Воскресшая жертва (сборник) - Каспари Вера - Страница 77

Вот Клифф Сторм упомянул Рейса Роуда. Добавим и это. Добавим это к событиям вчерашнего вечера, а также к тому, что, например, произошло накануне.

Вчера утром, гуляя по скверу, Шерри видела, как Клифф Сторм вышел из боковой двери больницы и со всех ног помчался по улице вдоль ограды сквера. Она тогда подумала, почему он появился здесь, ведь его автомобиль стоял перед дверью пансиона, и пришла к заключению, что в тот момент машина была ему не нужна. Но Шерри не могла не обратить внимание на то, что, куда бы ни направлялся в тот момент Клифф Сторм, походка его была весьма стремительной. В его движениях не чувствовалось слабости, они не были даже осторожными. Потом Шерри перестала думать об этом.

Она вспомнила об этом сейчас.

Клифф навещал Варда. Он наверняка встречался там с Эдвардом Рейнардом. Недавно он виделся с Рейсом Роудом, а теперь еще собирался заглянуть к Джонни!

Настойчивый интерес Клиффа Сторма к столь многим вещам, имевшим отношение к Шерри Рейнард, постепенно начинал казаться не таким уж простым. К тому же Лотон Арчер сказал, что именно Клифф упомянул о кратковременном участии Шерри в шоу-бизнесе. Значит, Клифф обсуждал ее в пансионе. Более того, в действительности он был единственным человеком, способным внушить живущим там людям что-либо относительно Шерри, потому что только он был знаком с нею раньше.

Так что же складывалось из всего этого?

Что касается вчерашнего вечера, Шерри знала, что именно Клифф пригласил Норн сходить в кино; Клифф организовал для четы Пибоди осмотр дома; Клифф отправил актера на встречу с менеджером. Не было ли во всем этом какого-то скрытого смысла? Не очистил ли он дом от людей с какой-то целью?

Однако не может быть, чтобы весь мир был настроен против нее. Но один такой человек существовал вне всяких сомнений. Эдвард Рейнард — ее явный враг. А вот еще Клифф Сторм, давнишний друг семьи, очень-очень интересующийся, очень-очень любопытный, очень-очень внимательный ко всему, связанному с ней.

Могло ли быть так, что Эдвард Рейнард использовал случайное присутствие Клиффа Сторма в пансионе? Как? Возможно, Клифф должен был присматривать за Шерри? Какой в этом смысл? Или он находился здесь, чтобы вредить ей?

Впрочем, это слишком ужасно, чтобы думать так о ком бы то ни было. Тем не менее вчера вечером Клифф Сторм устроил так, чтобы все люди ушли из дома. Что могло произойти в пустом доме? Возможно, подумала Шерри, слабоумная бедняжка Элси, появившаяся некстати, расстроила какой-то план. Имел ли он какое-то отношение к тому, что Шерри оставалась одна с Лотоном Арчером? О, конечно же, нет! Это должно было быть нечто другое. Возможно, именно Арчер вернулся слишком рано. Хотя… стоп! Кто находился тогда в доме (не считая Элси)? Шерри Рейнард и Клиффорд Сторм.

Ну же, что это взбрело ей в голову? Как она может сидеть в этом замечательном ресторане, есть за его счет и выдумывать что-то о заговорах и преследовании?

И все же перед глазами неотвязно маячила его бегущая фигура, источающая беззаботную силу. Она подумала: «Хорошо, возможно, действительно глупо думать, что тебя преследуют, когда на самом деле это не так. А если это все же правда?» У нее была возможность провести частичное расследование. Если Клифф действительно проходил лечение в этой больнице и на самом деле был серьезно болен, тогда его присутствие в пансионе могло объясняться случайной встречей в кафетерии и это ничего бы не доказывало. А если Клифф лгал?

Нет-нет! Как мог он лгать? Хотя если он все же лгал, все дело принимало дьявольски запутанный оборот. Тогда, подумала Шерри, ей придется заключить (и она сделает это!), что Клифф Сторм является агентом Эдварда Рейнарда и, следовательно, ее врагом.

Молодая женщина вздрогнула от этой мысли. Однако ведь Клифф не может испытывать личную неприязнь к Шерри Рейнард. «Он ведь не знает меня, — думала она. — Возможно, он просто не знает, в чем дело. Он же человек. Что, если я ему все расскажу?»

