Сага о возвышении - Брин Дэвид - Страница 240

— Ты по-прежнему считаешь, что нам не следовало отпускать их живыми? — спросила она.

Он кивнул.

— Да, сэр, считаю. Кажется, я понимаю, что вы говорили о символизме всего этого... и я горжусь, что вы довольны тем, как я провел переговоры. Но я по-прежнему считаю, что всех их надо сжечь.

— Из мести?

Бенджамин пожал плечами. Оба они знали мнение большинства шимпов. Их не интересуют символы. Земляне вообще привыкли смотреть на этикет и тонкие различия статуса рас в галактике как на жеманную глупость декадентской цивилизации.

— Вы знаете, что я не об этом думаю, — возразил Бенджамин. — Я согласен с вашим мнением, что мы одержали сегодня настоящую победу, заставив их разговаривать с нами. Если бы не одно обстоятельство.

— Что именно?

— Птицеподобным удалось осмотреть центр и заметить следы возвышения. И я не уверен, что они не увидели и самих горилл среди деревьев! — Бенджамин покачал головой. — Не думаю, чтобы после этого можно было позволить им уйти, — сказал он.

Атаклена положила руку на плечо адъютанта. Но молчала, потому что не находила слов. Как объяснить Бенджамину?

Сиулфф-куонн образовался над ее головой, выражая удовлетворение от того, как развиваются события, — в осуществление плана ее отца.

Нет, она не может объяснить Бенджамину, что участие горилл в нападении — лишь этап сложного, долгого розыгрыша.

Глава 48

ФИБЕН И ГАЙЛЕТ

— Не поднимай голову! — проворчал Фибен.

— Ты перестанешь рявкать на меня? — с горячностью ответила Гайлет. Она подняла глаза поверх травы. — Я просто хочу посмотреть...

Предложение оборвалось на середине, Фибен ударил по руке, которой она опиралась. Гайлет упала, резко выдохнув, и покатилась по земле, отплевываясь грязью.

— Ты, царапающийся, покусанный блохами...

Фибен зажал ей рукой рот, но глаза Гайлет продолжали говорить в том же духе.

— Я тебе сказал, — прошептал он. — Если ты видишь их сенсоры, значит, и они видят тебя. Наш единственный шанс — ползти по-пластунски, пока мы не сумеем затеряться среди гражданского населения.

Неподалеку слышалось гудение сельскохозяйственных машин. Именно этот звук и привлек их. Если бы они могли смешаться с фермерами, избежали бы сети захватчиков. Насколько Фибен знает, они с Гайлет могут оказаться единственными уцелевшими участниками злополучного нападения в долине. Трудно себе представить, что горные повстанцы под руководством Атаклены могли достичь чего-то большего. С того места, где он лежит, восстание кажется подавленным.

Он освободил рот Гайлет.

«Если бы взгляды убивали», — подумал Фибен, видя выражение ее глаз.

Со спутанной и грязной шерстью она больше не напоминает серьезную интеллектуальную шимми.

— Я... думала... ты... сказал... — прошептала она с расстановкой, демонстрируя хладнокровие, — что враг не может нас засечь, если на нас только туземные материалы.

— Да, если они ленивы и рассчитывают только на свое тайное оружие. Но не забудь, что в их распоряжении также инфракрасные лучи, радар, сейсмический сонар, пси-детекторы... — Он неожиданно осекся. Слева раздался низкий гул. Если это комбайн, который они заметили раньше, у них есть возможность подъехать.

— Жди здесь, — прошептал Фибен.

Гайлет схватила его за руку.

— Нет! Я иду с тобой! — Она быстро взглянула по сторонам, потом опустила глаза. — Не... не оставляй меня одну.

Фибен прикусил губу.

— Хорошо. Пригнись и следуй за мной.

Они двинулись друг за другом, прижимаясь к земле.

Гул медленно приближался. Вскоре Фибен ощутил легкое покалывание в затылке.

«Гравитика, — подумал он. — Совсем близко!»

Он даже не сознавал, насколько близко, пока машина не показалась над травой в двух метрах от него.

Он ожидал увидеть большого робота, но перед ними появился шар размером с баскетбольный мяч, усеянный серебряными и стеклянными кнопками — сенсорами. Шар мягко покачивался на полуденном ветерке, разглядывая их.

