Звезды светят вниз (Звезды сияют с небес) - Шелдон Сидни - Страница 59

– Чтобы попасть на ваш концерт, я проехала триста миль...

– У меня здесь неподалеку очаровательный замок, не могли бы вы...

– Я приготовила ужин, на двоих, и...

Многие из них были богаты и красивы, и все как одна без колебаний провели бы с ним ночь. Однако мысли и сердце Филиппа занимала другая. Из Копенгагена он позвонил Ларе:

– Я соскучился.

– Я тоже, Филипп. Как концерт?

– Пока я играл, в зале по крайней мере никто не шептался.

Лара рассмеялась:

– Хороший знак! У меня сейчас совещание, милый, извини. Перезвоню через час, когда ты будешь в отеле.

– Я не еду в отель, дорогая. Устроитель концерта дает ужин...

– Вот как? У него, наверное, молоденькая дочка? – Она тут же упрекнула себя за дурацкую фразу.

– Что?

– Ничего. Мне пора, Фил. Поговорим позже.

Положив трубку, Лара повернулась к сидевшим вокруг стола мужчинам. В глазах Говарда Келлера светилась тревога.

– Все в порядке, мисс Камерон?

– В полном.

Совещание продолжилось, но как-то вяло. Из головы Лары не шел Филипп: вот ужин заканчивается, соблазнительные немецкие толстушки украдкой суют блистательному маэстро ключи от своих номеров. Душу захлестнула ревность. Лара ненавидела себя за это, но ничего не могла поделать.

Фуршет по окончании торжественной церемонии. Лару и мэра города плотным кольцом обступила пресса.

– А где же ваш муж? Мне хотелось бы сделать семейный снимок...

И вновь она была вынуждена извиниться:

– Филипп очень хотел быть здесь, но...

Сбоку приблизился Пол Мартин.

– Он опять тебя бросил?

– Фил ужасно сожалел перед отъездом.

– Чушь! В такой день ему полагалось быть с тобой! Что это за муж, черт побери? Нет, с ним необходимо поговорить.

Она лежала в постели. Сон не шел. До Филиппа не меньше десятка тысяч миль. В мозгу всплыли слова Пола Мартина: Что это за муж, черт побери? Нет, с ним необходимо поговорить.

Ступив на американскую землю, Филипп испытал блаженное ощущение счастья. Багаж его был набит подарками: веджвудский фарфор, куклы в национальных костюмах, разноцветные блузки из тончайшего шелка, шитая золотом небольшая сумочка, внутри – сапфировый браслет.

– Какая красота! – воскликнула Лара. – Спасибо, милый!

Утром Мэриан Белл услышала:

– Сегодня я работаю дома, весь день.

До обеда Лара диктовала письма. Из студии доносилась музыка Шуберта. Жизнь может быть удивительно прекрасной, думала Лара. Почему Филипп так хочет все разрушить?

Позвонил Уильям Эллерби.

– Самые искренние поздравления, Фил! Я слышал, гастроли прошли великолепно?

– Да. Европа не потеряла вкуса к музыке.

– Вчера у меня был разговор с управляющим «Карнеги-холл». В следующую пятницу, семнадцатого, у них возникло незапланированное окно. Тебе предлагают выступить. Что скажешь?

– С удовольствием.

– Отлично, детали я уточню. Да, кстати, ты не намереваешься сворачивать концертную деятельность?

Вопрос поразил Филиппа.

– Сворачивать? Почему?

– Не так давно я общался с Ларой. По ее словам, ты не против ограничиться выступлениями только в Штатах. Может быть, я что-то неправильно понял?

– Явно. Хорошо, я обсужу это с супругой.

Закончив с Эллерби, Филипп направился в кабинет Лары, где Мэриан Белл деловито строчила под диктовку очередное послание.

– Вы не оставите нас на минутку?

– Разумеется, мистер Адлер. – Секретарша вышла.

– Лара, только что звонил Эллерби. Ты говорила с ним о моих гастролях?

– Да. Мне казалось, так будет лучше для нас обоих...

– Прошу, чтобы больше этого не было. Ты знаешь, как я тебя люблю. Но у каждого из нас своя жизнь. Давай возьмем за правило: я не вмешиваюсь в твою, ты – в мою. Справедливо?

