Кровь Олимпа (ЛП) - Риордан Рик - Страница 59

59

Лео окончательно пал духом. Не было у них времени на поиски еще одного бога, который, скорее всего, потребует себе памятную футболку… или еще один Вальдесинатор.

— Какая жалость, Аполлон. А я так надеялся, что мы сможем договориться, — Лео повернул рычажки на Вальдесинаторе, добиваясь еще более грустного звучания.

— Прекрати! — взвыл Аполлон. — Это слишком прекрасно! Я дам тебе координаты Асклепия. Он тут совсем рядом!

— А откуда мне знать, что он нам поможет? Осталось всего лишь два дня до пробуждения Геи.

— Он поможет! — пообещал Аполлон. — Мой сын весьма отзывчив. Просто попросите его от моего имени. Вы найдете его в старом храме в Эпидаурусе.

— И в чем подвох?

— Ах... ну, ни в чем. Вот только его, разумеется, охраняют.

— Кто конкретно?

— Я не знаю! — Аполлон беспомощно развел руками. — Мне известно лишь то, что Зевс держит Асклепия под охраной, чтобы тот не бегал по миру и не воскрешал людей где попало. Когда Асклепий впервые воскресил мертвеца... ну, это наделало той еще шумихи. Долгая история. Но я уверен, что ты сможешь убедить его помочь вам.

— Да уж, какая-то странная сделка, — сказал Лео. — А что там с последним ингредиентом — проклятием Делоса. Что это вообще такое?

Аполлон с жадностью оглядел Вальдесинатор. Лео беспокоился, что бог попросту отнимет его, и как тогда он сможет ему противостоять? Опалить бога солнца огнем вряд ли получится.

— Последний ингредиент могу дать тебе я, — сказал Аполлон. — Тогда у вас будет все, чтобы Асклепий смог сварить снадобье.

Лео сыграл другой куплет.

— Даже не знаю. Обменять этот прекрасный Вальдесинатор на какое-то там проклятие Делоса...

— На самом деле это никакое не проклятие! Гляди... — Аполлон помчался к ближайшей луговой клумбе и сорвал желтый цветок из трещины между камнями. — Вот оно… проклятие Делоса.

 Лео уставился на цветок.

— Проклятая маргаритка?

Аполлон раздраженно вздохнул.

— Это просто псевдоним такой. Когда наша с Артемидой мать, Лето, забеременела нами, Гера была вне себя от ярости от очередной измены Зевса. Она обошла каждый континент на земле и заставила духов природы поклясться не оказывать нашей матери помощь, таким образом… она нигде не могла родить.

— Это так похоже на Геру.

— Поверь мне, я знаю. Так вот, Гера взяла обещание со всех земель, уходящих корнями вглубь Земли, но не с Делоса, потому что Делос был плавающим островом. Здешние духи природы приютили Лето. Она родила меня и сестру, и остров был так счастлив стать нашим священным местом, что весь покрылся маленькими желтыми цветами. Эти цветы стали благословением, потому что мы с Артемидой потрясающие… Но также они символизируют и проклятие… потому что сразу после нашего рождения Делос отрастил корни, прикрепился ко дну и больше не мог дрейфовать по морю. Вот почему желтые маргаритки зовутся проклятием Делоса.

— Значит, я мог просто сорвать маргаритку и уйти восвояси.

— Нет-нет! Не для той сыворотки, что нужна вам. Цветок должен быть сорван мной или моей сестрой. Так, что скажешь, полубог? Координаты Асклепия и последний магический ингредиент в обмен на этот новый музыкальный инструмент — идет?

Лео жутко не хотелось отдавать шикарный Вальдесинатор в обмен на какой-то сорняк, но выбора у него не было.

— А ты неплохо торгуешься, музыкант.

Они обменялись предметами.

— Превосходно! — Аполлон повернул рычажки Вадесинатора, и тот издал звук, напоминающий двигатель машины холодным утром. — Хм... возможно, мне не помешает немного практики, но я освоюсь! А теперь, иди поищи своих друзей. Чем быстрее вы уйдете, тем лучше!

Хейзел с Фрэнком ждали его у делосских доков. Артемиды нигде не было видно.

Когда Лео повернулся попрощаться с Аполлоном, бог тоже уже исчез.

— Надо же, — пробормотал Лео, — а ему действительно жуть как хочется поиграть на Вальдесинаторе.

— На чем? — спросила Хейзел.

