Покорение горца (ЛП) - Макгрегор Кинли - Страница 3

Вскочив на ноги с другой стороны кровати и бросив быстрый взгляд в сторону братьев графа, горец увидел, что они окружают его, готовясь атаковать.

- Брейден!

Бросив подушку, которую всё еще сжимал в руках, он обернулся на возглас и увидел в углу Пайети. Графиня держала его меч. Поцеловав рукоять, она протянула оружие.

Мак-Аллистер схватил меч и поблагодарил неожиданную союзницу буквально за мгновение до того, как один из братьев ринулся на него. Шотландец без труда отразил его удар и ловко вывернулся из угла, но путь к балкону теперь был прегражден сразу всеми четырьмя рыцарями, напавшими одновременно.

Брейден пока неплохо держался, но сдерживать натиск в одном сапоге становилось все труднее. Будь прокляты англичане с их чудны́м платьем: неудобной обувью и кучей предметов одежды! Дома, в Шотландии, у него точно бы не возникло таких хлопот.

Подумать только: и эти англичане называют его возлюбленных шотландских братьев отсталыми варварами! По крайней мере, горцы знают, как одеваться для удобства и здоровья.

И, самое главное, для неожиданных свиданий.

С сегодняшнего свидания Брейден очень хотел удрать, не пролив ни капли английской крови, и такой шанс ему представился, когда в пылу борьбы Руфус вдруг потерял равновесие и споткнулся.

Повернувшись к стене, Мак-Аллистер перерубил шнур, на котором держался подвесной канделябр.

Граф и его братья шарахнулись в сторону от тяжелого светильника, рухнувшего вниз. Закрепленные в нем горящие свечи рассыпались, поджигая комнату сразу в нескольких местах.

Пока противники метались, затаптывая огонь, горец кинулся к укрывавшимся в углу дамам. Он выхватил из рук Пэйшнс свой сюрко, из рук Пруденс - сапог, а из рук Пайэти - плащ.

- Прощайте, мои прекрасные леди, - улыбнулся он и коснулся щеки Пайэти в нежной ласке. – Если ты когда-нибудь отважишься посетить Шотландию… - он кинул взгляд на направлявшегося к нему Руфуса и торопливо добавил, – то оставь мужа дома.

Затем он бросился в открытую дверь, ведущую на балкон, изящно спрыгнул на землю и поднял взгляд. Три сестры смотрели на него сверху.

- Вспоминай нас с любовью, - окликнула его Пруденс, нежно помахав рукой.

- Всегда, мои дорогие, - послал он им еще одну улыбку.

Одарив дам на прощание торопливым воздушным поцелуем, несостоявшийся любовник натянул второй сапог и помчался в конюшню.

У него оставалось совсем мало времени, чтобы выбраться из замка, прежде чем граф и его братья бросятся в погоню. Не то чтобы Мак-Аллистер боялся этих рыцарей. Напротив. Он и вправду мог убить их всех, но в этом-то и была проблема. Брейдену претило убивать человека из-за легкого флирта.

Женщины были забавны. Они были его raison d’etre (8). Однако ни одна женщина не стоила его жизни, и он бы никогда не лишил жизни другого человека из-за женщины.

Много лет назад он уже усвоил один суровый урок.

И вообще, пора домой. Эти англичанки довольно приятны, но все-таки больше других Брейдену были желанны девушки шотландского Нагорья. С нежными, певучими голосами и яркими улыбками, они - словно дарованные землей прекрасные самоцветы. Настало время вернуться в их объятия, которые они вновь раскроют для него. Да и кое-что еще они раскроют перед ним с превеликой радостью.

Горец улыбнулся своим мыслям.

Со скоростью тренированного воина он оседлал своего коня и покинул конюшню прежде, чем граф сумел выбраться из центральной башни своего замка. И разумеется, еще до того, как его преследователь выскочил во двор, Брейден уже промчался через за́мковые ворота.

Перемахнув через живую изгородь - последнее препятствие на пути к свободе - всадник устремился на север.

Вперед, Дьяун! (9), - подбодрил он своего черного жеребца, наклонившись к его чуткому уху. – Посмотрим, какие еще неприятности мы сможем найти на своем пути. Ведь мы же их наверняка найдем?

______________________________

Примечания переводчика:

Генрих II Плантагенет по прозвищу Короткий Плащ, 23-й король Англии (5 марта 1133 г. — 6 июля 1189 г.), первый английский король из династии Плантагенетов, коронован 19 декабря 1154 г. Название Плантагенеты произошло от того, что отец Генриха II — Жоффруа Красивый — украшал свой шлем веткой Дрока (лат. planta genista).

В виду наличия различных вариантов произношения гэльских и прочих имен, все имена персонажей романа даются в авторской транскрипции, если таковая оговорена автором.

Гент- город во Фландрии, (современной Бельгии), в описываемые в романе времена являлся вторым по величине городом Европы, уступая только Парижу.

Piety – «благочестие» (англ.)

Сюрко («supertunic», «surcote») - европейская верхняя одежда IX-XIV вв., одевавшаяся поверх туники. Развилась из прямоугольного куска ткани с прорезью для головы и рук, позднее стала Т-образной формы, доходила до лодыжек, а затем превратилась в просторный плащ, похожий по покрою на пончо, без рукавов, длиной чуть ниже колена, с разрезами в передней и задней части, часто украшенный гербом владельца.

Здесь в оригинале игра слов, звучащих одинаково: "tale" - рассказ, сказка, история (англ.), "tail" - одно из значений этого слова - "задняя часть" (англ.)

Киртл - облегающее женское платье IX-XV вв., обычно имеющее шнуровку, с коротким или длинным рукавом и юбкой, расклешенной от бедра.

Raison d’être – «смысл жизни» (фр.)

Дьяун (Deamhan) - на языке шотланских кельтов (гэльском), которым во времена, описанные в романе, пользовалось население Северо-Шотландского нагорья, означает «демон».

Глава 2

Килгаригон, Шотландия, три недели спустя.

Локлан Мак-Аллистер был, по мнению большинства, человеком дела и разумным мужчиной. Вождю клана (9) и полагалось быть именно таким.

Но это…

За двадцать восемь лет своей жизни он еще не сталкивался ни с чем подобным.

Где это видано: ни одна женщина в Килгаригоне не будет готовить пищу своему мужчине и не разделит с ним ложе до тех пор, пока он, их лэрд (10) не согласится прекратить вражду с Робби Мак-Дугласом!

Мак-Аллистер всё еще не мог прийти в себя от такого безрассудного требования. Воистину, женщины сошли с ума. Все сразу. Но сильнее всех свихнулась Мэгги инген Блэр (11).

Он уже готов пойти и задушить бабью предводительницу собственными руками.

И он был далеко не единственным, кто жаждал это сделать. Снисходительность мужчин клана быстро истощалась, и до Мак-Аллистера уже доходили слухи о том, что его горцы собираются разобраться с этой девчонкой своими силами.

Каждое утро он опасался, что обнаружит ее несчастный разлагающийся трупик, прибитый гвоздями к дверям его цитадели (12) или свисающий с крепостной стены.

Вождь раздраженно окинул взглядом чистый, богато украшенный зал своего замка.

Его младший брат Ювин, расположившись за столом, раскраивал ножом кусок мяса, который несколько минут назад голодный лэрд самостоятельно попытался поджарить.

Лучше бы он посолил и зажарил свои кожаные сапоги. Определенно, подошвы получились бы на вкус не хуже, чем эта говядина.

Если бы не серьезность положения, Локлан бы рассмеялся при виде Ювина, пытающегося пристроить длинные ноги так, чтобы они не торчали из-под стола. Немного было в клане мужчин, чей рост приближался бы к росту брата, в котором было целых шесть с половиной футов (13). И хотя Ювин было сухопар, тело его было настолько мускулистым, что при взгляде на него даже самые крепкие воины судорожно сглатывали от испуга.

Но гораздо больше, чем размеры, в Ювине пугал его суровый нрав. Улыбался он нечасто. Собственно говоря, он полностью избегал общества большинства людей и очень редко выбирался из пещеры в холмах, которую называл своим домом.