Солдат удачи (сборник) - Авраменко Александр Михайлович - Страница 117

— Продолжайте доклад.

— Прошу прощения, ваша светлость… Они — словом, те из наёмников, кто отказался участвовать в этом… геноциде. Что с ними делать? У нас есть чёткий приказ.

— Покажите.

Камера вновь скользнула в сторону. Там под прицелами двоих терранцев стояли шесть человек. Князь спросил:

— Кто?

— Говорят, что из Мексики.

— Чёрт с ними. Отправьте их на Новую Надежду.

— А остальных?

— Я не понял, господин майор, вы же сказали, что пленных нет!

— Я про тех, кого освободили, ваша светлость.

Алексей смутился:

— Простите, майор. Сейчас мы выводим на геостационарную орбиту наши госпитальные корабли. Как только они встанут — установим космический лифт и начнём немедленную эвакуацию. В первую очередь — детей. Потом женщин, затем остальных. Замените активаторы в республиканских зарядах. И это… У вас ещё остались живые медведи?

Десантник вновь побледнел, но Алексей холодно бросил:

— Мне нужны кадры полной переработки, но коал. И несколько сцен развлечений наших десантников. Вам ясно?

Офицер вздохнул с облегчением:

— Будет исполнено, ваша светлость!

— Конец связи.

— Конец связи.

Экран погас, Медведев откинулся на спинку кресла. Николай помолчал, потом тихо спросил:

— А не слишком?

— Что — слишком? А детей на порошки перерабатывать, чтобы шкура лучше росла — не слишком?!! Или из стариков средство для стимуляции мозга — не слишком?! А женщин искусственно оплодотворять для абортативного материала — не слишком?!! Да будь моя воля — я бы сейчас Рамдж антиматерией закидал!!!

— Я понимаю тебя, Лёша. Не злись. Просто если эти кадры попадут в открытое информационное пространство — знаешь, что будет?

— Наши орлы из спецгруппы пятнадцать минут назад выдрали памятные кристаллы из логгеров, установленных на этой… Скотобойне… — Он кивнул головой вниз. — Так вот, среди прочего — цифры о количестве переработанных, полное описание всех технических процессов, а главное — учебные фильмы для нового персонала. Не хочешь посмотреть, как правильно разделать младенца, Коля? Или как добыть вытяжку спинного мозга старика, потому что у сюзитов с возрастом накапливается в хребте какой-то хитрый энзим, очень благотворно влияющий на мозги рамджей? Или как переработать остатки производства в удобрения для элитных полей, где выращивается самый вкусный эквалипт?

Мыскин побелел, затем отвёл глаза в сторону. Он был не прав. Друг пощадил его от самого страшного знания, отделавшись общими словами. Но сам-то через это прошёл…

Потом началась погрузка. Точнее — эвакуация.

А ещё точнее — спасательная операция. Николай стоял на обзорной галерее, и его трясло от бешенства: дети с ампутированными конечностями и вырезанными органами. Расплывшиеся туши, по-другому не скажешь, молодых, по шестнадцать-семнадцать лет, сюзиток, которых искусственно оплодотворяли, заставляя вынашивать плод до шести-семимесячного срока. Затем эмбрион извлекался из тела и поступал в переработку. И каждая из этих девчонок уже выносила по три-четыре таких плода… Безвольные тела подготовленных к окончательной переработке стариков и старух, у которых удалили спинной мозг и превратили в растения. И экскурсия по фабрике смерти. Её стерильной чистоты коридоры, роботы для забоя «скота», для проведения операций, для вскрытия и извлечения эмбрионов. Для ампутации. Для разделки. Автоклавы, фризеры, хранилища органов, сборщики крови. Перегонные устройства. Фильтры. Производство было очень мощным, способным в случае необходимости провести обработку с полной утилизацией в течение стандартных суток двадцати тысяч «туш». Тех, кого спасли, выручило то, что совсем недавно в Республику был отправлен груз полностью переработанных предыдущих несчастных, и новых решили чуть придержать…

Все медицинские модули госпитальных кораблей работали в максимальном режиме и с полной нагрузкой. Князь приказал задействовать медблоки боевых кораблей. Но они всё равно не успевали вытащить всех. И кое-кто уходил в последний путь…

