Имперский вояж - Вебер Дэвид Марк - Страница 130

— А моя ящеропсина? — спросил Роджер, поглядев на умильно сопящую ящерку.

— Еще один интересный аспект местной биологии, — ответил Добреску. — На Мардуке доминируют два семейства живых организмов. Можно, если угодно, провести аналогию с земными рептилиями и амфибиями. Так, Корд — “амфибия”, к ним же можно отнести чертовых тварей, чертовых крокодилов и больших бестий. Все они обладают слизистой кожей и сходным строением внутренних органов.

— Однако большинство животных — к ним, кстати, относятся ящеропсины и флер-та — устроены принципиально по-другому: кожа у них сухая, иначе функционируют и почти все остальные органы — сердце, желудок, почки.

— Так все-таки ящеропсина — он или она? — нетерпеливо спросил Роджер.

— Она, она, — ответил Добреску. — Аналог земной рептилии. Так что ждите: у вашей любимицы рано или поздно появятся детки. Ну, яйца.

— А что нам делать с программой перевода? — спросил Роджер.

— Я думаю, не стоит что-либо менять, — сказал Панер. — Людей мы проинформируем, объясним, что у мардуканцев “плавающий” пол, но оставим все как есть. Ведь, как правильно заметила Элеонора, отличие чисто техническое, а поскольку среди нас нет ксенобиологов, я полагаю, что мы смело можем закрыть на это глаза. Я не думаю, что возникнут серьезные проблемы, а потому не считаю необходимым смущать команду или переделывать программу.

— Убедитесь хотя бы, что они знают, — чопорно заявил Корд, — что я никакой не яйценос.

— Он женщина? — спросил Джулиан.

— Типа этого, — рассмеялся Роджер. — Но советую вам обращаться к нему как к мужчине. И молите бога, чтобы программа не споткнулась. — Встроенный в чип переводчик уже несколько раз ошибался, например в случаях с Поертеной и Денатом. К счастью, пострадавшие не обиделись. Пинопанец почти сразу забыл об этом, а Денат удовлетворился устными извинениями.

— О бог мой, — покачал головой Джулиан. — Когда мы наконец покинем эту дурацкую планету? А то постоянные заморочки уже доконали.

Проходя мимо рядового Гелерта, Роджер похлопал его по плечу. Пехотинец в ответ криво оскалился и перекинул копье через плечо. По-видимому, Гелерт все еще считал, что солдату не подобает носить подобные штуковины.

Все бойцы вооружились мардуканским оружием. Трофеи исчислялись тысячами, так что каждый выбирал на свой вкус. Поскольку местное оружие в исходном виде для землян не годилось, войтанцы пошли гостям навстречу и адаптировали его до нужных размеров. Теперь у команды были короткие мечи (или длинные кинжалы, по мардуканским понятиям), овальные щиты и, по меньшей мере, по одному копью или дротику на каждого солдата.

В течение трех недель, пока отряд восстанавливал силы, бойцы возобновили тренировки. Конечно, до мастерства мардуканцев им было далеко; ведь туземцы, можно сказать, чуть ли не рождались с оружием в руках, но, в отличие от последних, земляне все-таки в первую очередь были солдатами. Их тренировки носили в основном коллективный характер, пронизанный духом взаимопомощи. Главный упор делался не на то, чтобы выпестовать индивидуальных супергероев, а на то, чтобы осуществлять определенные маневры повзводно. К примеру, одно подразделение удерживает стену, а другое с оружием в руках пытается эту стену взять. Ставка делалась не на личный героизм, а на согласованность в действиях.

Улыбнувшись Гелерту, Роджер кивнул на собственный меч. После отдыха земляне выглядели значительно лучше, кроме отдельных тяжелораненых, которые по-прежнему нуждались в лечении и в последующей транспортировке на флер-та.

Роджер просалютовал капралу Д'Эстрис. Она получила серьезнейшие ожоги, и Добреску пришлось удалить ей часть руки, ниже локтя. Махнув в знак приветствия розоватым обрубком, она почесала вспухшее место. Зуд был нестерпимый, но через месяц-другой на месте культи непременно вырастет новая рука.

Наконец принц подошел к животному, предназначенному для Корда. Шаман кивнул на сковывающие его ремни.

— Унизительно, однако.

Роджер покачал головой и кивнул в сторону бесконечной вереницы могильных холмов.

— Радуйтесь, что в живых остались.

— О, я радуюсь, — захрюкал Корд. — Но все равно стыдно.

Роджер снова покачал головой и тут заметил приближавшегося с противоположной стороны Панера.

— Ну что, капитан, все готово?

— Похоже, что так, — ответил Панер, кивнув подошедшей делегации во главе с Т'Лин Таргом и Т'Кал Вла-ном.

— Жалко расставаться, — прошептал принц, но его улыбка слегка потускнела, когда он бросил взгляд на городские развалины.

— Мне тоже, — согласился Панер. — И сказать по правде, ваше высочество, лучше уходить именно так. По старинной традиции тела павших следует забирать с собой, но в глубине души я всегда считал, что солдат должен быть похоронен там, где погиб. — Он покачал головой и тоже печально поглядел на катакомбы. — Когда придет мое время, я предпочел бы для себя такую же участь, — произнес он тихо. — Быть похороненным на месте гибели, вместе с, моими друзьями и… врагами.

Роджер с удивлением поглядел на вдохновенный профиль командира. Возможно, он удивился бы больше, если бы не успел прочесть “Если?” или массу других поэм, хранящихся в чипе Элеоноры О'Кейси. Оказалось, что в душе капитана скрывались такие глубины, о которых принц раньше и не подозревал.

— Ладно, — весело парировал принц. — Я это запомню, капитан. Только вряд ли это у вас получится в ближайшее время. Вы еще не забыли, что вам категорически запрещено умирать прежде, чем вы доставите домой персону его высочества. Не правда ли?

— О, разумеется, полковник, — улыбнулся Панер. — Я это тоже запомню.

— Отлично! — сказал Роджер, и они оба обернулись к провожавшим.

— Я смотрю, тут целая прощальная процессия собралась, — заметила Косутик, обратив внимание на шеренги солдат, растянувшиеся вдоль дороги.

— Мне кажется, самое время поблагодарить наших благодетелей, — откликнулась подошедшая Элеонора.

— Конечно, — шаловливо начал Роджер, — они спасли нам жизнь. Но мы ведь тоже истребили для них почти все войско кранолты, — хмыкнул он, вызвав на лице командира улыбку.