Кровь Олимпа (ЛП) - Риордан Рик - Страница 63

У Пайпер отвисла челюсть.

— Откуда вы знаете?

— Вегетарианская диета, — продолжил он. — Она не опасна, просто убедись, что получаешь достаточно железа и протеина. Хм... небольшая слабость в левом плече. Полагаю, тебя ударило чем-то тяжелым где-то с месяц назад?

— Мешком с песком в Риме, — подтвердила Пайпер. — Это потрясающе.

— Прикладывай лед и горячий компресс, если оно тебя беспокоит, — посоветовал Асклепий. — А ты... — он посмотрел на Лео. — О боже, — доктор помрачнел. Его дружелюбный прищур исчез. — Ох, понятно...

Выражение лица врача говорило: «Мне очень, очень жаль».

Сердце Лео словно наполнилось цементом. Если он лелеял хоть какие-то надежды пережить грядущее, то они с плеском затонули.

— Что такое? — новые очки Джейсона сверкнули. — Что не так с Лео?

— Эй, док, — Лео метнул в него взгляд «забудем об этом». Он надеялся, что в Древней Греции знали о таком понятии, как врачебная тайна. — Мы пришли за сывороткой жизни. Вы можете нам помочь? У меня тут немного пилосской мяты и замечательная желтая маргаритка, — он разложил ингредиенты на столе, осторожно избегая пасти змеи.

— Притормози-ка, — сказала Пайпер. — Так с Лео все в порядке или нет?

Асклепий прочистил горло.

— Я... неважно. Забудьте, что я вообще что-либо говорил. А теперь, по поводу сыворотки…

Пайпер нахмурилась.

— Но…

— Серьезно, ребята, — сказал Лео, — я в порядке, за исключением того, что завтра Гея уничтожит весь мир. Давайте сосредоточимся.

Кажется, такой ответ их не удовлетворил, но Асклепий развил тему.

— Значит, эта маргаритка была сорвана Аполлоном?

— Точняк, — подтвердил Лео. — Он шлет вам поцелуйчики и обнимашки.

Асклепий поднял цветок и принюхался к нему.

— Я надеюсь, отец спокойно переживет эту войну. Зевс иногда бывает… весьма неблагоразумным. Итак, единственный недостающий элемент — сердцебиение скованного бога.

— Оно у меня, — сказала Пайпер. — По крайней мере… я могу призвать макхаи.

— Превосходно. Подожди минутку, дорогая, — Асклепий посмотрел на своего питона. — Спайк, ты готов?

Лео подавил смешок.

— Вашу змею зовут Спайк?

Спайк одарил его злобным взглядом. Он зашипел, раскрывая вокруг шеи корону шипов, как у василиска.

Смешок Лео забрался обратно к нему в горло, чтобы там и затихнуть навеки.

— Виноват, — сказал он. — Разумеется, тебя зовут Спайк.

— Он немного сварливый, — сказал Асклепий. — Люди всегда путают мой посох с посохом Гермеса, на котором, очевидно, находятся две змеи. Спустя века они прозвали посох Гермеса символом медицины, хотя им, разумеется, должен был стать мой. Спайк обижен, что все внимание достается Джорджу и Марте. Так или иначе…

Асклепий положил маргаритку и яд перед Спайком.

— Пилосская мята — несомненная смерть. Добыть Проклятие Делоса — значит поймать в ловушку то, что поймать нельзя. И наконец, последний ингредиент: сердцебиение скованного бога — хаос, насилие и страх смерти, — он повернулся к Пайпер. — Ты можешь освободить макхаи, моя дорогая.

Пайпер закрыла глаза.

В комнате завихрился ветер. Завыли злобные голоса. Лео почувствовал странное желание долбануть Спайка молотком. Ему захотелось придушить добренького доктора голыми руками.

Тут Спайк распахнул пасть и проглотил макхаи. Его шея раздулась, пока духи битвы продвигались по его глотке. На десерт он закусил маргариткой и пузырьком пилосской мяты.

— Разве яд не причинит ему вреда? — спросил Джейсон.

— Нет-нет, — ответил Асклепий. — Подождите, сейчас сами увидите.

Моментом позже Спайк отрыгнул новый сосуд — закупоренную пробкой стеклянную колбочку размером с человеческий палец. Внутри светилась темно-красная жидкость.

— Сыворотка жизни, — Асклепий подобрал склянку и посмотрел на нее на свету. Выражение его лица стало серьезным, а затем озадаченным. — Погодите-ка… почему я согласился на это?