Самых тяжёлых погружали в анабиоз, надеясь вытащить с того света на Терре, где лихорадочно готовились к восстановлению такого неслыханного до сих пор количества калек и людей с изуродованной пережитым кошмаром психикой. А Мыскин, сидя в своей каюте с бутылкой водки, думал — сможет ли он когда-нибудь снова улыбаться…

…Госпитальные корабли один за другим швартовались к станциям космических лифтов, и вниз на планету непрерывным потоком летели капсулы с погружёнными в анабиоз телами, либо стабилизированные на время перевозки регенерационные ванны медицинских блоков. На поверхности же несчастных практически мгновенно развозили по всем имеющимся на Терре больницам и госпиталям, куда хлынул по призыву князя поток добровольцев. Каждый из подданных Медведева считал своим долгом что-либо сделать для прибывших с того света в буквальном смысле этого слова. А детские дома и приюты были завалены просьбами об усыновлении детей. Наибольшее опасение вызвали две категории спасённых — матери-конвейеры и старики без спинного мозга. Если, скажем, ампутированные конечности или внутренние органы довольно легко и стопроцентно восстанавливались в обычной регенерационной ванне стандартного медицинского блока хирургического комплекса, то вот как вылечить таких, изуродованных непрерывной беременностью, совсем, по сути, молодых женщин? Была возможность их клонирования и переписывания памяти с уничтожением прежних тел. Но… Это был тупиковый путь. После некоторого раздумья решили сделать по-другому: дать по максимальной дозе «омолаживателя» и стереть память. Это было наиболее милосердно и гуманно по отношению к жертвам Республики. Сложнее было со стариками. Но и тут помогло волшебное лекарство. Оно не только давало вторую жизнь, но и восстанавливало спинной мозг. А уж заставить новый орган, выросший с бешеной скоростью, заново работать, для медблоков было не проблемой…

Наконец Алексей остался один. Устало вытянул ноги, кое-как сбросил обувь и сунул ступни в мягкие домашние тапочки. Ступни даже зажгло от расслабления. Откинулся на спинку дивана, прикрыл веки. Сумасшедшее напряжение последней недели, с тех пор как ему позвонил ночью Столяров, начало отпускать, но перед глазами до сих пор стояли те ужасы, которые он увидел на скотобойне. Все эти сияющие никелем и хромом чистенькие стерильные аппараты, предназначенные для умерщвления людей… он давно уже не делал разницы между разумными, для него и сюзиты, и рамджи, и сэзэошники были такими же людьми, как земляне… Что же теперь делать? Предать огласке то, что он увидел, и кристаллы из логгеров медведей? Или держать пока всё в тайне? В любом случае стоит, пожалуй, предупредить Столярова, что как только где-либо будут зафиксированы крупномасштабные исчезновения людей — сразу начинать копать. И бросить все силы на борьбу с рабовладельцами. Скупщиками людей… Он вспомнил тот невыносимый для глаз слепящий шар, возникший после подрыва обоих заложенных коалами для сокрытия преступления на месте скотобойни. Удар по ним был сокрушительный. Организовать такую фабрику они, конечно, смогут снова. Но вот персонала, а самое главное — программ для переработки у них нет. И насчёт «сырья» теперь будут проблемы. Что же — зато у него есть козырь против Сената, и они не посмеют больше мешать вывозить сюзитов в кКняжество. Ещё и помогать станут! А с Яйли Грозной он ещё побеседует! Та, естественно, начнёт рвать и метать, когда бывшие имперские подданные станут его вассалами, но… Извини, девочка, политика — дело грязное. И здесь сантименты вредны…

Сегодня не стану, а посовещаюсь со своими. Планет у нас хватает. Главное — пусть Берия и Шпеер определят, сколько мы сможем взять народу из Империи без спада в нашей экономике и ущерба для людей. Хотя… Брать всех. Без исключения. Даже загонять насильно на корабли. Никого нельзя оставлять. Потянем? Сдохнем, но вытащим до последнего. Такое количество нового населения даст мощный всплеск экономике, мы сможем заселить минимум три планеты. И тогда, я верю, наступит момент, когда медведи будут либо изгнаны, либо, что, скорее всего, — уничтожены!