Свидание в морге (Сборник) - Маклин Алистер - Страница 96

— Нет, она уехала.

— Куда?

— Наверное, на прогулку. Может быть, в Сан-Франциско... Со мной бабушка.

Несмотря на его возражения, трубка у него была отобрана, и я услышал женский голос:

— Кто у телефона?

— Говард Кросс.

— Ах да, Эллен говорила о вас. Я ее мать.

— Она на самом деле уехала в Сан-Франциско? Вы уверены?

— Разумеется, нет. Джемми все перепутал. Она поехала в Сан-Диего вместе с. миссис Майнер. К вечеру она вернется. Вы что-нибудь хотите ей передать?

— А куда именно они поехали?

— К родным миссис Майнер. Эллен захотела проводить ее. Я пыталась отговорить, но...

— Вы знаете их адрес?

— К сожалению, нет. Они, конечно, еще не доехали, поскольку только недавно выехали,— ее твердый голос стал несколько мягче, в нем появились иронические нотки: — Похоже, что Эллен ожидала вашего звонка. Она даже просила меня передать вам, что совсем не сердится на вас. А что касается меня, то я бабушка Джемми и была бы очень рада...

— Благодарю вас,— быстро сказал я и положил трубку.

Сэм уже перелистывал справочник Сан-Диего.

— Ты знаешь ее девичью фамилию, Гови?

— Вольф. Змми Вольф.

В справочнике оказалось не так уж много Вольфов. Мы составили список, передали его службе связи и сели в радиофицированную машину. По дороге нам сообщили, что разыскиваемого нами Вольфа зовут Даниэл и что у него бакалейная лавка «У Данни» в людном квартале.

Когда мы подъехали к магазину «У Данни», улица была пустынна, только две женщины болтали неподалеку да несколько собак грелось на солнце. Не было никаких признаков машины Эллен.

Я оставил Сэма в машине и вошел в лавку. Когда я толкнул дверь, зазвонил звонок. Лавчонка была маленькая, плохо освещенная, в ней пахло убежавшим молоком. За прилавком стоял толстый пожилой мужчина в грязном фартуке. Перед ним была покупательница в брюках. Продавец не спеша обслуживал ее, делая при этом массу лишних движений. Я заметил, что у него огромные руки и густые черные брови. Волосы же, наоборот, были редкие и слегка вились.

Возле двери на прилавке лежала стопка журналов, и я сделал вид, что заинтересовался ими. В магазине можно было купить все — виски, консервные ножи, открытки. На задней полке я заметил коробку со множеством стилетов с красными пластиковыми ручками.

Женщина оплатила покупку и вышла, а я остался наедине с продавцом. Он наклонился ко мне и спросил:

— Что желаете?

— Стилет, пожалуйста.

Он достал стилет.

— Я заверну его вам, а то вы можете порезаться,— предложил он.

— Не стоит, я буду осторожен.

Он протянул мне стилет, и я принялся его рассматривать. Можно было без ошибки утверждать, что точно такой же торчал в шее Лемпа.

— Этот товар совсем не идет,— пожаловался толстяк.—А если верить производителям, все должны любить их за легкость и остроту. Но они ошибаются. За шесть месяцев я продал три или четыре штуки. Хотите еще что-нибудь, сэр?

— Нет, спасибо.

— Он стоит двадцать пять центов.

Я расплатился и спросил:

— А вообще как идут дела? Неплохо?

— Кое-как идут. Бывали времена и похуже,— он убрал деньги -в ящик.— Большие магазины составляют нам ужасную конкуренцию. Мои многолетние клиенты теперь перешли к ним,— он внезапно нахмурился.— А вы случайно не торговец?

— Не волнуйтесь, я ничего не продаю, мистер...

— Вольф. Даниэл Вольф.

— Очень приятно, Говард Кросс.

— Вы здешний?

— Нет, я приехал из Пасифик Лента.

— Вы не шутите? У меня там замужняя дочь. Может, вы ее знаете —Эмми Майнер. Она вышла замуж за парня по фамилии Майнер.

— Я довольно хорошо знаю ее.

— Вы не шутите? Если вы немного подождете, то сможете увидеть ее. Она едет сюда, хочет меня навестить. Значит, вы друг Эмми?

— Я больше знаком с ее мужем.