– Справедливо, Фил. Прости, но мне очень тебя не хватает. – Лара прижалась к его груди. – Прощаешь?

– Прощено и забыто.

С пачкой новых контрактов в пентхаус поднялся Говард Келлер.

– Как дела, Лара?

– Превосходно.

– Менестрель дома?

– Да.

– Жизнь наполнена музыкой, а?

– Жизнь наполнена музыкантом. Ты не представляешь, Говард, как он великолепен.

– Когда тебя ждать в офисе?

– Через пару дней.

Келлер кивнул:

– О'кей. Ты нужна там.

Они углубились в контракты.

Утром раздался звонок от Терри Хилла.

– Лара, пришел факс от комиссии по азартным играм, штат Невада. Их интересует твоя лицензия. Готовится слушание.

– С чего вдруг?

– Кто-то высказал сомнения в непредвзятости итогов аукциона. Комиссия ждет тебя в Рино семнадцатого.

– Насколько все это серьезно, Терри?

Адвокат заколебался.

– Тебе известны какие-либо попытки смошенничать?

– Нет, конечно.

– Тогда можешь ни о чем не беспокоиться. Я буду рядом.

– А если семнадцатого я не прилечу?

– Вызовут судебной повесткой. До этого лучше не доводить.

– Хорошо.

Положив трубку, Лара тут же сняла ее вновь, набрала номер Пола Мартина.

– Лара?

– Да, Пол.

– Давненько ты мне не звонила.

– Давненько. Я по поводу Рино...

– Уже слышал.

– Там действительно возникли проблемы?

Мартин рассмеялся:

– Нет. Происки завистников, не больше.

– Ты уверен, Пол?

– Разумеется, девочка. Мы не совершили ничего противозаконного. Так поступают все. Не переживай!

– Убедил. Не буду.

За обедом Филипп сказал:

– Между прочим, мне предложили дать концерт в «Карнеги-холл».

Лара улыбнулась:

– Рада за тебя, милый! Я надену новое платье. Когда?

– Семнадцатого.

Улыбка ее исчезла.

– О!

– Что такое?

– Боюсь, не смогу, Фил. Мне нужно лететь в Рино. Прости.

Филипп накрыл ее руку своей.

– Похоже, наше расписание вечно не совпадает. Ладно, Господь с ним. Впереди вся жизнь!

Она поехала в офис – утром позвонил Говард Келлер:

– Лара, приезжай. Дело не терпит отлагательств.

– Ждите меня через час.

Когда она вошла в конференц-зал, совещание уже шло полным ходом.

– Рухнули две сделки, – сообщил Келлер. – Страховая компания, которая рассчитывала занять наше новое здание в Хьюстоне, обанкротилась. Других арендаторов пока нет.

– Найдем, – сказала Лара.

– Это будет не так просто. Нас душит реформа налогообложения. Дьявол, да она душит всех! Конгресс отнял у дивелоперов их льготы. В строительстве намечается спад. Ссудные банки едва ли не в панике. Бернэм Ламберт готов выйти из бизнеса. «Мусорные» акции превращаются в мины замедленного действия. На половине наших объектов возникли серьезные проблемы. Три здания только начаты. Без соответствующего финансирования их не закончить.

Лара задумалась.

– Мы справимся. Продать все ненужные активы и расплатиться по залоговым обязательствам!

– Слава Богу, – заметил Келлер, – что остается еще ручеек наличных из Рино. Это почти пятьдесят миллионов в год!

Она промолчала.

В пятницу семнадцатого Лара вылетела в Рино. Филипп проводил жену до аэропорта. Возле трапа самолета ждал Терри Хилл.

– Когда назад? – спросил Филипп.

– Надеюсь, завтра. Это не должно отнять много времени.

– Я буду скучать.

– Я тоже, милый.

Он долго стоял, глядя вслед мчавшемуся по взлетной полосе «боингу». Господи, как же я буду скучать! Другой Лары в мире нет!

В офисе комиссии по азартным играм Лара увидела тех же джентльменов, которые беседовали с ней перед выдачей лицензии. Но на этот раз атмосфера слушания была куда менее дружелюбной.

Ее привели к присяге. Секретарь разложил перед собой листы официального протокола. Слово взял председатель комиссии.