Леди Джен, или Голубая цапля (др. перевод) - Джемисон Сесилия Витс - Страница 18

Леди Джен не поняла, как случилось, что в одно мгновение она оказалась одна: бегущая толпа оттеснила ее от детей Пешу и увлекла за собою.

Долго девочка бежала, сама не зная куда. Когда поняла, наконец, что одна среди чужих, то в страхе стала метаться в разные стороны, цепляясь за каждое домино, которое напоминало ей кого-нибудь из ее товарищей, и выкрикивала отчаянным голосом:

— Тибурций! Софи! Нинетта!

Наконец она почувствовала, что не может больше бежать. Измученная, в поту, она проскользнула на тротуар и в изнеможении опустилась у ближайшего подъезда.

Глава 15

Неожиданный спаситель

Девочка сидела неподвижно, глядя на мелькавших мимо людей. Она не понимала, что ей делать. Сначала леди Джен не было страшно: она надеялась, что Тибурций скоро найдет ее. Только ноги болели от усталости и хотелось спать. Но увидев, что время идет, а за ней никто не приходит, девочка готова была заплакать. Однако, рассудив, что это не поможет, она удержалась от слез. Болела голова, во рту пересохло от жажды, хотелось есть, а Тибурций все не приходил. Что, если о ней совсем забыли?

Эта мысль была так ужасна, что девочка не смогла усидеть на месте. Забыв усталость, она бросилась отыскивать своих друзей. Обратной дороги она не знала; да если б и знала, то вряд ли нашла бы своих друзей; топот и говор оглушали ее и сбивали с толку. Вдобавок начались новые неприятности; видя, что девочка бежит одна, какой-то бесенок в маске пребольно толкнул ее в бок, другой — дернул за капюшон.

Леди Джен, точно перепуганный зайчик, забежала в ближайший подъезд и, притаившись, ждала, когда ее мучители пройдут мимо.

После получасового скитания леди Джен снова очутилась возле подъезда, у которого она оказалась после того, как ее так легкомысленно оставили одну. Обрадовавшись знакомому месту, она поспешила усесться на ступеньку. Ноги девочки отказывались идти, лицо горело; ей очень хотелось снять маску, но она не решалась: почему-то ей казалось, что пока лицо под маской — безопаснее.

Сидя на ступеньке и размышляя, как быть дальше, она увидала, что к соседнему дому подъехала коляска, из нее вышли трое мужчин — один из них был совсем молодой. Когда юноша повернулся лицом к леди Джен, она встрепенулась, вскочила на ноги и, протянув к нему руки, крикнула:

— Это я! Это леди Джен!

Юноша удивленно обернулся на крик. Слов он не разобрал, но голос кричавшей девочки был такой жалобный, что у него сжалось сердце. Он всматривался в маленькую фигурку в перепачканном домино и подумал: «Должно быть, это уличный мальчишка». Затем, не задерживаясь, юноша направился к подъезду за своими спутниками.

Конечно, он не мог узнать леди Джен, лицо которой было скрыто маской, но она его узнала. Это был молодой человек, подаривший ей цаплю. Он прошел мимо нее, не узнал ее! Она ему кричала — и он не услыхал! Это было уже слишком! Забыв о своей минутной твердости, леди Джен упала на ступеньки и горько заплакала.

Наплакавшись, она заснула и на время забыла свои беды. Девочка проснулась оттого, что ее кто-то тянул за платье и громкий голос говорил, что надо встать и отправляться домой. Леди Джен открыла глаза: перед ней стоял высокий человек. Лица его не было видно, она заметила только, что в руках у него палка и блестящие пуговицы на пальто. Когда девочка поднялась на ноги, человек ушел, бормоча что-то о «маленьких детях, которые так устают, что засыпают на улице». Леди Джен подумала, что, пожалуй, место, которое она выбрала для убежища, не совсем безопасно: человек с палкой вернется и прибьет за то, что она тут продолжает сидеть! Не теряя времени, она отправилась в путь, стараясь держаться ближе к домам.

«Должно быть, скоро ночь. Что я буду делать, когда стемнеет?» — думала бедняжка. Ах, если б встретить кого-нибудь из своих: тетю Модю, Тибурция или Маделон, или хоть тетю Полину — даже ей она бы обрадовалась! Да что тетя Полина: явись перед нею в эту минуту даже Раст, которого она ненавидит за то, что он вечно ее дразнит, дергает за волосы и называет Миледи, она и за того ухватилась бы, как за своего спасителя!

