Страстная и непокорная - Рид Пола - Страница 32

Весь комод был усыпан множеством мелких вещей. Бутылочки, баночки, кувшинчики, ручное зеркало, гребенки и ленты, щетки занимали всю поверхность. Ни одна дверца шкафа не была полностью закрыта, из ящиков торчало кружево, высовывались кончики каких-то прозрачных тканей. Рядом стояли оба сундука Грейс с откинутыми крышками, оттуда выглядывали ворохи еще не разобранной одежды. Чашка из буфета перекочевала на стол и уже не вернулась обратно. Рядом с ней оказались небрежно брошенные пяльцы и корзиночка для работы. Одного взгляда на вышивку было достаточно, чтобы понять: беспорядок в вещах Грейс — вовсе не исключение.

Наконец Джайлз решился взглянуть на кровать. Черт подери! Она крепко и безмятежно спала. Хаос, окружавший ее, никак не помешал ей уснуть. Мысленно застонав, Джайлз принялся рыться в слоях женских вещей, заполнивших все пространство ящиков, и в конце концов отыскал свою единственную ночную рубаху. Ее когда-то подарил Джефф. Очевидно, Фейт сшила для своего мужа пару, но Джефф и вообразить не мог, когда сносит хотя бы одну, а потому передарил вторую другу. Джайлз аккуратно свернул свою одежду и тут же обнаружил, что ее некуда положить. Скрипнув зубами, он пристроил стопку на стул и забрался в постель, но тут получил награду, которая, возможно, стоила всех неприятностей. Когда он осторожно пододвинулся к Грейс, она вздохнула во сне и прижалась к нему. Что ж, это было начало.

Глава 10

На следующее утро Джайлз постарался смотреть лишь на яйца с беконом в своей тарелке и не замечать разгрома в прежде таком опрятном жилье, однако сердце его болезненно сжималось при виде яичной скорлупы, грязного кувшина, шкурок от ветчины, открытой жестянки с маслом, которые бесцеремонно заняли всю поверхность небольшого серванта.

— Завтрак был очень вкусным, — с усилием проговорил он, считая, что разумнее сначала похвалить жену и лишь потом поднимать вопрос о порядке в доме и организации хозяйства. К тому же еда была действительно очень хороша.

— Я проводила много времени в кухне с Мату и Кейей, нашей кухаркой, — объяснила Грейс. — Когда у нас будет кухня побольше, я смогу готовить более сложные блюда.

— Я и сам об этом мечтаю. Должен сказать, что угощение в Уэлборне всегда было отменным.

— До Кейи у нас была другая повариха. Ее прислали родители Иоланты, и она научила Кейю готовить. Семейство Рено — французы, им обязательно нужен хороший повар. Я уверена, даже несмотря на этот маленький очаг, ты не пожалеешь, что женился на мне.

Джайлз улыбнулся:

— Я был бы счастлив, даже если бы ты не умела кипятить воду. — Грейс отвела глаза, и он продолжал: — Сразу после полудня мы навестим Джеффа и Фейт, — Джайлз прочистил горло, — а пока ты можешь закончить то, что начала.

Грейс пожала плечами:

— Здесь почти нечего делать. Может быть, я лучше помогу тебе в конторе? Отец научил меня вести счета, так что я могу этим заняться.

Джайлз чуть не подавился ветчиной.

— Полагаешь, не стоит больше терять время, приводя здесь все в порядок? Как же ты найдешь что-нибудь в этой каше?

— Ну, я уже представляю, где что. А если не могу чего-то найти, то просто роюсь в своих сундуках. — И Грейс уже в который раз вспомнила Мату. Ах, если бы она была здесь! Она помогла бы с едой, наладила бы хозяйство. Только сейчас Грейс осознала, как все эти годы Мату нянчилась с ней.

— Грейс, боюсь, что настоящего дома у нас не будет еще долго.

— Ну, мы как-нибудь потерпим до тех пор. Обещаю, что, как только у меня будет отдельная комната, ты больше не увидишь моих тряпок.

— То есть?..

— Я спрячу все это безобразие. — И она беззаботно пожала плечами. — Я же понимаю, что получился небольшой беспорядок.

Небольшое безобразие? И до любовных объятий она тоже небольшая охотница. Джайлз прикрыл глаза и досчитал до десяти.

— Ты имеешь в виду комнату для шитья?

— Нет-нет, спальню.

— У тебя не будет отдельной спальни. Отдельный шкаф — да. Комод — тоже, трюмо, но не отдельная спальня. — Джайлз резко положил на стол нож.

— Но…

— Дорогая, я, конечно, терпеливый человек, но я не монах. Грейс покраснела до самых кончиков волос.

— Я не предполагала, что ты будешь там нежеланным гостем. Разумеется, ты в любой момент сможешь прийти.

— Я не собираюсь ходить в гости к своей жене.

— Но мои родители…

— …состоят в самом нелепом и неудачном браке, который я когда-либо видел.

— Но ведь все так живут!

— Не в моем доме.

— Джайлз, я довольно неаккуратна.

— Научишься.

Несколько секунд она пристально смотрела ему в глаза. Джайлз говорил спокойным голосом, и выражение лица у него было мягким, но Грейс ясно поняла, что в этом муж ей ни за что не уступит. Сузив глаза, она спросила:

— Тебе никогда не приходило в голову, что твое стремление к чистоте граничит с манией?

— Приходило.

— Приходило? И это тебя ничуть не беспокоит?

— Нет, это полезная мания.

Неужели этот мужчина всегда так непоколебимо уверен в себе? Грейс откинулась на спинку стула.

— А для меня не полезная!

— Я не могу так жить. — Джайлз наконец позволил себе обвести взглядом неубранную комнату.

— Я же предлагаю решение.

— Я тоже. И я позабочусь, чтобы у тебя было место для каждой вещи.

— Джайлз, ты не можешь мне просто приказать! Я же не член твоей команды.

— И это подтверждается тем фактом, что я обсуждаю с тобой эту тему в два раза дольше, чем с любым другим членом своей команды. Я тебе и раньше говорил, что не хочу нанимать слуг, но и мириться с этим… — он сделал широкий жест, обводя комнату, — тоже не собираюсь.

— Нужно найти какой-то компромисс. Я ведь тоже не могу жить, как ты. В твоем жилище нет ничего личного, индивидуального. Сюда можно войти и не понять, живет ли вообще кто-нибудь в этой комнате или нет.

— Грязная посуда — это признак индивидуальности?

— Всего одна чашка! — воскликнула Грейс. — Господи Боже мой!

— Мне некуда положить одежду, — продолжал Джайлз.

— Я кое-что выну из гардероба.

— И куда положишь?

— В сундук, там есть место.

— А почему же вчера все вещи прекрасно помещались в твоих сундуках, а сегодня, когда они наполовину пусты, у них не закрываются крышки?

— Это из-за моих платьев. Они сомнутся и испортятся, если их там оставить. Нужно, чтобы они отвиселись. Или хотя бы разложить юбки, а в шкаф они не помещаются.

Джайлз тяжело вздохнул. Прежде он никогда не задумывался об объеме женской одежды. И он признавал, что Грейс выглядела очень привлекательно в светло-зеленом платье, которое надела, пока он ходил за продуктами к завтраку.

— Тебе идет зеленое, — наконец произнес он и вернулся кеде.

Значит, она победила? Грейс испытывала легкое чувство вины. Джайлз, конечно, очень любит командовать, но, с другой стороны, она ведь вторглась в его жилище.

Уголки ее губ изогнулись в улыбке. Ему понравилось ее платье!

— Иоланта всегда говорила, что я ношу слишком много зеленого.

— Иоланта?

Грейс закусила губу, он поймал ее на слове.

— Ты никогда не называешь ее матерью? Интересно, эта женщина хоть раз заговорила с тобой, не оскорбив и не обидев?

— Ответ на оба вопроса — нет, — вынужденно признала Грейс. — В детстве я звала ее мамой, но потом… потом… — Что она могла объяснить?

Джайлз никак не мог понять холодных отношений между Грейс и ее матерью.

— Именно тогда между вами встала Мату? Это твоя служанка виновата, что вы так отдалились друг от друга?

Грейс кивнула, но не смогла поднять на него глаза. Она думала лишь о том, что всю жизнь ей придется лгать мужу.

— Думаю, она была права, когда говорила, что Мату меня избаловала. Я постараюсь все здесь убрать.

— Может быть, ты и не ошибаешься насчет мании. Я слишком уж забочусь о порядке. Сделай что сможешь. Как-нибудь перебьемся, а потом у нас появится комната попросторнее и больше мебели.