Как понять собаку. Научись говорить на языке лучшего друга - Феннел Джен - Страница 25

Помню теплое солнечное утро, когда я впервые пришла к ним. Признаюсь, хозяева Кэти и Сьюзи сомневались в действенности моего метода. К счастью, я довольно быстро сумела доказать свою правоту с помощью самих животных. То, что собак две, а не одна, не имело особого значения. С первых же мгновений, оказавшись в их доме, я предъявила «верительные грамоты» лидера, продемонстрировав те простые, но действенные сигналы, которые использую всегда. Примерно через час после моего прихода собаки заслышали кого-то в соседнем садике и бросились на защиту своих владений. Я дала им выбежать, а потом, без крика, подошла к двери и позвала их к себе. Владельцы собак открыв рот наблюдали, как Кэти и Сьюзи развернулись и направились прямиком в дом, где я ждала их с угощением. Нечего и говорить, что после такой демонстрации владельцы серьезно отнеслись к предложенному им методу.

Преображение, разумеется, не было молниеносным, и ситуация не изменилась с того самого момента, как я окликнула собак. Переоценка взаимоотношений с собакой требует времени. И хозяева видят результаты не сразу, а спустя какое-то время, когда процесс выстраивания отношений успешно завершается и собака занимает свое место в иерархии. Это кропотливая работа, которая требует терпения и последовательности. В данном случае я попросила хозяев Кэти и Сьюзи заручиться поддержкой соседей. Когда они решили попробовать применить мои идеи, то обратились к соседям с просьбой полностью игнорировать выходки собак. Им повезло: среди соседей нашлось немало людей, которые отнеслись к просьбе с пониманием, — и вскоре их совместные усилия принесли плоды. Медленно, но верно собаки стали отвыкать от постоянных столкновений на границах. Прошло чуть больше недели, а Кэти и Сьюзи не обращали внимания на то, что происходит за забором. К концу того памятного лета собаки, их хозяева и соседи получили возможность выходить в свои садики и без помех наслаждаться прекрасной погодой.

Глава 11

Подвижные игры: собака прыгает на хозяина

Некоторые владельцы справляются с собаками, которые наскакивают на них, а кое-кому такое даже нравится (да, владельцам маленьких собачек!). Но чаще всего эта привычка становится серьезным испытанием: отпечатки грязных лап на одежде и рассыпанные по полу покупки — лишь две из многочисленных неприятностей, причиняемых наскоками. Самое же скверное во всем этом — полное непонимание между собакой и ее хозяином: ни один из них не может уловить то, что пытается сказать другой. Я, если хотите, выступаю в таких случаях в роли переводчика.

Так или иначе, я помню всех собак, с которыми мне приходилось иметь дело, но, пожалуй, одним из самых незабываемых был Симми, молодой метис уиппета и терьера. Его владельцы, супруги Алан и Кэти из города Сканторп (в Линкольншире) обратились ко мне, когда у них уже не оставалось сил бороться. Они рассказали, что Симми завел привычку наскакивать на любого, кто приходил к ним в дом. Об этой проблеме у собак мне было известно не понаслышке. И первая же моя встреча с Симми наглядно показала, насколько невыносимой может быть эта привычка.

Не успела я переступить порог дома, как Симми начал изо всех сил подпрыгивать на задних лапах, стараясь достичь уровня моих глаз. Конечно же мне приходилось сталкиваться с этим не раз и не два, но было нечто, что отличало Симми от прочих собак — его невероятные физические качества. С ростом не больше тридцати пяти сантиметров в холке, этот песик легко подпрыгивал с места на полтора метра, стараясь добраться до моего лица. Еще большее впечатление производила способность песика прыгать без устали и до бесконечности. (Он унаследовал типичные качества обеих родительских пород: гибкость и живость уиппетов и невероятное упрямство терьеров.) Симми напомнил мне Тигру из книжки о Винни-Пухе. Если помните, Тигра тоже отлично умел «напрыгивать». Владельцы рассказали, что именно так Симми ведет себя с любым визитером, причем прыжки продолжаются даже тогда, когда человек проходит в комнату и садится. Нечего и говорить, насколько это выматывает и раздражает. Я видела, что хозяева пса находятся на грани срыва, и понимала, что работа мне предстоит нелегкая.

