Скандальные намерения - Робинс Сари - Страница 24

– Успокойтесь, Шарлотта. Мы оба с вами здоровые и взрослые люди, и это – удачное разрешение довольно сложной ситуации.

Он протянул руку, она прерывисто задышала, но не пошевелилась. Пальцем он отвел локон волос ей за ухо, тихонько коснувшись мочки.

– Почему бы не позволить искрам разгореться пламенем?

Он увидел, как румянец на ее щеках стал еще гуще. Значит, она признавала, что между ними закипает на медленном огне страсть.

Она облизнула губы и хрипло спросила:

– О чем это вы?

– Я лишь говорю, что мы с вами обручены. – Джеймс провел пальцем по ее подбородку. – Или вы уже забыли об этом?

Она заморгала, в глазах ее сверкнул гнев... и смятение. Значит, в какой-то момент она забыла об этом.

– Ага, стало быть, теперь вы вспомнили, зачем вы здесь, почему мы должны оставаться помолвленными. Если, конечно, вы не собираетесь нарушить ваше обещание.

– Никогда в жизни я не нарушала своего слова, – процедила Шарлотта сквозь зубы.

– Значит, вы пакуете вещи не для того, чтобы уезжать?

– Это несправедливо! Изменились обстоятельства. Когда я согласилась на эту хитрость, у меня было впечатление, что я сорву маску с... с целой группы негодяев и помогу остановить войну. Я вовсе не собиралась сидеть рядом с вашей сварливой матерью и выслушивать ее клеветнические выдумки о моей семье.

– Вы все еще хотите помочь мне остановить негодяев и предотвратить возможную войну?

– Ну конечно!

– Что, если я ограничу ваше общение с моей матерью и гарантирую, что ваша семья желанна в этом доме?

– Этого недостаточно. Я хочу, чтобы вы привлекли меня к своим расследованиям в качестве полноправного участника.

– Не говорите глупостей, Шарлотта. Дело очень опасное, и вы прекрасно об этом знаете.

– Что? Всемогущий герцог Жирар боится соперничества с непритязательной, скромной женщиной?

– Соперничество здесь совершенно ни при чем! – отрезал Джеймс.

– Значит, вы нашли карту и ключи?

Он укротил свой набирающий силу гнев.

– Вы отдадите мне эти вещи. Это было частью нашего соглашения.

– Я согласилась участвовать в фарсе помолвки, обещала помощь, но ничего не сказала о карте и ключах.

– Послушайте, но ведь это самый идиотский аргумент, который только можно придумать! Вы немедленно отдадите мне эти вещи!

Шарлотта надменно выгнула бровь.

– А если я этого не сделаю? Что сделаете вы, чтобы заполучить их от меня?

Атмосфера между ними накалилась.

Джеймс закусил губу, чтобы удержать себя и не встряхнуть ее, что есть сил. Однако силы его были на исходе. Он нуждался в ней. Он нуждался в карте и ключах. Он ничего не мог добиться без всего этого. И он не сдержит слова, данное генералу, если Шарлотта взбрыкнет или, что еще хуже, сочтет его развратным повесой. Черт возьми, он оказался в ловушке, и у него не было выбора.

– Чего вы хотите? – выдавил он.

Глаза ее расширились от удивления. Она не ожидала, что он так легко согласится.

– Я хочу быть вашим партнером. Располагать всей информацией, участвовать в возвращении украденного имущества – словом, во всем.

– Я не позволю вам носиться всюду и гоняться за преступниками.

– Из того, что вы рассказали, следует, что преступники не совсем обычные.

По крайней мере в этом плане они могли прийти к согласию.

– Я могу позволить вам участвовать в расследовании, но не могу допустить, чтобы вы оказались в опасной ситуации.

Шарлотта открыла рот, чтобы возразить, но он поднял руку.

– Более того, вы обязаны действовать как герцогиня. Вы должны соответственно себя вести. Мы не можем допустить скандала, который поставит под угрозу осуществление нашей миссии.

Шарлотта сверкнула на него очами.

– Я не перестану посещать ребят в госпитале.

– Прекрасно. Но во всех других отношениях вы должны вести себя как леди. Мне не нужны дополнительные осложнения. Это может вызывать распри между нами, а ведь мы с вами на одной и той же стороне, вы это помните?

