Однажды летом - Робардс Карен - Страница 131

Кей была сумасшедшей, правда?

– Конечно. – Джонни взял руку Рейчел и крепко сжал. Потребность в прикосновении к ней он ощущал каждую минуту. И когда одержимый идеей спасти ее мчался под проливным дождем на мотоцикле, выжимая из своего любимца свыше ста миль в час и оставляя далеко позади полицейский эскорт. И когда очнулся в больнице в ту первую ночь и произнес имя Рейчел. И когда, наконец, она, залечив свою рану, пришла дежурить у его постели. Стоило ему прикоснуться к ее руке – ив душе разливался покой.

Прошло два месяца, и сейчас Рейчел и Джонни стояли у могилы ее отца. Стен Грант умер в ту страшную ночь, когда Кей пыталась убить их, вот почему Рейчел никого не застала дома – родных срочно вызвали в больницу. Стен ушел из жизни в шесть часов пять минут.

Поначалу Рейчел тяжело переживала, что не смогла быть рядом с отцом в момент его кончины, но постепенно нашла утешение в некоем знаменательном открытии.

Она вспомнила, что часы в доме пробили шесть и буквально в считанные минуты после этого ветка дерева ударила в окно и инвалидная коляска тронулась с места. Если бы этого не случилось, Кей скорее всего убила бы и Джонни, и Джереми, и Рейчел еще до приезда полиции. Сердцем Рейчел чувствовала, что их спасла душа отца, которая покинула тело как раз в тот критический момент, когда дочь его нуждалась в помощи.

Эта мысль несла в себе успокоение, и благодаря ей Рейчел вспоминала об уходе отца скорее с любовью, нежели с печалью, и вообще старалась больше думать о будущем.

– Если хочешь, мы можем задержаться в Тейлорвилле еще на несколько дней, – мягко предложил Джонни.

Стояла холодная ноябрьская погода. Джонни был в наглухо застегнутой кожаной куртке, Рейчел – в теплом шерстяном пальто до щиколоток. Кривой шрам на шее Джонни – там, где пуля Кей задела ткани, – был скрыт воротником. Рана на плече Рейчел была не столь заметной и больше походила на царапину. На холоде она давала о себе знать, и Рейчел задавалась вопросом, останется ли эта боль навсегда как напоминание о том, что она могла потерять.

– Нет, я готова ехать. Просто хотела попрощаться с папой.

– Мне жаль, что я не узнал его поближе.

– И мне жаль, что он не узнал тебя. Мне бы хотелось, чтобы он был на нашей свадьбе.

Они поженились только вчера. Свадьба прошла тихо, в гостиной Уолнат-Гроува, где собрались самые близкие. Джереми был свидетелем со стороны жениха, а все остальные члены семейства Уоткинсов – в том числе Гленда в инвалидной коляске – присутствовали в качестве гостей.

Сразу после посещения кладбища молодожены отправлялись в свадебное путешествие в Колорадо, где мечтал побывать Джонни. Единственное условие, которое ставила Рейчел: средством передвижения должен быть не мотоцикл, а автомобиль. Джонни выдвигал более скромное: чтобы за рулем сидел он.

– Джонни, как ты думаешь, возможно такое, что папина душа спасла нас?

Джонни поднес ее руку к губам. Они уже не раз говорили на эту тему, и он знал, что ей приятно так думать.

– Это возможно, – согласился Джонни. – Почему бы и нет? Наверняка в нас есть нечто такое, что сильнее смерти. А твой отец любил тебя беззаветно. – Он улыбнулся, заглянув ей в лицо, и тихо прочитал:

Уходят из жизни люди, как опадает листва.

Вечна любовь лишь будет, не умирает она.

– Красиво, – вздохнула Рейчел, прильнув к нему и с наслаждением ощутив его крепкие объятия. На мгновение ей вдруг вспомнилась Кей с ее навязчивой идеей любви, и она содрогнулась.

– Генри Кемп. – Джонни с явным удовлетворением вспомнил имя поэта. – Как и Роберт Бернс, тоже был бабником.

– Ох ты! – Рейчел отстранилась от него, но лицо ее было озарено улыбкой. Слова Джонни заставили забыть о грустном.

– Я люблю тебя, – произнес он твердым голосом.

– Я тоже люблю тебя, – ответила она.

Джонни нагнулся и поцеловал ее. Потом, взявшись за руки, они вышли из-под сени деревьев, окружавших могильный холм, и шагнули навстречу яркому свету новой жизни.