«Дьявольщина!» Фибен сел на корточки, покорно опустив руки. Недалеко послышались негромкие голоса. Несомненно, хозяева этой штуки.

— Это боевой робот? — устало спросила Гайлет.

Фибен кивнул.

— Нюхач. Я думаю, дешевая модель, но достаточно, чтобы найти и удержать нас.

— Что нам делать?

Он пожал плечами.

— Сдаваться.

Однако завел руку за спину, порылся в темной почве и нащупал гладкий камень.

Голоса приближались.

«Какого дьявола!» — подумал Фибен.

— Слушай, Гайлет. Когда я тронусь с места, спрячься и уходи отсюда. Отнеси свои записи Атаклене, если она жива.

И прежде чем она могла что-то ответить, он крикнул и изо всех сил швырнул камень.

Несколько событий произошло одновременно. Правую руку Фибена обожгла боль. Вспыхнул свет, такой яркий, что Фибен на мгновение ослеп. Он подпрыгнул, и в грудь впился пучок игл.

Он летел к шару, и неожиданное ощущение овладело Фибеном. Как будто такое уже происходило с ним и сотни раз в сотнях предыдущих жизней. Он помнит это на самой грани сознания. Так ему показалось, когда он пролетел через пульсирующее гравиполе и ухватился за машину чужаков. Мир наклонился и завертелся, шар пытался сбросить его с себя. Луч лазера ударил по тени Фибена и по траве. Фибен держался изо всех сил, а поля и небо слились во вращающемся тошнотворном пятне.

Внушенное deja vu даже помогло! Фибен разжал раненую руку и поискал панель управления робота.

Снимая крышку, вскрывая замок, Фибен сломал ноготь, но наконец засунул руку внутрь и схватил провода.

Машина дико вертелась, словно понимая его намерение. Из-под ног Фибена вылетела опора, его бросало, как тряпичную куклу. Слабела левая рука, он держался за провода — все кружилось вместе с ним.

И только одно в мире не расплывалось — линзы лазера робота, нацеленные прямо на него.

«Прощай», — подумал он и закрыл глаза.

Но тут что-то оборвалось. Он отлетел, по-прежнему сжимая провода. И, когда ударился о землю, испытал почти облегчение. Закричал и покатился рядом с огнем. Конечно, было больно. Ребра Фибена болели так, словно самая большая самка-горилла из Хаулеттс-Центра провела с ним страстную ночь. В него выстрелили по крайней мере дважды. Но он ожидал, что умрет. И, что бы ни случилось потом, сейчас приятно ощутить себя живым.

Мигая, он прочистил глаза от пыли и сажи. В пяти метрах от него свистели и плевались остатки вражеской машины в круге почерневшей дымящейся травы. Хваленое качество скобяных товаров губру!

«Какой торговец-ити всучил губру такой кусок дерьма? — подумал Фибен. — Если даже это йофур с десятью вонючими соковыми кольцами, я готов прямо сейчас расцеловать его!»

Возбужденные голоса. Торопливые шаги. Фибен испытал прилив надежды.

Он думал, что за своей разбитой машиной явятся губру. Но это шимпы! Он сморщился и, держась за бок, встал, улыбаясь.

Но улыбка застыла у него на лице, когда он увидел, кто к нему подходит.

— Ну, кто же у нас здесь? Мистер Синяя Карта собственной персоной! Похоже, ты пробежал длинную дистанцию с препятствиями, парень из колледжа. Ты словно не понимаешь, когда тебя побили.

Высокий шен с тщательно выбритой на лице шерстью, с усами, элегантно напомаженными и завитыми. Фибен узнал вожака группы испытуемых-проби из «Обезьяньей грозди», который называл себя Железная Хватка.

Ну почему именно он?

Подошли остальные. На ярких комбинезонах новая деталь — шарф и наручная нашивка с одинаковым символом — вытянутой когтистой птичьей лапой.

Вооруженные модифицированными сабельными ружьями, шимпы столпились вокруг Фибена. Очевидно, милиция коллаборационистов, о которой они с Гайлет слышали.

— Помнишь меня, парень из колледжа? — спросил Железная Хватка, улыбаясь. — Думаю, да. Я-то тебя запомнил.

Фибен вздохнул, глядя, как двое проби подводят Гайлет Джонс, крепко держа за руки.

— Как ты? — негромко спросила Гайлет. Он не понял выражения ее глаз. Только кивнул. Говорить было не о чем.