Отвечая на его вопрос, она сказала:

— Не знаю, напускное ли самовыражение у Рейса Роуда. Не уверена, что точно понимаю значение этого слова. Я очень мало знаю этих людей. Но мне хотелось бы, чтобы Вард никогда не связывался с ними. Вы знаете, — она внимательно оглядела его, — что Вард некоторое время баловался наркотиками?

— Я этого не знал, — сказал Клифф, отметив при этом, что нисколько не удивлен. Затем, собравшись с мыслями, спросил:

— А вы пробовали?

— Ой, что вы, — ответила Шерри. — Ни в коем случае.

— Почему? Я не имею в виду нагружаться сверх меры. Но просто попробовать?

— Мне совсем не интересно знать, что чувствуешь в таких случаях, — заявила Шерри. — Меня это совершенно не привлекает.

«Как и меня», — с каким-то удовлетворением подумал Клифф.

— Почему же это привлекает Варда? — полюбопытствовал он.

— Не знаю. Это привлекает большое количество людей. Они говорят, что хотят быть собой, освободиться, расширить свое сознание.

— Да, это так, — протянул Клифф, а Шерри, обернувшись к нему, неожиданно улыбнулась.

— Вы понимаете их? — спросила она. — Я не понимаю. Я просто не могу их понять. Как можно хотеть превращаться в тряпочную куклу?

— Что вы хотите сказать?..

— О, сейчас я выложу все, что думаю. Слушайте. Когда превращаешься в тряпочную куклу, каждый получает возможность швырять тебя с места на место, и ты остаешься распластанным там, где падаешь. Иначе не может быть. У тебя нет костей. Так вот, принимая наркотики, возможно, получаешь возможность видеть больше, слышать больше и так далее; но ты лишаешься костей, а я этого не хочу. Я никак не могу взять в толк, как наркотики могут делать человека свободным. Мне кажется, эта дорога ведет в никуда.

У Клиффа возникло странное ощущение. Он считал, что молодая женщина абсолютно права. Его чувства по отношению к наркотикам были в точности такими же. Подобные препараты никогда не привлекали его. Более того, он не очень-то любил и выпивку. Правда, он не отказывался от нее совсем и время от времени даже хватал через край. Но он не любил своей зависимости от чего-либо. Наркотики, особенно те, пристрастие к которым наступало быстро, по его мнению, являлись именно тем, чем их назвала Шерри: «дорогой, ведущей в никуда».

Но самое странное, у Клиффа появилось ощущение, что Шерри по духу была гораздо ближе ему, чем Варду. Вард был слабым. А она… Она, черт побери, оказалась крепкой. По-своему. Воспитанная протестантской этикой или чем там еще. И, разумеется, сам Клифф Сторм тоже считал себя человеком здравого рассудка.

— Я не могу с вами полностью не согласиться, — промолвил он.

— Разумеется, это только игра словами, — сказала Шерри, все больше удивляя его. — Они хотят чувствовать себя свободными. А я имела в виду, что я хочу быть свободной. В этом есть некоторое отличие.

— Вероятно, — пробормотал он.

— Понимаете, я готова поспорить, что действительно чувствуешь себя свободным, когда избавляешься от всех забот, от необходимости бороться, теряешь чувство времени, просто лежишь, распластавшись, там, где тебя бросили, куда ты отлетел от пинка, потому что чересчур поглощен проникновением в глубины своего сознания. О Господи, мне это противно.

— Что вы называете «быть свободным»? — спросил он.

— Выбирать, — быстро ответила она.

— Иметь свободный выбор, да? — Клифф улыбнулся.

— Вард говорит, что это только самообман, — сказала Шерри, — а я отвечаю, хорошо, значит, я выбираю этот самообман.

Она озорно улыбнулась.

— Я частенько ставила его в тупик. — Ее лицо стало печальным. — Ладно, полагаю, нам не следует так много болтать.

Клифф добавил в кофе сливок.

— Хорошо. Но послушайте, а если я сам выбираю для себя превращение в тряпочную куклу?

— Знаете, это нечестно, — отозвалась она. — Конечно, вы можете сделать выбор — один раз, дважды. Любой живой человек может сделать выбор превращения в мертвеца — один раз. Но это уже будет концом пути.