Князь Вольдемар Старинов. Дилогия - Садов Сергей Александрович - Страница 117

Володя стоял у окна и изучал звёздное небо… совсем не такое, как на Земле, когда тихонько скрипнула дверь, и в комнату осторожно заглянул Филипп.

— Милорд, пришёл Джером.

— Хорошо. Спасибо, Филипп. Позови его.

Филипп неуверенно потоптался у двери.

— Милорд, может быть, вы хотите отдохнуть? Вы прошлую ночь почти не спали.

Володя хмыкнул.

— Знаешь, — доверительно заметил он, — я ведь совершенно не хотел влезать во всё это. Хотел просто уехать. Но вот в чём дело… наблюдать за событиями отстранённо можно до тех пор, пока у тебя не появятся здесь привязанности и знакомые, а это неизбежно. Потом уже поневоле влезаешь во все дела. Я только сейчас понял, что моя попытка убежать от всего этого была наивной мечтой мальчишки. Если уж якоря зацепились за грунт, то плыть куда-либо невозможно… Зови Джерома, работы ещё много. Мне вон сколько разных документов подсунули, и до завтра всё надо прочитать.

Мальчик снова отвернулся к окну. Вроде другое небо, и в тоже время такое же… Может рисунок созвездий отличается… немного, но… какое это имеет значение? С тех пор, как у него в этом мире появились друзья, он стал для него родным. Может это и к лучшему…

Глава 26

Следующим утром на совещании Володя зачитал список чего и сколько ему нужно. Конрон долго чесал голову.

— Грузчики — люди сильные. Признаться, они бы пригодились на строительных работах. И потом, когда ты собираешься строить свою ловушку? Времени у нас всё меньше и меньше.

— Так для того мне грузчики и нужны.

— И мешки?

— И мешки.

Конрон зачесал затылок активнее.

— Признаться, не совсем понимаю, какое отношение мешки имеют к твоему плану. Я полагал, тебе понадобятся плотники и землекопы для строительства частокола.

— В городе полно шпионов Эриха. Как только мы начнём какие-либо строительные работы внутри города, это сразу станет известно барону и заставит его задуматься. И уж точно он не полезет сломя голову, если будет знать, что именно мы делаем.

— А если мы не построим укрепления, какая нам польза от твоего плана? — вмешался в разговор Лиром.

— Укрепления будут. Но их надо построить быстро, чтобы враги ничего не успели понять.

— Каким образом, скажи на милость, ты собираешься строить укрепления быстро? — поинтересовался Конрон. — Мешками?

— А чем вас мешки не устраивают? Кстати, не только. Я лучше завтра вам покажу в обед. Полагаю, мы как раз сумеем организовать модель, если Раймонд и Вайнер не подведут.

— Ну хорошо, — вздохнул Конрон. — Забирай грузчиков.

— И бригаду плотников.

— А это тебе ещё зачем?

— Хочу баллисту соорудить.

Конрон только рукой махнул.

— Бери. От бригады плотников мы не обеднеем. Теперь давай посмотрим, Лиром, наши с тобой дела…

Разделом оставшихся ресурсов занялись Лиром и Конрон. Для себя Володя не ожидал никаких проблем, поскольку не так уж и много он затребовал, а вот председатель магистрата и тир устроили настоящую баталию за каждого человека. При этом Конрон, похоже, порой забывал, что он командующий и последнее слово за ним, а Лиром бил логикой и аргументами, которым нечего было противопоставить простодушному рыцарю. Иногда вмешивался и Володя, приходя на помощь Конрону, за что удостаивался не очень доброжелательного взгляда со стороны управляющего.

— А как я буду продукты на склады возить?! — возмущённо кричал он. — Телеги дай для перевозки этих идиотских мешков с песком, грузчиков тоже туда, ополчение должно тренироваться, а продовольствие само на склад пойдёт?!