Я уже объясняла, насколько важен в общении собак язык телодвижений и жестов. Вот и за этим неугомонным подпрыгиванием стоял сигнал, яснее которого и быть не могло. Чтобы разобраться, какой принцип побуждает действия этой собаки, обратимся к волкам и диким собакам в природе. Собаки пользуются физическими качествами, чтобы установить или подтвердить свое превосходство (впрочем, как и мы, люди). Если не верите, последите за боксерами, стоящими на ринге перед началом боя. Оба стараются добиться психического преимущества еще до того, как начнется схватка. Их позы и движения явно говорят сопернику: я сильнее и сейчас покажу тебе, кто здесь главный.

В случае с волками подобные сигналы означают намного больше, чем простое позирование. И начинается все в раннем возрасте. Подпрыгивание — поведение, типичное для волчат одного помета. Устраивая возню и потасовки, как делают все молодые животные, они стараются, чтобы верхняя половина их тела оказалась выше, чем головы, шеи и плечи их собратьев. Волчонок, которому удается занять такое положение, посылает остальным важное сообщение, он будет повторять его и впредь. Вы уже догадались, что этот сигнал имеет отношение к статусу и лидерству.

Альфа-пара подтверждает свое главенство среди взрослого населения стаи, пользуясь своим физическим превосходством. Всякий раз, вернувшись в стаю после охоты, они проделывают примерно одно и то же, возвышая себя перед остальными членами стаи. Вожак держит голову над уязвимой и важной зоной (голова и шея) другого волка, одновременно демонстрируя любовь к подчиненному и напоминая о своей власти и силе. Сигнал недвусмыслен: я умею покорять и, если потребуется, убью тебя; ты должен снова признать мое превосходство.

Чтобы справиться с проблемой Симми, нужно было найти убедительный ответ на том же языке силы. Обычно мой метод позволяет справиться с проблемой прыжков и наскоков довольно легко. Главное — стараться никак не реагировать на такое поведение. Поэтому, когда собака начинает скакать вокруг вас, просто отступите на шаг назад. Если места мало или собака перевозбуждена, спокойно отстраните собаку рукой. В обоих случаях очень важно, чтобы вы не смотрели собаке в глаза и не заговаривали с ней. Помните: вы не должны допустить, чтобы собака возомнила себя вожаком.

Я уже упоминала о том, что неистощимая энергия Симми изумила даже меня. И все же я не позволила сбить себя с толку и провела свой обычный открывающий гамбит. Войдя в дом, я усердно игнорировала Симми. Должна заметить, это потребовало от меня усилий. Время от времени псу удалось подпрыгнуть так высоко, что он заглядывал мне прямо в лицо. Алан — и я могу его понять — особенно переживал по этому поводу. В какой-то момент он попытался схватить Симми за ошейник, вознамерившись силой прижать собаку к полу. Но я настояла на том, чтобы он этого не делал. Главная цель, которой я всегда добивалась, состоит в том, чтобы собака научилась сдерживаться и контролировать свое поведение, чтобы она поступала так добровольно, а не потому, что ее принудил хозяин. Симми продолжал подскакивать передо мной, как мячик, а я спокойно разговаривала с хозяевами, описывала (время от времени увертываясь от собаки!) тот процесс, который предлагала пройти Алану и Кэти. В двух словах, я хотела, чтобы они больше не принимали участия в подвижных играх своего песика. Каждый раз, как Симми начинал прыгать, хозяева на это реагировали. Каждый раз, как он начинал самоутверждаться, они его в этом поддерживали. Так не могло продолжаться.

Мы перешли в гостиную, а я продолжала говорить с Аланом и Кэти. Пока мы шли, Симми пятился передо мной, продолжая при этом подскакивать. Представление было что надо — хоть номинируй на премию «Оскар». И я не мешала собаке — пусть прыгает. Прошло какое-то время, и поведение Симми изменилось. Умные собаки обычно тяжелее перестраиваются. Они постоянно «спрашивают»: в чем дело, почему? Почему я должен делать, как ты мне велишь? Почему я не могу продолжать вести себя так, как мне нравится? Симми явно относился к категории толковых и хитрых. Поэтому, обнаружив, что его демонстрация не вызвала никакой реакции, он быстренько перестроился и начал громко на меня лаять. И вновь его бедные хозяева выходили из себя и беспокоились. Но я продолжала игнорировать происходящее и не обращала на Симми внимания. Одновременно я успокаивала хозяев, уверяя их, что задуманное нами скоро сработает.