Планета отчаянья - Ривендж Алекс - Страница 53

В лаборатории и близлежащих помещениях все оставалось по-прежнему. Похоже, монстрам было недосуг заглянуть сюда.

«Странно, очень странно… будто и не уходили», — заметил про себя Хигс.

Занялись обследованием помещения — теперь в нем искали не притаившегося врага и не документы, проливающие свет на грязные тайны проклятой планеты, а просто проводили инвентаризацию: перепроверяли, что здесь есть и для чего это можно использовать. Вески ухитрилась обнаружить склад продуктов, — правда, через пару минут Ньют заявила, что давно знала о его месторасположении, так как им пользовалась. Нашлась и вода.

Вообще обстановка казалась почти раздражающе мирной, — будто и произойти здесь ничего необычного не могло, — и это тоже по-своему действовало на нервы. Выходило, что комплекс их обманывает, притупляет бдительность, ведь ни для кого же не секрет, что за «милые зверушки» ходят где-то рядом за относительно тонкими стенами. Перекинувшись парой слов на этот счет, Рипли и Хигс решили отвлечься от расслабляющего покоя комнат. Впрочем, и без этого оружие проверять было надо: как-никак оно было главной гарантией если не безопасности (о какой безопасности здесь вообще могла идти речь!), то во всяком случае — возможности постоять за себя и хотя бы погибнуть с честью.

Собрав всех около большого лабораторного стола, Хигс разложил на нем все уцелевшие боеприпасы и оружие, за исключением личного оружия (Вески вообще предпочла спрятать свой пистолет с разрывными пулями подальше).

Автоматические винтовки, ленты, коробки и магазины представляли собой довольно внушительное зрелище. Все же человеческий ум всегда был горазд на выдумки относительно приспособлений для уничтожения себе подобных — и не подобных.

Матово поблескивал металл и пластик винтовок.

Тем не менее, несмотря на солидный вид, при ближайшем рассмотрении оказалось, что большей частью оружия воспользоваться не удастся: даже неспециалист мог заметить большие или меньшие поломки. Когда со стола было убрано все лишнее, Рипли озабоченно спросила:

— Это что — все что у нас осталось, да?

— Да, все, что осталось, — подтвердил Хигс, слегка разводя руками. — Все остальное разбито вдребезги…

«Вдребезги…»— эхом отдалось в мозгу у стоящего неподалеку Хадсона. От любого разговора на эту тему его мутило, и он старался держаться подальше. От этого выходило только хуже: отойти далеко и остаться одному ему было страшно, — как знать, в какой момент эти твари сюда доберутся?! — а находиться в комнате и ничего не слышать было и вовсе невозможно.

Для того чтобы хоть как-то отвлечься, Хадсон затребовал у компьютера техническую документацию и тупо смотрел на нее, стараясь понять, хотя бы на каком языке она написана.

Ему не удавалось даже это.

Ньют заглянула Хадсону через плечо. Его занятие показалось девочке скучным, и ей ничего не оставалось, как подойти поближе к группе остальных взрослых и разглядывать в щели между их телами разложенный на столе арсенал.

— У нас четыре винтовки, — подводил итог Хигс, — и четыре магазина на каждую…

«Четыре винтовки на восемь человек», — подсчитал Берт.

«Четыре винтовки на шестерых», — Рипли исключила Ньют и чуть живого лейтенанта.

«Четыре винтовки на троих… не так уж мало, хотя все равно дело дрянь, — по-своему подвела итог Вески. — Если добавить сюда Белоснежку, — на четверых…»

Ей и в голову не пришло включать в расчет робота или представителя Компании. Берт был для нее просто штатским, точнее, штатским начальником, то есть существом, ни на что серьезное не годным. С такими, как Берт, всегда нужно было носиться, как с малыми детьми, — говорил весь ее прежний жизненный опыт.

«А неплохо бы и мне прибить кого-нибудь из этих чудовищ», — с любопытством изучала винтовки Ньют. Эти люди, претендующие на то, чтобы стать ее друзьями, относились к такому убийству как к норме, и даже как к своему долгу. Кроме того, даже во всех сказках, из которых, по словам тех же взрослых, нужно было всякий раз извлекать мораль для практической жизни, чудищ тоже убивали, и это более чем одобрялось. Так почему бы ей не попробовать сделать то же самое? Вот было бы здорово!

— На каждого — не так уж много… — закончил свою мысль Хигс. — Дальше: у нас есть пятнадцать гранат М-4, — он поправил на столе маленький цилиндрик.

«Ух ты… неужели это и есть граната?» — уставилась на него Ньют. Граната лежала у самого края стола.

Стоило только протянуть руку…

Головастик подалась вперед, и маленькие пальчики сжали заветную «игрушку».

Ну, теперь она покажет этим чудищам, как нападать на людей!

— Не трогай, пожалуйста, — одернул ее Хигс. — Это опасная штука.

«Можно подумать, я этого не понимаю», — укоризненно посмотрела на него Ньют и вернула гранату на место.

Со взрослыми лучше не спорить.

Проще улучить момент и сделать все по-своему.

— А это что, единственный огнемет? — указала Рипли на еще одно орудие убийства с тяжелой на вид приставкой и толстым стволом.

— Да, — подтвердил Хигс. — Единственный работающий. Другой поврежден, третий… даже не знаю.

Он замолчал. Может быть, об оружии можно было сказать еще что-то, но что именно, он себе не представлял.

«Да, и это все при том, что станция в любой момент может взлететь на воздух… Интересно, как можно высчитать, сколько осталось? — вспомнила Рипли. — Надо будет спросить у Бишопа. Хоть он и робот, но в этом он должен, просто обязан разбираться. И еще — стоит ли говорить об этом остальным? Хадсон не выдержит, это точно… Да и стоит ли раньше времени тревожить людей? И без того им несладко…»

— Как скоро мы можем ждать спасательную экспедицию? — спросила она вслух.

— Что? — не понял резкого перехода на другую тему Хигс. — Вы что-то спросили?

Рипли кивнула.

— Да. Я спросила, на сколько мы должны тут задержаться, чтобы за нами выслали спасательную команду?

— Семнадцать дней, — ответил Берт и осекся. Цифра напугала его самого.

«Семнадцать… но за сколько времени реактор придет в полную негодность? Сколько нам осталось РЕАЛЬНЫХ дней? Два? Или всего пару часов?»