию, которую Фуко посвятил «невидимой руке» Адама Смита: лекция 28 марта, с. 346–348.

(33) Рукопись отсылает к «Road to Serfdom» [sic], но цитата, конечно же, представляет собой довольно свободную адаптацию текста. См. trad, citée, p. 59: «В первом случае [Rule of law] правительство ограничивается тем, что фиксирует условия, при которых могут использоваться существующие ресурсы. Для какой цели они хотят их использовать, решать индивидам. Во втором случае [централизованное планирование] именно правительство упорядочивает использование средств производства для определенных целей».

(34) Майкл Поланьи (1891–1976) — химик, экономист и философ венгерского происхождения (брат историка Карла Поланьи). Был профессором химии в Манчестерском университете с 1933 по 1948 гг., затем, с 1948 по 1958 гг., профессором социологии в том же университете. Цитата взята из его книги The Logic of Liberty: Reflections and rejoinders. Londres: Chicago University Press, 1951. P. 185 (La Logique de la liberté / Trad, citée [с. 125–126 наст, изд., примеч. 11]. Р. 229: «[…] основная функция спонтанного порядка существующего права состоит в том, чтобы спонтанно регулировать экономическую жизнь. Консультативная правовая система развивает и гарантирует правила, которым подчиняется конкурентная система производства и распределения. Никакая рыночная система не может функционировать без юридических рамок, гарантирующих права собственности и заставляющих соблюдать договоры».

(35) См.: Le citron et le lait (octobre 1978) // Dits et Écrits. T. Ill, N 246. P. 698: «Law and oder: это не просто девиз американского консерватизма, это гибридный монстр. […] Как говорится, молоко и лимон, следовало бы говорить закон или порядок. Эта несовместимость послужит нам уроком на будущее».

(36) М. Фуко не возвращается к этому сюжету в следующей лекции.

(37) В мае 1977 г. М. Фуко принял участие в мероприятиях профсоюза магистратуры и обсуждении движения «Свобода, Права» (1976), возглавляемого Р. Бадинтером; он критиковал «преувеличенную роль, которую социалистическая партия отводит судам и судебным властям как средству общественной регуляции» (Defert D. Chronologie // Dits et Écrits. T. I. P. 51). Этот текст появился уже после его смерти в профсоюзной газете Justice. 1984. N 115 (juin). P. 36–39 (в «Dits et Écrits» не воспроизводится).

(38) Rôpke W. La Crise de notre temps // Trad, citée, [c. 161–162, примеч. 21]. IIе partie, ch. 2. P. 253: «Суды стран […] последняя цитадель государства и доверия к государству, и то руководство, у которого эта цитадель есть, не распадется. Было бы желательно, таким образом, сделать суды чем-то большим, чем существовавшие в прошлом органы официальной экономической политики, и поручить им выполнение миссий, которые до настоящего времени поручались административным властям». В американской юрисдикции монополий, опирающейся на «Акт Шермана» от 2 июля 1890 г., он видит пример, позволяющий «вообразить подобную юрисдикциональную экономическую политику» (Ibid.).

(39) См. лекцию 14 февраля 1979 г., с. 203–204, примеч. 59.

(40) См.: Schumpeter J. Capitalisme, Socialisme et Démocratie. Trad. citée [с. 203–204 наст, изд., примеч. 59], 2-я часть: «Может ли выжить капитализм?». См. особенно р. 190–194: «Разрушение институциональных рамок капиталистического общества».

(41) Ibid. Р. 224: «Социалистическим обществом мы называем институциональную систему, в которой центральная власть контролирует средства производства и само производство, или в которой, можно сказать, экономические интересы общества в принципе относятся к общественному, а не к частному сектору».

(42) См.: Ibid. IVe partie. P. 310–399: «Социализм и демократия». Особенно см. Заключение (Р. 391) о проблеме демократии при социалистическом режиме. «Ни один разумный человек не может не разглядеть последствий расширения демократического метода (то есть „политической“ сферы) в области экономики. Если он полагает, что демократический социализм — синоним такого расширения, такой человек естественно заключит, что демократический социализм обречен на провал. Тем не менее такое заключение вовсе не неизбежно. […] Расширение зоны общественного руководства не предполагает соответствующего расширения зоны политического руководства. Можно понять, что первое расширяется для того, чтобы поглотить все экономические интересы нации, тогда как второе не выходит за рамки, определенные ограничениями, присущими демократическому методу» (Р. 394–395).