Пайпер положила руку на стол ладонью вверх.

— Потому что мы нуждаемся в ней… чтобы спасти мир. Это очень важно. И вы единственный, кто может нам помочь.

Заговоры Пайпер были настолько сильными, что даже Спайк расслабился. Он свернулся кольцами вокруг посоха и задремал. Выражение лица Асклепия смягчилось, словно он не запреты нарушал, а в баньке парился.

— Разумеется, — сказал бог. — Я уже и забыл. Но вы должны быть осторожны. Аид терпеть не может, когда я воскрешаю людей из мертвых. В последний раз, когда я даровал кому-то это зелье, владыка подземного мира пожаловался Зевсу, и меня убило молнией. БУМ!

Лео поморщился.

— А вы неплохо сохранились для мертвеца.

— Ох, я оправился. Это была часть компромисса. Видите ли, когда Зевс убил меня, мой отец очень расстроился. Он не мог выместить свою злобу непосредственно на Зевсе; царь богов слишком могущественен. Поэтому вместо этого Аполлон отомстил изобретателям молний… убил нескольких Старших циклопов, за что и был наказан… довольно жестоко, кстати. Наконец, чтобы помириться, владыка неба согласился сделать меня богом медицины при том условии, что я не буду никого возвращать к жизни, — глаза Асклепия наполнились неуверенностью. — Тем не менее, вот я… даю вам сыворотку.

— Потому что вы понимаете, насколько это важно, — сказала Пайпер. — И не против сделать исключение.

— Да… — Асклепий с неохотой передал склянку Пайпер. — В любом случае, зелье должно быть принято как можно скорее после смерти. Оно может быть введено посредством укола или влито в рот. Содержимого хватит лишь на одного. Вы меня поняли? — он посмотрел прямо на Лео.

— Мы все поняли, — пообещала Пайпер. — Вы уверены, что не хотите отправиться с нами, Асклепий? Ваша стражница не в рабочем состоянии. Вы бы очень помогли нам на борту Арго II.

Асклепий мечтательно улыбнулся.

— Арго… а ведь знаете, я плавал на первом Арго, когда был полубогом. Ах, было бы приятно вновь стать беззаботным искателем приключений!

— Беззаботным… — пробормотал Джейсон. — Ну да… как же.

— Но, увы, я не могу. Зевс и так будет зол на меня за то, что я вам помог. К тому же, стражница скоро себя перепрограммирует. Вам следует уходить, — Асклепий встал. — С моими наилучшими пожеланиями, полубоги. И если снова увидите моего отца, прошу… передайте ему мои соболезнования.

Лео понятия не имел, о чем шла речь, но и спросить не успел: они покинули кабинет.

Когда ребята проходили через приемную, статуя Гигиеи сидела на скамье, поливала лицо кислотой и пела «Twinkle, Twinkle, Little Star», пока ее золотистая змея разлагалась у нее под ногами. Этой умиротворенной картине почти удалось поднять Лео настроение.

Вернувшись на Арго II, они собрались в кают-компании и ввели в курс дела остаток экипажа.

— Не нравится мне все это, — сказал Джейсон. — То, как Асклепий смотрел на Лео…

— Ах, он просто почувствовал мою тоску, — Лео попытался выдавить улыбку. — Ну, ты знаешь… я просто умираю как хочу увидеть Калипсо.

— Это так мило, — сказала Пайпер. — Но, сдается мне, дело не в этом.

Перси нахмурился, глядя на светящийся красный сосуд, стоявший по центру стола.

— Любой из нас может умереть, верно? Нужно хранить зелье под рукой.

— Предполагая, что умрет только один из нас, — отметил Джейсон. — Тут доза на одного.

Хейзел и Фрэнк уставились на Лео. Тот посмотрел на них, словно говоря: «Прекратите». Остальным не требовалось видеть полную картину происходящего. «В огне и буре мир гибнет снова» — Джейсон или Лео. Ника предупредила их в Олимпии, что один из четырех полубогов умрет: Перси, Хейзел, Фрэнк или Лео. Только одно имя упоминалось несколько раз: Лео. И если план Лео выигрышный, то и речи не может быть о том, чтобы кто-либо из них находился рядом, когда он приведет его в действие.

Его друзья никогда не согласятся с этим решением. Они будут спорить. Они попытаются спасти его. Они будут настаивать на поиске другого пути.