Охота на дракона (сборник) - Бритиков Анатолий Федорович - Страница 87

— Вот видишь, мои похождения — в духе лучших искателей приключений. Особенно финал, который ты мне подарила! — закончил я.

Но Рика не приняла шутку. Даже не улыбнулась.

— Значит, все-таки внешнее вмешательство… — произнесла она. — А что они хотят?

— Не знаю, но думаю, что приток на Салгу творческих личностей — следствие их деятельности. Похоже, им зачем-то надо собрать воедино цвет Земной ассоциации… Необходимо с этим разобраться.

— Будем вызывать группу дознания?

— Думаю, пока рановато. Если бы я не проморгал труп Нэя!.. А так нечем подкрепить свои слова. Да и сколько шуточек посыплется в мой адрес…

— Не думаю.

— Понимаю. Ты хочешь сказать, что осталась тайна биографии Вайлы.

— Именно!

— Ну и что? Мало ли у человека может быть причин скрывать свое прошлое? Само по себе это, конечно, странно, но ничего не доказывает. Неземное происхождение во всяком случае. Ее исчезновение тоже ни о чем не говорит — захотела и улетела с Салги. Вот и все… Кстати, пришли ответы на запросы?

— Да.

— Ну и?..

— По-моему, ничего интересного. Расширенный поиск по Вайле пока ничего не дал: ни в одном каталоге она не значится ни живой, ни мертвой. С Артуром Нэем — то же самое… Да, ты еще просил выяснить, кто из сотрудников Службы знал о нашем отпуске. Для этого и запроса не надо, могу так сказать — многие. Шеф не делал секрета из этого.

— Верно! Мог бы и сам догадаться…

— Вет, а все же, какое он тебе дал задание, отправляя на Салгу?

— Я же тебе говорил — никакого.

— Скрываешь?

— Клянусь, говорю правду! Сказал: “Отдохни”, сунул два билета и выгнал. Больше ничего…

— Ну-ну…

— Дело твое. Хочешь — верь, хочешь — нет, а это так!

— Ладно! И что же ты теперь собираешься делать, если говоришь группу дознания вызывать рано?

— Искать Вайлу. Надеюсь, она знает, где труп Нэя. Да и сама может оказаться любопытным объектом исследования.

— А если все они уже улетели с Салги, прихватив убитого или попросту уничтожив труп? Не допускаешь?

— Жаль, если так. Тогда все резко усложнится. Ведь нам неведомо, бросят они начатое дело или нет. А это значит, что в поисках возможно несуществующих сообщников придется проверять множество людей. Избавь бог!.. Расследование будет почти безнадежным, растянется надолго. Поэтому лучше бы найти Вайлу.

— Как?

— Подумай! Сделала меня инвалидом — теперь расхлебывай. Твоя очередь работать.

— Хорошо. Не злись. Пойду за твоим завтраком, заодно подумаю. А сюда пришлю доктора: по-моему, лучшей компании больному не сыскать.

Рика скрылась за дверью. Но один я оставался недолго — в комнату вошел мой ночной спаситель.

— Как самочувствие? Слабость? Ерунда! После таких ударов бывает похуже… — Он укрепил у меня на голове датчики и включил какой-то прибор. — Сейчас все станет ясно. Кстати, мы не знакомы. Иван Плас, врач.

— Вет Ник — искусствовед. Знаете, а я почему-то догадался о роде ваших занятий…

— Неужели? — он засмеялся. — Поздравляю! Слабость скоро пройдет. Даже без стимуляторов. День вас понаблюдаю, а завтра буду уже не нужен. У вас отличное здоровье и крепкая голова. Только, видно, иногда плоховато варит: разве можно развлекаться до того, что ноги не держат?

— Что правда — то правда, иногда жутко тупею.

— Я не шучу. Не всем такие удары сходят благополучно. Бывает весьма печальный исход…

— А что, часто такое происходит?

— К счастью, нет. Не считая вас, я всего лишь однажды столкнулся с подобным. Тот случай закончился трагически, — лицо Ивана помрачнело, и он замолчал.

— Вы хотите сказать, что тогда были бессильны? А почему?

— Я прибыл слишком поздно, и удар был опасней… Но не это главное. Человека можно было бы спасти, если бы…

— Что?

— …у меня был этот аппарат, — он кивнул на шлем регенератора.

— Не захватили с собой?

