Риск - мое призвание (сборник) - Фиш Роберт - Страница 92

Зазвонил телефон, Стэн снял трубку.

Под фамилией Грира я напечатал слова "Убийство — дело начато", потом составил стандартный протокол об обнаружении трупа мужчины и дополнительные протоколы с повременным перечислением наших со Стэном действий, подшил их в скоросшиватель и поставил его в шкаф-картотеку для дел об убийствах и сомнительных самоубийствах.

— Кто звонил, Стэн? — спросил я, садясь за стол.

— Бюро информации. "Линкольн" лавандового цвета принадлежит миссис Дороти Ходжес.

Я кивнул.

— Да, все сходится, Стэн. Грир давно уже вкушал прелести жены Ходжеса. Почему бы ему не доставить себе удовольствие по полной программе и не попользоваться её роскошной "тачкой"?

— А разве не ты мне только что сказал, что у этого Ходжеса нет машины?

— Ничего подобного! Я сказал тебе, что, как заявил мне Ходжес, у него нет машины.

— А про Дороти ты у него не спрашивал?

— Нет, конечно! Кажется, я тут просто-напросто лопухнулся, Стэн!

— Слушай, это музыкальное сочинительство, должно быть, приносит нашему мальчику Ходжесу неплохой доход. В наши дни не многие мужья в состоянии дарить своим женам "линкольны". — Он вздохнул. — А я все никак не могу выбрать, что купить — то ли "линк", то ли "кади".

— А, вот значит почему ты не купил ни то, ни другое!

— Очень смешно, — отрезал Стэн. — Да я не могу внести аванс даже за детский самокат.

— Ну ясное дело: Ходжес зарегистрировал "линкольн" на имя жены, чтобы не привлекать внимания к своей персоне.

— Угу. Или у неё водятся собственные бабки. — Стэн помолчал. — Знаешь, Пит, я бы не удивился, если бы узнал, что дядя Ходжес немножко осерчал. И меня бы также не удивило, что он решил немножко Грира подгазовать.

Я кивнул.

— И вполне вероятно, милашку Дороти вместе с ним.

— Ты думаешь, это её мы упустили сегодня утром в тумане?

— Я бы этого не стал исключал. Если учесть её шашни с Гриром и принадлежащий ей "линкольн", в котором мы его обнаружили, она очень даже хорошо вписывается в картинку.

— Вот только та девчонка в тумане никуда пока не вписывается. возразил Стэн. — Светлые волосы, классная фигура — вот и все, что я могу подтвердить под присягой.

— Жаль, что нам не удалось получше её рассмотреть. А так объявленный нами розыск — все равно что поиски иголки в стоге сена.

— Да, но розыск Дороти Ходжес — уже что-то. Я считаю, что с минуты на минуту к нам должна поступить какая-то информация.

— И то же самое с Ударником Дуганом, — подхватил я. — Как только наши стукачи узнают о том, что он в розыске, уверен: очень скоро его захомутают.

— Не завидую полицейскому, который будет производить арест. Мне легче руку дать на отсечение, чем сидеть в компании прокаженного. — Он усмехнулся. — Не имею в виду присутствующих, разумеется.

— Разумеется, — кисло отозвался я.

— Итак, что у нас дальше по плану, Пит?

— Верн и Дороти Ходжес. Оба. Я уверен, что этих голубков надо очень тщательно прощупать. Они…

Зазвонил телефон.

— Пит, это Тед Винклер.

— Привет, док! Как там у вас в морге?

— Смех один! Просто животик надорвешь.

— Все смеетесь, — хмуро произнес я и кивком попросил Стэна взять отводную трубку.

— Хохочем, — продолжал док Винклер. — Мы просто до смерти ухохотались.

— О Боже! — вздохнул Стэн.

— Стэн, это ты? — спросил Винклер.

— К несчастью, да. До смерти ухохотались — в морге! По-моему, это самая удачная острота, которую я слышал в этом году.

— А что, нет?

— Да, нет, просто ты это очень смешно сказал, Винклер. Повтори, а?

— Мы можем чем-то помочь, док? — спросил я.

— Ты хочешь спросить, чем я могу помочь вам, так? Я же провожу вскрытие трупа. Разве Стэн тебе не сообщил?

— Нет.

— Ухохотались до смерти! — не унимался Стэн. — Вы только послушайте этих шутников из морга!

