Друзья с тобой: Повести - Кудряшова Светлана Владимировна - Страница 51

Вакса не дает им разговаривать. Она без толку забегает вперед, натягивает поводок, крутится и ни с того ни с сего бросается доктору под ноги.

— Почему она такая бестолковая? — расстраивается Ришка.

— По-видимому, от малолетства, — пожимает плечами доктор.

— Может быть, она вовсе не породистая? — останавливается Ришка.

— Какая разница? Хорошая собака!

— Хорошая! — радуется Ришка. — Не беда, что не породистая.

На тихой улице он подходит к деревянным, покрашенным в зеленую краску воротам. Его смуглое лицо бледнеет. Ришка волнуется. Очевидно, он пугается встречи с отцом.

— Вы погуляйте пока с Ваксой…

Он передает доктору поводок.

Небольшой, заросший травой и виноградником двор. Кирпичная дорожка ведет к дому с голубыми ставнями.

«Хороший двор, — рассеянно думает Ришка. — Здесь и в футбол можно, и на шпагах…» Он оглядывает себя. Обтрепанные носки туфель, натертые дома мокрой тряпкой, высохли и стали еще белее.

— Ох вы!

Он торопливо наклоняется и плюет на носки.

Стучит дверь. Ришка поднимает голову и… забывает про туфли. Душа у него уходит в пятки и несколько долгих мгновений томится там. На крыльце стоит отец. Он, конечно, не узнает Ришку. Господи, сколько не виделись! «Вот в кого я уродился!» — думает Ришка, разглядывая отца.

— Здравствуй…те! — спохватывается он.

— А-а-а! Это ты! — наконец узнает отец сына. И улыбается. Ободренный улыбкой, Ришка подвигается к крыльцу. Даже поднимается на ступеньку. Хотя отец не зовет его в дом. Но зато он спускается сам. Надо, не откладывая, все рассказать.

— Па, я перешел во второй класс!

— Я так и думал. Молодец.

Ришка вспоминает воображаемый разговор на «космодроме».

— Па-Разговор не клеится. Они так и стоят на ступеньке опрятного крыльца. Отец кладет руку на Ришкино плечо и спускается с ним на дорожку. Вдруг Ришка вспоминает о ремне.

— Па! Вы… ты забыл у нас ремень. Принести?

— Не стоит. Возьми лучше себе.

Они медленно идут к воротам по узкой чистой дорожке. Рука отца на плече мешает Ришке идти. Скорее бы ворота. На прощание отец протягивает ему деньги.

— Купи учебники, раз перешел. И крючки.

«Лучше ласты», — хочется сказать Ришке. Но отец уже прощается с ним.

На улице Ришка вспоминает, что отец так ничего и не узнал о Ларисе и Яшиной бабушке. Значит, все остается по-прежнему. Он не может с этим мириться. Он возвращается, подбегает к отцу — тот медленно идет к дому по дорожке — и заглядывает в его лицо умоляющими черными глазами.

— Ты ведь когда-нибудь придешь к нам? Да?

— Постараюсь… Дело в том, что я на днях уезжаю… — -Договорить с отцом не дает Вакса. Она все-таки удирает от доктора, врывается во двор и с лаем прыгает вокруг Ришки.

За воротами Ришка долго смотрит в щель. Отец стоит задумчивый… Поправляет виноградную лозу… С крыльца сбегает худая белобрысая девчонка. Она машет отцу длинной рукой.

— Сейчас, Милочка, — кричит он ей. — Иду!

Она ждет его у черешни, густо покрытой красными ягодами. Отец подходит и высоко поднимает ее. Девчонка визжит и цепляется за него. Ей страшно, козлихе!

Ришка краснеет от обиды и злости. Он отходит от ворот, ищет взглядом доктора. Вот он, Федор Степанович!

Ришка бежит к нему и берет за руку. В другой руке он сжимает Ваксин поводок.

Алеша и Ришка сидят на сборе отряда теперь уже 7 «Б». Последний сбор перед дальним походом на Мастаканские Поляны. Митя Семин объявляет: отряд к походу готов. Сережа с Верой Павловной начертили карту маршрута. Коля достал компас. С минуты на минуту Санька Петушков принесет высотомер.

— Алеша, — говорит Митя, — тебе и Солнышкину поручаем нашу Веру Павловну. Справитесь?

— Справимся, справимся, — кивает Алеша. Ришка молчит.

Митя с сомнением поглядывает на Ришку. Вдруг дверь в пионерскую комнату открывается и в нее просовывается длинная узкая доска с черными делениями. Потом входит Санька.