Здесь размышления леди Джен были прерваны. Кто-то дернул ее сзади за домино. Она обернулась с испугом: перед ней стоял мальчишка в желтом домино и дерзко смотрел. Прядь светлых волос выбилась у девочки из-под капюшона, — мальчишка поймал эту прядь и принялся погонять леди Джен:

— Ну! ну! Лошадка, вперед! Что стоишь! Живей!

Испуганная девочка пыталась вырваться, но маленький бесенок крепко держал ее за волосы и хохотал над ее тщетными усилиями. Едва сдерживая слезы, бедняжка стала просить, чтобы он отпустил ее.

— Погоди, я прежде сниму с тебя маску: хочу посмотреть на твою рожицу. — И мальчишка уже протянул руку, чтобы сорвать маску с лица леди Джен.

Но девочке удалось увернуться. Она вся дрожала от гнева. Всегда ласковый и кроткий ребенок, она превратилась в дикого зверька.

— Не трогай меня! Не смей трогать! — кричала леди Джен и, ловко размахнувшись, изо всей силы ударила мальчишку.

Нетрудно догадаться, что битва, храбро начатая нашей героиней, кончилась бы не в ее пользу. Мальчик был старше и сильнее; не прошло и минуты, как домино леди Джен превратилось в клочья, маска была сорвана и прелестные локоны золотой волной рассыпались по плечам. Она стояла, едва переводя дух, со сверкающими глазами, горящими щеками, точно загнанный зверек перед преследователем.

В эту-то критическую минуту у леди Джен неожиданно явился союзник: какой-то человек подскочил к ее обидчику и прежде, чем тот успел опомниться, сбил его с ног ловким ударом под громкий хохот собравшихся.

Это был месье Жерар, старый друг леди Джен. В первую минуту она не могла произнести ни слова. Бросившись к своему избавителю, она вцепилась обеими руками в его мозолистую руку, крепко прижалась к нему; только ее большие ясные глазки, с восторгом устремленные на старика, красноречиво говорили о том, как она счастлива и как благодарна ему. Но месье Жерар без слов понял, в чем дело. С обычной вежливостью он отвел девочку в ближайшую аптеку, усадил в кресло, пригладил ей волосы и велел подать стакан воды.

Когда леди Джен немного пришла в себя, первыми ее словами был вопрос:

— Месье Жерар, как вы узнали, что со мной происходит?

— Я ничего не знал; это была, что называется, чистая случайность, — отвечал старик. — Я возвращался домой… я, знаете, отгулял свои праздники — долго праздновать не люблю. Так вот, иду я домой по улице и только повернул за угол — слышу чей-то плач. Смотрю, а это плачет моя маленькая леди, а какой-то желтый чертенок дергает ее за волосы!.. Ну, уж и задал же я ему трепку, будет помнить! — И месье Жерар залился веселым смехом, самодовольно потирая руки. — Счастье еще, что я вовремя подоспел на выручку моей леди, — заключил он.

Когда оба вышли на улицу, девочка, забыв свои беды и весело подпрыгивая подле друга, подробно рассказала, как она неожиданно очутилась одна в незнакомой толпе, и о дальнейших своих приключениях. Но вот старик остановился перед чистеньким рестораном, окна которого были соблазнительной выставкой вкусных вещей, и сказал, обращаясь к своей спутнице, с добродушно-лукавой улыбкой:

— Я подозреваю, что моя маленькая леди голодна. Теперь уже пятый час, и я хотел бы угостить барышню обедом.

— Ах, как это чудесно вы придумали, месье Жерар! — вскрикнула в восторге девочка, глазки которой разгорелись при виде лакомств. — Я очень голодна!

— Вот и прекрасно! Мы сейчас зайдем в этот ресторанчик; видите, какой он чистенький и, главное, вполне приличный для такой славной маленькой леди… И вы увидите, что старик Жерар умеет не только учить танцам, но и заказывать еду.

Он торжественно ввел девочку в ресторан, пододвинул стул поближе к столу и усадил девочку, потом достал очки, с достоинством принял от официанта карточку с меню; наконец, вынув карандаш, с поклоном обратился к своей спутнице: