Страстная и непокорная - Рид Пола - Страница 26

— Мы совсем не голодны, — возразил Джефф и слегка подтолкнул жену к парадной двери. Глаза Фейт опасно блеснули, на щеках появился румянец.

Джайлз глубоко вздохнул и бросился в атаку:

— Миссис Уэлборн, буду говорить откровенно. Я вполне осознаю, что между вами и Грейс существуют некие противоречия, и это не мое дело.

— Полагаю, что так, — согласилась Иоланта.

— Тем не менее я думаю, что этот план выглядит злонамеренным и неприятным.

— И у тебя ничего не получится! — воскликнула Грейс.

— Не получится, — подтвердил Джайлз. — Ваш отец — деловой человек. Я заплачу в пять раз больше, чем стоит негритянка в расцвете сил, хотя мы оба знаем, что Мату сейчас старше, чем большинство рабынь, которые просто не доживают до такого возраста.

— Я не дам разрешения на продажу, — возразила Иоланта.

— Ах ты, мстительная маленькая… — вполголоса пробормотал Эдмунд.

Иоланта повернулась к нему лицом.

— Эдмунд, может быть, несправедливо держать Джайлза в неведении? В конце концов, он почти член семьи. Возможно, он должен знать, почему мы с Грейс так не ладим?

Мату вытащила свою руку из ладоней Грейс, покачала головой, вытянула обе руки вперед ладонями вниз: «Успокойся!»

— Я полагаю, что все очевидно, — вмешался Эдмунд. — Ты, дочь работорговца, позволила своей дочери слишком привязаться к чернокожей няне. Если бы ты, Иоланта, была более внимательной матерью, этого бы не случилось, Мату никогда не встала бы между вами. — Он в панике повернулся к Джайлзу. — Это старая история, и Мату в ней — камень преткновения.

Мату энергично закивала, показывая на себя, потом на Эдмунда и Иоланту.

— Ты не останешься! — закричала Грейс. — Не останешься здесь! — Она бросилась к Мату, но та сделала шаг в сторону и слегка оттолкнула девушку.

Грейс резко повернулась к мачехе и вдруг увидела в ее глазах знакомый блеск. Эйфорическая улыбка, вздымающаяся грудь — все говорило о наслаждении, которое получала Иоланта от чужой боли. Грейс все бы отдала, чтобы лишить мачеху этого наслаждения, но глаза ее против воли наполнились злыми слезами.

— Шлюха! Мерзкая злобная шлюха! Я не выйду за него замуж! Ну что, ты довольна?! Но, помоги мне Господи, ты за это заплатишь! Твоя жизнь превратится в ад!

— Грейс! — остановил ее Джайлз. — Не спешите. Мы справимся с этим, вот увидите. Мистер Уэлборн, я уверен, ваш тесть не станет возражать против нарушения условий, если цена будет подходящей?

— Он, возможно, и не станет, но я ни за что не соглашусь, — холодно возразила Иоланта. Муж и жена обменялись ненавидящими взглядами, и Эдмунд первым отвел глаза.

Плечи Мату опустились, лицо ее стало бесстрастным. Она жестом показала, что отправляется за чаем.

— Нет! — крикнула Грейс. От резкого звука ее голоса Иоланта вздрогнула.

Джайлз вдруг заметил, что на лице женщины появилось выражение почти сексуального наслаждения. Вся сцена еще раз убедила его, что плантация Уэлборна — гнусное место и что он абсолютно прав, забирая отсюда Грейс.

Грейс схватила Мату за руку.

— Я не оставлю тебя! Я не выйду за него замуж! Я останусь с тобой.

Мату высвободилась, потом сама схватила Грейс за руку с такой силой, что девушка вздрогнула. Несмотря на то что Мату была невысока ростом, она почти всю жизнь таскала ведра с водой и тяжелые подносы. Руки у нее были очень сильными. Она увлекла за собой Грейс к задней двери, потом во двор и резко развернула девушку лицом к себе. Полуденное солнце ярко осветило ее, Мату открыла рот, демонстрируя обрубок своего языка. Она толкнула Грейс к стене дома, ткнула пальцем себе в рот, затем показала на Грейс. Потом Мату развязала горловину своего простого рабочего платья, спустила его до талии и повернулась. Вся спина у нее была исполосована широкими следами перекрученных бледных рубцов. Обычная картина на коже африканских женщин, которая становилась страшнее с каждой новой пыткой. Прижав ткань платья к груди, Мату повернулась лицом к девушке, показала пальцем на себя, на Грейс и лишь тогда привела одежду в порядок.

Девушка поняла ее так ясно, как будто Мату произнесла эти слова вслух: «Это все для тебя. Я выстрадала все только ради твоего счастья!» Негритянка махнула рукой в сторону дома, показала на океан, жестом изобразила гребцов в лодке, потом схватила Грей за руку и указала на ее безымянный палец.

Грейс умоляюще смотрела на няню и отрицательно качала головой: «Я не могу».

Но она сможет, придется, потому что дальше произошло то, чего Грейс никак не ожидала. В темных глазах рабыни собрались две огромные слезинки и покатились по загрубевшей коже щек. Губы ее растянулись в мучительную, полную боли гримасу. Она постучала по груди Грейс, затем по своей и пожала плечами.

— Конечно, я тебя люблю. Люблю всем сердцем, — ответила Грейс.

«Лодка. Обручальное кольцо. Выходи за него замуж».

— Но…

Мату приложила пальцы к губам Грейс, и снова: лодка, кольцо.

— О Господи! — простонала Грейс.

Женщины обнялись и плакали до тех пор, пока силы их не оставили. Больше говорить было не о чем. Мату должна была подавать чай, а Грейс возвращаться в гостиную. Войдя в дом, Грейс обнаружила Джайлза в одиночестве.

— Ваши родители поднялись наверх, а я решил, что вам с Мату лучше побыть вдвоем, — сказал он. Лицо Джайлза посуровело, взгляд стал жестче, как в тот день, когда они вдвоем ухаживали за больной девочкой.

Грейс провела ладонью по лицу, скрывая последние следы слез.

— Благодарю вас.

— Я не позволю, чтобы это случилось, — успокоил девушку Джайлз. — Мы обязательно найдем выход. Если потребуется, мы ее просто украдем. Это нетрудно.

Грейс глубоко вздохнула.

— Надо все обдумать. Так как она никуда не едет. Мы вернемся за ней, когда решим, как надо действовать.

— Вернемся? Значит, вы решились… — Он побоялся закончить. Вдруг она ответит «нет»!

— Да, Джайлз. Я решила выйти за вас замуж три недели назад, ничего не изменилось.

Джайлз притянул девушку к себе, обнял ее за талию.

— Клянусь, Грейс, я не позволю вам страдать. Скоро ваша служанка вернется к вам.

На глаза Грейс навернулись слезы. Не шевелясь, она стояла в его объятиях, чувствуя, как в нее вливается часть его уверенности и силы.

— Мои страдания не имеют никакого значения. И она не служанка. Она просто Мату.

Джайлз кивнул:

— И Мату будет свободной. Клянусь, этот день придет!

Вот только как этого добиться, думал Джайлз, крепче прижимая к себе Грейс. Когда это он начал давать обещания, которые не знает как выполнить?

Свадьба была очень простой, а гости — немногочисленными. Несколько десятилетий назад, когда англичане отобрали остров у испанцев, на Ямайке появилась англиканская церковь. Однако плантации были разбросаны на большой территории, и одна маленькая церковь, размером не больше часовни, обслуживала несколько семейств и тех белых работников, которые желали придерживаться своей религии. Сразу после утренней службы несколько соседей остались, чтобы присутствовать на свадьбе дочери Уэлборна, со стороны Джайлза присутствовали лишь два свидетеля.

Стоя перед алтарем в своем самом красивом платье из желтого дамаста, Грейс обещала всю жизнь почитать стоящего рядом незнакомца и подчиняться ему. Все свои надежды она возлагала на ту способность к состраданию, которую она в нем заметила за недолгое время их знакомства. Джайлз в бархатном камзоле с кружевным жабо поклялся идти с ней рука об руку в болезни и здравии, пока смерть не разлучит их, а сам размышлял, насколько глубокими окажутся ее душевные раны и как долго их придется залечивать.

Слишком бурное начало, но множество пар сочетались браком, зная друг о друге еще меньше. Священник объявил их мужем и женой. Джайлз коснулся губ Грейс в ритуальном поцелуе, но так кратко, что она не успела ничего ощутить. Поцелуй был мимолетным, почти неощутимым, но контракт был заключен. Новобрачные жених и невеста чуть ли не демонстративно вытерли ладони о свои свадебные наряды.