— С Фредом?—он оперся своими большими руками о прилавок.— Расскажите мне, что с ним случилось? Мне очень нравился этот парень, он производил впечатление серьезного человека. Когда он стал ухаживать за Эмми, я чуть ли не толкал ее сам в его объятия. Она же сначала даже слышать о нем не хотела. Подумайте только — простой матрос! Эмми всегда ожидала чего-то большего. Когда она была ребенком, я называл ее герцогиней, вот она и мечтала о высоком положении,— он чуть задумался.— Но теперь мне кажется, что она была права, а я ошибался в нем. Он влип в какую-то грязную историю. Это был несчастный случай?

— Он задавил насмерть человека.

— Да, это я слышал. Но как это произошло? Когда

Эмми приезжала навестить меня, она ни за что не хотела говорить об этом. А когда я стал настаивать, она уехала,— он потер плохо выбритую щеку.— Она никогда не была болтуньей, моя Эмми.

— Фред был пьян, когда это случилось.

— Вы не шутите? Я давно уже не видел его, но знаю, что он не пил. При мне он выпивал не больше двух рюмок. Эмми часто говорила мне, что Фред очень благоразумен. У нее никогда не было с ним неприятностей. Подумать только, что он год пролежал в госпитале! — вдруг Вольф нахмурился.— Скажите, а не случилось ли с Фредом еще что-нибудь?

— Вчера он умер.

— Я чувствовал это! Я сразу подумал, что случилась беда, когда Эмми позвонила мне по телефону. Я почувствовал! Какое несчастье! Такой молодой человек! Он снова выпил?

— На этот раз нет. А когда Эмми вам звонила?

— Около двух часов назад. Она сказала, что приедет, и отказалась назвать причину своего приезда. Я вам говорил уже, что она никогда не была болтлива, а уж теперь тем более. По-моему, она слишком скрытная.

— Вы знакомы с неким Кэрри Сноу?

Он прищурился и удивленно посмотрел на меня. Потом он огляделся кругом, словно опасаясь, что нас кто-нибудь может подслушать.

— Похоже, что вы действительно хорошо знаете Эмми.

— Достаточно хорошо.

— А что, малыш Кэрри по-прежнему болтается поблизости? Я уже несколько лет его не видел.

— А когда вы его видели в последний раз?

— В сорок пятом. Тогда он часто встречался с Эмми. Я полагаю, что вы в курсе дела? Мне неприятно об этом говорить, но раз вы все равно знаете... Жена моя умерла, а Фред лежал в госпитале. Эмми была совсем одна. Она часто проводила время с Кэрри. Он был интересным парнем. Вы с ним знакомы?

— Немного.

— Тогда вы, безусловно, поймете, что я хочу сказать. Он красивый парень... из тех, что нравятся женщинам. Я говорил Эмми, что ей надо быть осторожней, но она просто сходила по нему с ума. Стала тратить все свои деньги на наряды, старалась выглядеть покрасивее. Лично мне не нравилось, что она красила себе волосы, но попробуйте поговорить с женщиной! Знаете, у меня были седые волосы уже в двадцать пять лет, и у Эмми это наследственное. Сейчас у нее совсем седые волосы, а ведь она нестарая. Так вы говорите, что Кэрри где-то поблизости? И они встречаются?

— Теперь не встречаются.

— Вы не шутите? — он говорил это машинально, и Я не был уверен, что он вполне понимал меня.— Теперь, когда Фреда больше нет, может быть, он и Эмми...

— Вряд ли.

— А что вы об этом знаете? В сорок пятом он с ума по ней сходил. Подумайте, она даже собиралась расстаться с Фредом,—он вдруг наклонился ко мне и тихо проговорил: —Да, они хотели потихоньку удрать. И они бы это сделали, если бы я не вмешался.

— Вы помешали им?

— Да! — с гордостью ответил он.— Я не люблю осложнений и скандалов. Не говоря уже о том, что у нас с женой и так было много хлопот с Эмми. Она только и думала о парнях. И тогда вмешался я. Я осторожно дал понять Фреду, что он должен кое-что предпринять. Видимо, он последовал моему совету, потому что больше я Кэрри не видел.— Вольф улыбнулся, потом улыбка перешла в гримасу, он понял, что слишком разболтался.— Я не должен был говорить вам всего этого,— сказал он.— В сущности, разве меня касается, что делает Эмми? Она достаточно взрослая и может делать, что ей хочется. Вас интересует Эмми?

— Очень.

— Тогда не обращайте внимания на то, что я вам наговорил. Особенно не передавайте этого Эмми. Когда она злится, мне впору бывает прятаться под лавку. Это настоящая тигрица!