Шарлотта раздраженно сказала:

– Я сделаю все, что вы скажете, если буду полноправным и равным партнером в нашем общем деле.

– И отдадите мне карту и ключи.

Их взгляды скрестились. Шарлотта первая отвела глаза.

– Договорились?

– Договорились.

Джеймс издал продолжительный вздох облегчения. Открыв дверь в коридор, он мрачно сказал:

– Я пойду уладить дело с матерью.

Шарлотта кивнула и устало опустилась на диван. Как бы ни была она сильна, однако, судя по всему, последние события ее изрядно утомили. Внезапно Джеймс добавил:

– Я распоряжусь, чтобы подали ватрушек с миндалем и пирожных. Сладости здесь божественные.

Идя по коридору, Джеймс вынужден был признаться в душе, что Шарлотта выросла в его глазах. Она была умная, преданная до предела и очень дотошно вела переговоры. Если бы она не доводила его до отчаяния своим упорством, он не возражал бы видеть ее в качестве своей жены. Почти не возражал бы.

Сунув пирожное с заварным кремом в рот и ощутив его изумительный вкус, Шарлотта издала радостный вздох. Если бы Джеймс только знал, как она любит сладости! Воспоминание об этом мужчине заставило ее нахмуриться. Она должна быть довольна. Она, не поступившись ничем, обговорила все условия, в которых испытывала потребность. Ее отец был бы ею доволен. Если бы только не этот поцелуй. Поцелуй? Да это скорее была атака на ее чувства! То она всей душой ненавидела этого мужчину, то вдруг готова была раствориться в его объятиях.

Щеки Шарлотты вспыхнули при одном воспоминании о том, как его язык дерзко атаковал ее рот. Даже эта ванильная сладость не идет ни в какое сравнение с той сладостью, которую она испытала во время его дерзких прикосновений.

Почему она ответила ему с таким жаром? Майлс Уилмингтон и Джеймс – это как теплый дождичек и ревущий тайфун. А ведь она, кажется, любила Майлса. Поцелуи Майлса были щекочущими, нервными прикосновениями, в то время как Джеймс обрушил на нее лавину ощущений. Она поступит правильно, если будет держаться от него подальше. И в то же время она должна достичь своих целей.

Сможет ли она, находясь рядом с ним каждый день, не вспоминать о том наваждении, которое они пережили оба? Он назвал это искрами пламени. Как он мог тогда сохранять спокойствие? У нее было такое ощущение, что страсть словно опустошила ее. Она почувствовала слабость и собственную уязвимость. Шарлотта решительно покачала головой. Завтра будет новый день. Она будет делать все, что требуется, не включая свои чувства. Она практически вела хозяйство своей семьи, начиная с тринадцати лет. Ей приходилось сталкиваться со сложными проблемами, трудными людьми, большими потерями... Она сможет справиться. Обязана справиться. Вызов бросало лишь ее предательское тело.

Глава 15

На следующее утро Джеймс велел Коллину принести вещи Шарлотты в его кабинет. Под пристальными взорами двоих мужчин она извлекла заветную книгу из чемодана и обернулась к Джеймсу:

– У вас найдется нож?

Нагнувшись, он вытащил кинжал из ножен у щиколотки. Вопросительно подняв бровь, она молча взяла его. У кинжала была кожаная ручка и острое, словно бритва, лезвие.

– Осторожно, – предупредил он. Шарлотта лишь улыбнулась.

– Я умею обращаться с ножом.

Джеймс наблюдал за тем, как Шарлотта открыла книгу и с помощью кинжала содрала форзац. На глазах у изумленных мужчин она расширила отверстие, откуда извлекла пакет.

– Остроумно, – выдохнул камердинер.

– Не откажешь в изобретательности, – согласился Джеймс, потирая подбородок. – У леди, оказывается, много талантов.

Шарлотта развернула пакет.

– На стол! – скомандовал Джеймс, дополнив команду жестом.

Шарлотта разложила карту на столе. Придавив углы четырьмя пресс-папье, Джеймс стал разглядывать схему.

– «Napoleon ER I. Depart Elba», – прочитал вслух Коллин.