Князь Вольдемар Старинов. Дилогия - Садов Сергей Александрович - Страница 191

— Конечно. Прошу прощения, милорд. Я вам ещё нужен?

— Нет. До завтрашнего утра можете быть свободны, у меня сейчас разговор с членами магистрата города, который вам будет совершенно не интересен.

Утром разговор пришлось ненадолго отложить, поскольку прибыл гонец от короля. Герцог торопливо вскрыл его и быстро пробежал текст, смял лист и швырнул его на стол.

— Проклятье!!! Ведь говорил ему не лезь поспешно!

— Что-то случилось? — встревожился Конрон.

— Случилось. Ещё как случилось. Его Величество счёл отход короля Эриха от границы захваченной провинции хорошим шансом и решил захватить Орут — приграничный городок. Мы могли обороняться с теми силами, что у нас были, опираясь на крепости, но наступать… Оказалось, что отступление Эриха ловушка и один из его отрядов ударил во фланг наступающей армии, а сам Эрих вернулся по другой дороге.

Конрон нахмурился.

— Большое поражение.

— Не знаю, тут написано, что подробности можно узнать у гонца, как у участника того сражения. — Герцог отложил письмо и повернулся к гонцу.

Расспросы, впрочем, показали, что всё не так страшно, как думалось. Сражение хоть и было проиграно, но вовсе не с разгромом и войскам удалось отступить сохраняя порядок, а отсутствие у родезцев кавалерии не дало им возможности закрепить успех.

— Слава всем богам, что Эриху до сих пор не удалось восстановить свою кавалерию после зимы, а самые боеспособные части отправились с бароном Розернтерном под Тортон. Ещё один плюс вашему князю. Я вот чем больше размышляю над его письмом, тем больше склоняюсь, что он полностью прав в своих предположениях. Если бы родезцы захватили Тортон и сохранили бы свой транспортный флот… большая часть которого сейчас, опять-таки, благодаря князю, либо лежит на дне, либо уведена пиратами, либо сгорела, либо разбежались во все стороны и их капитанов вряд ли в ближайшее время удастся подрядить на новый контракт с Эрихом.

— Но разве вы здесь не потому, что поверили?

— Я поверил, но я всё же думал, что он преувеличивает, а сейчас полагаю, что он даже преуменьшил угрозу. И скорее всего в письме преуменьшил сознательно — знал, что не поверит ему никто и не отнесутся к его предположениям серьёзно. Этот князь знает, как добиться от людей того, что ему хочется. Сумел подобрать в письме именно те слова, которые и заставили меня сорваться с места спешно собирая солдат где только можно. Мне всё больше и больше хочется с ним поговорить. Весьма-весьма хочется.

Герцог задумался и подошёл к окну. Потом вдруг повернулся и громко хлопнул в ладоши. Вошедший мужчина лет двадцати пяти-тридцати вежливо поклонился.

— Сур, после этой встречи у меня будет для тебя важная задача — тебе придётся уехать ненадолго. Собирайся, когда закончишь сборы приходи, я расскажу, что надо сделать.

Мужчина снова поклонился и вышел. Герцог снова повернулся к Конрону.

— Ясно, что Эрих не рассчитал сил в своей кампании против нас, но нам от этого не легче. Тем более что собственно наших заслуг в его тяжёлом положении нет никаких. Первое, что спутало планы Эриха — необычайно снежная зима, а второе… появление некоего князя в Тортоне. Или вы тоже будете говорить, что его роль была не очень велика, поскольку всё, что он делал — болтал на советах всякую чушь и требовал от командиров быть трусами на поле боя?

— Свою точку зрения я вам уже высказал, ваша светлость.

— Ну-ну, не надо обиду изображать. Просто… Плохо всё. Нам хотя бы полгода передышки, но Эрих нам её вряд ли даст. Нам постоянно приходится парировать его удары, мы всегда в роли обороняющихся. Даже вот эта победа под Тортоном не переломила ситуацию, как мне казалось — Эрих тут же нанёс новый удар и теперь Эрих вторгся в нашу вторую провинцию и осадил Пиртинер. Если этот город падёт, то следующей весной он может из него развить наступление сразу в несколько направлений и попробуй угадай, где удар будет главным. Эх, Артон, ну говорили же мы с тобой, что ещё не готовы к наступательным операциям… А тут ещё этот мятеж…

— За ним стоит Эрих?