— Ты что-то обнаружил? — спросил я.

— Ну, до конца финишной ленточки ещё очень далеко, конечно. Но я кое-что обнаружил, что тебе было бы небезынтересно узнать, Пит. Его застрелили.

— Что? — воскликнул Стэн. — Слушай, мы этого парня осмотрели с головы до ног. Пулевых отверстий не было. Верно, Пит?

— Погоди, Стэн. — недовольно оборвал его Винклер. — Я же не говорю, что это было причиной смерти. Ранение двухдневной давности.

— Где оно? — спросил я.

— Касательное на правом трицепсе, размер один-три шестнадцатых дюйма, под прямым углом к позвоночнику, неглубокое. Точнее говоря, в точке самого глубокого проникновения оно имеет глубину около одной шестнадцатой дюйма. Когда я увидел его, то сначала подумал, что это ожог.

— А ты уверен, что это не ожог? — спросил я.

— Абсолютно, Пит. Рана только на первый взгляд напоминает ожог. Но сомнений нет: это след от пули.

— Что-нибудь можешь сказать о пуле?

— Да. Края бороздки отчетливо отпечатались. Я бы сказал, калибр приличный. Не меньше 38-го, а может, и 45-ый.

— По деформации кожи можно определить направление выстрела?

— Да. По характеру деформации кожи на трицепсе и расположению раны можно с уверенностью сказать, что в него стреляли со спины.

— Рана достаточно серьезная, чтобы ему было необходимо обратиться к врачу?

— Да, пожалуй, следовало бы, — сказал Винклер. — Но он не обращался. Обработку раны и перевязку ему делал явно не профессионал, уж поверь мне.

— Жаль, — пробормотал я. — А то бы мы прочесали все сообщения врачей по поводу обращения пациентов с огнестрельными ранениями.

— Не горюй, Пит! — заметил Стэн. — Мы все же можем кое-что предпринять.

— Да? И что же?

— Мы можем поразмыслить вот над чем: парень, который не сумел пристрелить Грира, — не тот ли это, кто сумел отравить его угарным газом?

— Большое спасибо за подсказку.

— А твой Стэн — башковитый малый! — иронически похвалил Винклер.

— Ну, чем-то и мы можем похвастаться, — отозвался я.

— Просто ухохотались до смерти, — повторил Стэн. — Красиво.

— А что послужило причиной смерти? — продолжал я. — Можно с определенностью сказать, что это отравление угарным газом?

— Ты хочешь спросить — официально?

— Да.

— Увы, Пит. Официально — пока нет. Я не могу делать официальное заключение судмедэкспертизы, пока не получу заключение токсикологов.

— Ладно, но хотя бы неофициально.

— Неофициально — да. Если же токсикология покажет ещё что-то, я буду крайне удивлен.

— Еще есть что-нибудь интересное для нас? Кстати, а как получилось, что Грир умер, а девчонка, что была с ним вместе в машине, — нет?

— То есть если предположить, — вставил Стэн, — что она была с ним неотлучно!

— Это сложный вопрос, — признался Винклер. — Вряд ли я смогу на него ответить, не осмотрев девушку.

— Мы со Стэном предположили, что так случилось потому, что Грир трудился до седьмого пота, а девица нет — осторожно заметил я.

— Как это понимать, Пит?

— Похоже, они на заднем сиденье занимались сексом, — пояснил я. — Если Гриру пришлось попотеть и он расходовал больше кислорода, чем она, то быстрее получил смертельную дозу угарного газа.

— Очень может быть, — согласился Винклер. — К тому же Грир незадолго до смерти пил. Немного, но возможно, достаточно, чтобы понизить резистентность организма к СО. — Медэксперт помолчал. — Я могу сказать, что он, похоже, был человеком с весьма экзотическими пристрастиями.

— Это как?

— Ну, во-первых, он принял некоторую дозу мензульной пасты.

— Чего-о? — не понял я. — Ах, ну да — конфетка с гашишем.

— Именно. — вмешался Стэн. — То, что наркаши называют цыганской жвачкой.

— Не совсем, — возразил Винклер. — Мензули принадлежат к той же разновидности наркотиков, но они приготавливаются в виде пасты и обладают куда более мощным действием. В сравнении с гашишевыми конфетками мензули это все равно что двойная порция сухого мартини в сравнении с полстаканом пива.