Ферма - Резаев Дмитрий - Страница 115

Людвиг Оби, не мигая, смотрел на Трэша:

– Нам нужно многое обсудить, пока ситуация не вышла из-под контроля.

– Из-под чьего контроля?! Ле Горш, дайте пистолет. Вы что, оглохли? – Трэш повернулся к Ле Горшу так резко, что его каблуки оставили на деревянном полу два желтых вдавленных полукруга.

– Без суда и следствия расстреливают только мародеров, сэр.

– А он кто? Эта сволочь хотела украсть у меня жизнь.

– Жизнь клона, Трэш, ничего не стоит. Всегда можно сделать копию.

Трэш выронил сигару. Такого оскорбления от поверженного врага он услышать не ожидал. Харпер с удивлением отметил, что впервые видит своего приятеля таким растерянным. Людвиг Оби не стал дожидаться, пока Трэш переварит его слова, молча повернулся и вошел наугад в один из кабинетов. Дуум и Шур последовали за ними. Трэшу ничего не оставалось делать, как принять приглашение, пусть и высказанное в такой необычной форме.

Людвиг Оби уже полностью был хозяином положения. Сигизмунд Трэш, Ле Горш, Ван Дуум, Эвдард Шур, Арчер Харпер – все они беспрекословно слушались его, будто загипнотизированные. Может быть, всему виной была неестественная бесстрастность, свойственная всем слабослышащим людям. Его тусклые глаза помимо воли приковывали взгляд еще и потому, что никому из присутствующих не доводилось его видеть без очков «орлиный глаз».

Лучше бы он был в очках. Именно такое мнение сложилась у всех, кто теперь внимательно следил за каждым движением самого могущественного человека на Аквилоне. Матовые, непроницаемые стекла очков «Орлиный глаз», делавшие человека похожим на киборга, выглядели более живыми на этом странном бледном лице, чем сами глаза. Казалось, что это и не глаза вовсе, а сплошная бутафория. Люди с такими глазами могут многое. Многое, более страшное, чем убийство. Такое страшное, что и думать-то об этом не хотелось.

– Господа, насколько я понял, вы хотите поставить последнюю точку в существовании ВБС. Хочу вас сразу заверить, что вам это не удастся.

Никто не проронил ни слова.

– Естественно, существовавший ранее порядок вещей не сохранится. Кое-что придется изменить.

– Вздор, – фыркнул Трэш, – я не намерен выслушивать покойника.

Людвиг Оби никак не отреагировал на этот выпад. Он продолжал все тем же монотонным голосом:

– Я уже говорил господам из МБР о запасном варианте. Как только суд признает меня виновным, если, конечно, вы решитесь довести дела до суда, или как только меня убьют, начнется операция «Ноль». Все изначальные, согласно плану этой операции, будут стерилизованы. Стерилизация будет проведена с помощью препарата, разработанного в наших лабораториях. Препарат очень эффективен. Он дает стопроцентный результат. Никаких побочных эффектов.

– Это невозможно, – воскликнул Дуум, – вы блефуете. Геном человека и клона – один и тот же.

– Вы забываете, что только в ВБС хранятся точные списки клонов и изначальных. Пиратское клонирование уже давно практически под нашим контролем. Мы можем ошибиться на пару миллионов человек, но сути это не меняет. Через годы это будет планета клонов. Цивилизация пойдет другим путем.

– Чудовище… – пробормотал несклонный к сантиментам Ле Горш.

– Вы отдаете себе отчет в том, что вы говорите? Это же геноцид!

– Возможно. Я не намерен вдаваться в теоретические дискуссии. Вы не знаете, сколько моих людей – среди изначальных. Я знал, что рано или поздно МБР сядет нам на хвост. Нетрудно было предположить, что вы кого-нибудь сумеете завербовать. Таким человеком оказался Соммерсет Гид. Ему удалось перехитрить нас. По крайне мере, он так думает. Что ж, выбирайте – уничтожение ВБС или стерилизация целой нации. Я предлагаю вам безболезненный выход из ситуации. Все остается как есть. Трэш возвращает себе все, что у него отняли. Дуум и Шур становятся национальными героями, разоблачившими чудовищный заговор Спилмена Раша, который хотел с помощью клонов захватить власть над Системой. Ле Горш становится маршалом-протектором и изгоняет войска Уркана с территории Системы. Самарина придется убрать. Жителям Системы пока ни к чему знать, что толланцы могут добраться до Аквилона и выяснить, что они – всего лишь ферма. Вам решать, господа.

– Все это понятно, – затараторил Трэш, – чего-то подобного от ВБС я ждал. Но какого черта вы обозвали меня клоном. Что это за шутки?

– Я не умею шутить, – просто ответил Людвиг Оби, и Трэш побледнел. – Итак, я жду ответа, господа.

– А я жду объяснений! – взревел Сигизмунд Трэш.

– Ваше дело есть в ВБС. Это было еще до моего назначения. Сигизмунд Трэш умер при родах. Врожденная патология. Родители очень переживали. Дело в том, что миссис Трэш больше не могла иметь детей. Ваши родители заказали замену. Да и замена ли это, по большому счету? Вам было несколько минут от роду. Они заказали также и второго клона – Альберта. Вы были их родным сыном. Что бы ни говорили отдельные политические деятели в Ароппе, – в клонировании положительных моментов много больше. ВБС вернул миссис Трэш ребенка, а по большому счету, и смысл жизни. Если вы мне не верите, я могу предоставить вам метрики.

– Это фальшивка! – Трэш вскочил, судорожно глотая пространство. Он быстро взял себя в руки и расхохотался.

– Вы столько раз обманывали людей, что вам никто не поверит!

– Да мне, собственно, все равно, поверят мне или нет. Да я и не собираюсь никому рассказывать об этом. Мне просто пришло в голову, что вы будете лояльнее относиться к клонам, если узнаете, что и сами клон. В конечном итоге, все это – предрассудки. Клоны – такие же люди, как и все остальные. Никакой агрессивности в них нет. Бывают, конечно, неудачи, как, например, в случае со мной. Это всегда можно пережить. Не получилось один раз, получится второй. ВБС дарит бессмертие. Мы можем совместными усилиями создать новое поколение людей, обладающих выдающимися качествами. Они будут управлять миром разумно и эффективно.

– Захочет ли мир этого? – вздохнул Дуум.

– Мир об этом не будет знать.

– Но ведь мы узнали, значит, смогут узнать и другие. Утечка информации – это всегда лишь вопрос времени. Она неизбежна.