— За ним стоит наша глупость, а потом уже Эрих. Сейчас, после поражения у Тортона, я боюсь, что Эрих согласится на предложение герцога Торендского. Если король Родезии поддержит герцога в борьбе за трон Локхера… Самостоятельно герцог ни за что не рискнул бы, но при поддержке Эриха может попробовать.

— Его права на трон не так уж бесспорны.

— Но они есть. Говорю же, что самостоятельно он не рискнёт, а вот при поддержке извне… в обмен на три провинции, которые требует Эрих. А у нас совсем нет сил на войну на два фронта. Разве что… — Герцог быстро прошёл по кабинету, сел за стол и крепко о чём-то задумался. Вдруг поднял голову и посмотрел словно сквозь Конрона. — Вы свободны. Если у меня ещё будут вопросы, я вас разыщу.

Конрон коротко поклонился и вышел, оставив герцога Алазорского о чём-то глубоко задумавшимся.

Едва оставшись один герцог развил бурную деятельность: вытряхнув из ящика комода несколько чистых листов, он разложил перо, чернила и принялся быстро писать. Едва закончив одно письмо, он откладывал его в сторону и тут же принимался за другое. Потом старательно расплавил сургуч над пламенем свечи и тут же запечатал все письма. Вызвал помощника и отдал ему все письма.

— Это королю, — распоряжался он, — это председателю королевского совета, это герцогу Раваньора. Письма должны попасть адресатам как можно быстрее.

— Да, ваша светлость, — поклонился секретарь.

— Тогда почему вы ещё тут?

Секретарь выскочил из кабинета как ошпаренный, едва не столкнувшись с Суром, который как раз заходил. Секретарь едва взглянул на него и предостерегающе покачал головой, изобразив начальника в гневе.

— А, Сур! Что так долго?! Проходи быстрее.

Секретарь осторожно прикрыл дверь за собой.

— Ваша светлость, я готов к отъезду.

— Очень хорошо. — Герцог вскочил с места и быстрым шагом прошёлся по кабинету. — Ваша задача очень ответственна и очень деликатна. Вы отправитесь гонцом к отряду Дорейна, который сейчас преследует родезцев вот с этим письмом. — Герцог перебросило ему запечатанный свиток. Сур недоумённо покосился на него — с этой задачей мог справиться и обычный посыльный. А раз так, то получается, что это не вся задача.

— Только доставить письмо Дорейну?

— Нет. Это всего лишь повод. На самом деле ваша задача будет в другом. Когда доставите письмо, вы останетесь при армии, я в письме об этом написал. После этого вы должны будете сблизиться с князем Вольдемаром Стариновым и уговорить его согласиться встретиться со мной… в любом удобном для него месте. Для него, Сур.

— То есть действовать прямо я не могу? — тихонько пробормотал Сур.

— Я тебе буду действовать прямо! Знаю я твои прямые методы! Только его добровольное согласие. Познакомишься, узнаешь его поближе, поговоришь и убедишь согласиться на встречу.

— Хм… — Сур задумался. — Ваша светлость, а какая может быть причина у князя отказаться от встречи с вами? Вы понимаете, что я должен знать об этом, если вы хотите, чтобы я исполнил ваше желание наилучшим образом.

— Весьма логично. Весьма. Он может не захотеть со мной встретиться как с представителем его величества. Князь уже имел встречу с нашим всемилостивым королём и изволил немного покритиковать его действия в текущей войне. Поскольку князь в данный момент времени не знает как его величество оценивает его откровенность, то предпочитает держаться подальше как от короля, так и от меня, как представителя короля.

Сур секунд двадцать осмысливал заковыристую фразу герцога. Герцог в минуты, как задумывался над какой-то серьёзной задачей порой заворачивал такие фразы, что приходилось только догадываться, что он хотел сказать. И не переспросишь — завернёт ещё более заковыристую фразу.

— Я понял проблему, ваша светлость. Что я могу ему обещать?

— Да всё, что угодно в пределах выполнимости. Ещё вопросы?

— Нет, ваша светлость. Я могу ехать?

— Да. Немедленно.