— Высотомер! — кричит он.

Все хотят подержать высотомер, а Санька рассказывает, как три дня выпрашивал его у знакомого метеоролога. Тот уговорам поддавался плохо. Тогда Санька уселся в его кабинете и сказал, что без высотомера не уйдет. Метеоролог терпел два часа. Потом вздохнул и пошел в склад. Отыскал старый поломанный высотомер. Они чинили его полдня, и теперь высотомер лучше нового.

После сбора Саша с Алешей и Ришкой идет к Вере Павловне. На всякий случай Ришка берет с собой табель, в котором перечислены отметки за год и сказано, что Солнышкин Октябрин переведен во второй класс. Ришка сомневается, поверит ли незнакомая Вера Павловна на слово, что у него нет двоек. Табель он завертывает в газету, складывает и прячет в карман. С собой Ришка ведет Ваксу.

У двери в квартиру Веры Павловны Саша велит ему оставить Ваксу. Ришка боится, что Ваксу уведут. Она теперь большая и красивая. Но Ришка не спорит.

Вера Павловна радуется гостям. Она встает с кресла, идет навстречу.

— Это Ришка, — говорит Алеша, подталкивая друга. — Он теперь будет к вам ходить и все делать.

— А мы с тобой старые знакомые, — разглядывает она Ришку.

— Я вас сразу узнал, — улыбается Ришка. — А где ваша палка?

Палка с набалдашником в виде собачьей головы благополучно стоит в углу. Вера Павловна усаживается в глубокое кресло и подзывает Ришку. Она несколько раз проводит небольшой морщинистой рукой по черным жестким его волосам.

— А я тебя вспоминала. Как поживает твоя… Вакса?

Ришка приводит Ваксу. Она послушно дает Вере Павловне лапу и — по приказанию Ришки — пытается найти Алешин след. Потом Ришка показывает Вере Павловне табель с отметками. Он даже признается, что по письму имел двойку, но «при конце очень постарался, вместе с Сашей», и получил за контрольную четверку. Теперь Ришка собирается к морю. Возможно, у него будут ласты.

Саша что-то убирает, складывает и все время не дает покоя Ришке. То велит собрать журналы, то подколотить расшатавшиеся гвозди, на которых держится вешалка.

А Ришке не хочется отходить от Веры Павловны.

Он возится с вешалкой и слышит, как Вера Павловна называет его «славным». Ришка сейчас же заглядывает в зеркало над вешалкой. Но ничего славного в мальчишке с черными сердитыми глазами нет. А быть «славным» сильно хочется. Поэтому Ришка говорит тихим голосом и, когда обращается к Вере Павловне, прибавляет «пожалуйста». Как Лешка.

Ришка часто навещает Веру Павловну. Он знает ее хозяйство. В большом шкафу на верхней полке стоят книги о путешествиях. Внизу толстые тома «Жизнь животных». В тумбочке, на которой стоит бронзовая бригантина, лежат атласы и толстая папка. В ней хранятся портреты героев Великой Отечественной войны. Недавно Вера Павловна и Ришка оклеивали разлохматившиеся края папки синим сатином, и Вера Павловна рассказывала ему о Саше Матросове и Сереже Тюленине.

Иногда утром Вера Павловна и Ришка отправляются на прогулку. Она надевает полотняную панаму и берет в руки сумочку, плетенную из толстых ниток. Ришка ждет ее в дверях и протягивает палку с набалдашником в виде собачьей головы.

Обычно они прогуливаются по скверу. Там малыши катаются на трехколесных велосипедах, деревянных лошадках и строят песочные города. Все они хорошо знают Веру Павловну и бегут к ней здороваться. Малыши бесцеремонно оттесняют Ришку. И он бредет сзади, пока она здоровается с этими писклятами и выслушивает их новости. Глупости, конечно. Когда у Ришки лопается терпение, он пробивается к ней и дергает за плетеную сумочку. Вера Павловна идет с ним в маленький домик в конце сквера — «Хрустальный башмачок». Она пьет там кофе, а Ришка ест мороженое. Пломбир. Ленинградский.

Однажды Вера Павловна повела его в городской сад. Там много цветов, красивых подстриженных деревьев и большой фонтан. И тихий пруд за старыми липами. На темной воде пруда покачиваются белые лодки. Ришке очень захотелось сесть в лодку и поплыть к острову, на котором живут снежные лебеди. Хорошо бы поставить на лодке парус…