Лео поведал им о своем новом хобби — об изобретении гениальных музыкальных воронок.

Фрэнк почесал затылок.

— И в обмен на это ты получил маргаритку?

— Это последний ингредиент для сыворотки жизни, Чжан. Это супер-маргаритка! А что насчет вас, ребята? Узнали что-нибудь от Артемиды?

— К несчастью, да, — Хейзел посмотрела на горизонт в сторону моря, где на якоре болтался Арго II. — Артемида хорошо разбирается в метательном оружии. Она сказала, что Октавиан заказал кое-какие... сюрпризы для Лагеря Полукровок. Он потратил большую часть денег легиона на покупку построенных циклопами онагров

[140]

.

— Ох, нет, только не онагры! — воскликнул Лео. — Кстати, что это такое?

Фрэнк нахмурился.

— Ты конструируешь механизмы. Как ты можешь не знать об онагре? Это же самая большая, самая крутая катапульта, которой когда-либо пользовалась римская армия.

— Ладно, — сказал Лео. — Но онагр — дурацкое название. Лучше бы придумали что-то вроде «Вальдесапульта».

Хейзел закатила глаза.

— Лео, мы серьезно. Если Артемида права, шестеро из этих механизмов будут колесить по Лонг-Айленду завтра ночью. Вот, что задумал Октавиан. На рассвете первого августа у него будет достаточно огневой мощи для того, чтобы разрушить Лагерь Полукровок без единой потери со стороны римлян. Он думает, что это сделает его героем.

Фрэнк пробормотал латинское ругательство.

— К тому же, он вызвал столько чудовищных «союзников», что легион оказался полностью окружен дикими кентаврами, кинокефалами

[141]

и кто их знает кем еще. Как только легион разрушит Лагерь Полукровок, монстры нападут на Октавиана и уничтожат римлян.

— А потом проснется Гея, — сказал Лео. — И неприятностей нам не миновать.

С каждой новой информацией паззлы в его голове соединялись в единую картинку.

— Ладно... это лишь придало важности моему плану. Когда мы заполучим сыворотку жизни, мне понадобится ваша помощь.

Фрэнк нервно глянул на проклятую желтую маргаритку.

— Что еще за помощь?

Лео поведал им свой план. Сказанное им повергло ребят в шок, правда сумасшедшим его никто не назвал. На щеке Хейзел поблескивала слеза.

— Это правильное решение, — сказал Лео. — Ника подтвердила. Аполлон подтвердил. Остальные с этим никогда не смирятся, но вы, ребята... вы римляне. Поэтому я и хотел, чтобы вы отправились со мной на Делос. Вы понимаете всю эту концепцию жертвы — исполняете долг, прыгаете на мечи.

Фрэнк шмыгнул носом.

— Думаю, ты имел в виду «падаем на мечи».

— Да какая разница, — сказал Лео. — Вы понимаете, что я прав.

— Лео... — Фрэнк не смог договорить.

Лео хотелось заскулить, словно Вальдесинатор, но он сохранял спокойствие.

— Эй, здоровяк, я на тебя рассчитываю. Помнишь, ты поведал мне о той беседе с Марсом? Твой отец сказал, что тебе придется взять лидерство в свои руки, верно? Ты должен будешь принять решение, которое больше принять никто не в силах.

— Или война пойдет наперекосяк, — вспомнил Фрэнк. — И все же...

— И Хейзел, — прервал его Лео. — Сумасшедшая туманная волшебница Хейзел, ты должна будешь прикрыть меня. Только тебе это под силу. Мой прапрадедушка Сэмми видел, какая ты особенная. Думаю, в детстве он благословил меня, потому что так или иначе знал — ты вернешься и поможешь мне. Вся наша жизнь, амиго, вела к этому.

— Ох, Лео... — тут Хейзел действительно расплакалась. Она заключила его в объятия, что было мило, пока Фрэнк тоже не заплакал и не обнял их обоих.

Вот тут стало немного неловко.

— Хорошо, значит... — Лео осторожно выпутался из объятий. — Мы договорились?

— Ненавижу этот план, — сказал Фрэнк.

— Всей душой ненавижу, — согласилась Хейзел.

— А теперь подумайте, каково мне, — ответил Лео. — Но вы знаете, что это наш единственный шанс, — никто не спорил. Хотя, подсознательно Лео хотелось услышать хоть какие-нибудь возражения. — Давайте вернемся на корабль, — предложил он. — Нам нужно отыскать бога врачевания.