— Не в этом дело: регенератор был в доме, но его не было у меня. Простите, Иван, но я ничего не понимаю!

— Что тут понимать! — он с раздражением хлопнул крышкой своего прибора. — Впрочем, извините… У меня характерное многим заблуждение: если самому все ясно, ждешь, что и другие поймут с полуслова… Та ночь была страшной — на моих руках погибал человек, а я был бессилен. Помощь запоздала, и все старания ни к чему не привели. Наутро он умер… Неделю спустя, ко мне неожиданно прилетела его жена и вручила какой-то прибор. Погибший делал его для меня. Назначение было ей неизвестно, но под крышкой я нашел кристалл с инструкцией… Да, это был регенератор! Мог ли я знать, стоя над умиравшим, что спасение, созданное его руками, рядом. Вот вам пример злой иронии судьбы…

Наступило тягостное молчание.

— А его жена так ничего и не узнала об этом? — наконец, решился я спросить.

— Не знаю… Во всяком случае от меня — нет. Вайла была безутешна и вскоре даже покинула дом, где все напоминало о пережитой трагедии. Говорить ей такое — выше моих сил.

Я чуть не подпрыгнул на кровати.

— Простите, вы говорите о Вайле Дани?

— Да…

— Я и не знал, что она была замужем.

— Об этом вообще мало кто знает.

— Как же так?

— Для всех она появилась на Салге два года назад, с тех пор как поселилась на новом месте. А до этого ее никто не знал. Они жили отшельниками в Северных джунглях. Он был чудак — Луст Торн… Предпочитал уединение и ненавидел всю эту праздную шумиху. У них даже компьютеры были отключены от системы связи. Поэтому я и прилетел тогда слишком поздно: чтобы связаться со мной, Вайле пришлось гнать гравилет до ближайшего центра развлечений…

— Луст Торн… А что, Вайла не носила фамилию мужа?

— Как-то никогда этим не интересовался…

— А его вы хорошо знали?

— Вместе учились, потом наши дороги разошлись: я ушел в медицину, а он стал заниматься генными мутациями. Пять лет назад случайно встретились здесь, на Салге. Я изредка навещал его. О своих работах он не распространялся, но с интересом относился к моим проблемам. Талантливый и разносторонний ученый, он изобрел и сделал для меня несколько уникальных приборов: последнее его детище — регенератор…

— Вы и сейчас общаетесь с Вайлой?

— Конечно. Она создает прекрасные гипносны, которые очень помогают в работе. Между прочим, действие одного из них вы испытали на себе… Но о прошлом не вспоминаем никогда. Вайла не хочет бередить едва зажившую рану и, насколько мне известно, никому не доверяет свою тайну. И я бы ни за что не рассказал, если б не проклятый удар — он всколыхнул воспоминания… Прошу вас никому не говорить о том, что узнали!

— Не беспокойтесь. Но раз уж разговор на эту тему, позвольте еще один вопрос.

Иван нехотя кивнул.

— Вы сказали, что травма у Луста Торна была при внешнем сходстве с моей гораздо опасней, так?

— Верно.

— Тогда скажите, у вас не было сомнений относительно несчастного случая?

Врач с интересом посмотрел на меня. Помедлив, произнес:

— Как вам сказать… Сначала об этом думать было некогда — я работал. А потом у меня, действительно, возникли некоторые мысли. Даже хотел сообщить об этом в Службу космической безопасности, но так и не собрался. Кому мог мешать Луст? Жил в глуши, наукой занимался… Интересно, а почему вы об этом спросили?

Но его вопрос остался без ответа: дверь отворилась, и Рика вкатила столик с завтраком.

— Кушать подано! Ты встанешь или прикажешь кормить с ложечки?

— Лучше с ложечки — с детства люблю.

— У-у, ты мой маленький, — она подсела ко мне. — Открой ротик, ам!

Иван улыбнулся и встал с кресла.

— Вижу, мои услуги пока не нужны. Кушайте хорошо, больной, не капризничайте — скорее поправитесь. После завтрака позовите меня, проведем сеанс гипносна. А пока пойду искупаюсь. Где Морис?

— У компьютера.

— Прихвачу его, — он вышел.

— Ну как, придумал что-нибудь? — спросила Рика, едва мы остались одни.

Я отрицательно помотал головой.

— Некогда было — беседовал с доктором о здоровом образе жизни. А что, в доме уже новый компьютер?