Приходилось снова садиться и думать. Ближе к обеду более-менее утрясли с людскими ресурсами и уточнили фронт работ каждого, после чего разбрелись по своим делам. Володя сразу помчался к Арвиду, которого застал в обществе своих коллег, где он растолковывал суть новой организации медицинской службы. Коллеги, находясь едва ли не в шоковом состоянии от сыпавшихся совершенно непонятных требований, бурно возмущались. Володя тихонько попросил Джерома, который со вчерашнего вечера тенью следовал за ним, отыскать десятерых солдат и привести сюда. Когда те явились, мальчик коротко объяснил офицеру, чего он хочет. Тот хмыкнул и кивнул двум самым сильным латникам, те пинками вышибли дверь в зал, куда тут же, чеканя шаг и грохоча доспехами, вошли остальные и построились вдоль стены, хмуро поглядывая на разом притихших врачей. Арвид удивлённо глянул на медленно прошедшего в центр Володю и слегка попятился, уступая место.

— Очевидно кто-то, — заговорил Володя тихо, даже не трудясь повысить голос, чтобы его услышали все — знал, перескажут и ещё подробностей добавят от себя, — считает, что военное положение в городе его не касается, и потому берёт на себя смелость обсуждать решения, принятые советом. Я слышал, кто-то даже грозился бросить всё и уйти, поскольку его не устраивает то, что говорит уважаемый Арвид. Якобы так никогда не делалось. Так вот, уйти такие могут только на площадь под конвоем, где будут повешены как дезертиры. Да-да, дезертиры. Сейчас война и враг подходит к городу, у нас на счету каждый солдат, каждый защитник. И как назвать того, кто отказывается помогать защитникам? Поэтому приказы уважаемого Арвида должны быть выполнены беспрекословно и с максимальной скоростью, понимаете вы их или нет. Те, кто будет противиться этому, будут повешены как шпионы короля Эриха. Офицер, оставите здесь двух солдат под начало уважаемого Арвида. Вопросы есть?

В полнейшей тишине Володя покинул зал. Арвид догнал его у самого выхода.

— Ну нельзя же так! — возмущённо замахал он руками. — Это же не какие-то там ваши солдаты! Учёные люди!

Володя резко развернулся.

— Арвид, вы знаете, когда враг будет здесь? Через десять дней. Ваши врачи могут быть сколь угодно учёными людьми, но за это время их мышление, их методы лечения, к которым они привыкли, не изменить. Даже вы принимаете их только потому, что видели реальный результат, и то ещё сомневаетесь. Поэтому вы либо тратите эти десять дней на попытки что-то объяснить, на изобретение вранья на тему, откуда вам вдруг снизошло такое откровение по новым методикам лечения, либо берёте в руки кнут и заставляете всех пахать. Не будь врагов, я бы полностью доверился вам, но сейчас каждый потерянный час — это чьи-то жизни потом. Поэтому, Арвид, не обессудьте, но я любого из вашей братии повешу без колебаний, если это заставит остальных шевелиться быстрее. Да, а если к началу осады госпитали будут не подготовлены и службы не отлажены, я повешу и вас…

Володя твёрдо выдержал взгляд, давая понять, что совершенно не шутит.

— Вы не посмеете…

— Хотите проверить? Арвид, работающие госпитали — это спасённые жизни людей. Их отсутствие — смерти тех, кого можно спасти. Я вас казню не из какой-то вредности или природной жестокости, потому что мне нравится смотреть, как умирают люди, а просто потому, что вы могли спасти тех людей, но не сделали это по причине вашей некомпетентности, или нерешительности, или стремления поболтать с коллегами на отвлечённые темы о науке. Когда осада закончится, вы можете со своими коллегами вдоволь натрепаться на тему эффективности новых методов, но сейчас ваших умствований я не потерплю. Мне дела нужны, а не теоретические рассуждения.

Оставив ошарашенного врача, мальчик отправился проверять как дела у Вайнера. Тот поступил проще — собрал всех, кто не может участвовать в строительных работах, но может держать топор: хромых, одноногих, кривых. Добавил к ним найденных где-то лесорубов, раздал всем мерки и приказал делать колья. Заготовки для них привозили из рощи за городом, куда он тоже отправил людей с телегой и пилами. Подростки обжигали полученные колья на костре, а потом точили их о камни. Володя взял один из готовых кольев, постучал им по земле, попытался сломать и одобрительно кивнул. Потом замерил два из них. Всё-таки, несмотря на общую мерку, они по размеру отличались, хотя и не намного. Ну, тут особая точность не нужна.