Мир, где все наоборот - Коган Татьяна Васильевна - Страница 22

Немая сцена длилась несколько секунд, ворона взирала на человека, человек – на ворону. После чего птица, очевидно, что-то для себя решив, недовольно каркнула. Лиза рассмеялась – внезапно и истерически. Заметив движение в комнате, ворона отступила на два шажка и наклонила голову, будто раздумывая: улететь или остаться.

Хозяйка квартиры постучала по стеклу, прогоняя нежданную гостью. Та шевельнула угольными крыльями, но с места не тронулась.

– Never more? – спросила Лиза и дернула за ручку, открывая окно с твердым намерением выгнать пернатую тварь со своей территории. Такого активного противодействия ворона не ожидала. Она снова каркнула – на этот раз обиженно – и улетела.

Лиза вздохнула: решались бы все проблемы так же быстро и легко…

С момента убийства мужа прошел год. Лизавета думала, что, избавившись от неусыпного контроля супруга, она обретет желанную свободу, станет спокойнее и счастливее. Она воспользовалась правом круга, правом попросить у друзей любую помощь. Пришлось пойти на некоторые ухищрения, чтобы выглядеть в глазах товарищей не циничной стервой, посылающей мужа на смерть, а жертвой, долго терпевшей его издевательства. Пустить пыль в глаза получилось не идеально, и все-таки достаточно убедительно для того, чтоб привести приговор в исполнение. Даже Глеб, выступавший громче всех против убийства, в конечном итоге не дернулся, сделал все по плану. Чувство долга – чудесный рычаг для воздействия на человека. В свое время Лиза убедила Макса отдать почку для пересадки Глебову брату, благодаря чему впоследствии Глеб не посмел выйти из игры. Ведь долги нужно отдавать, не так ли?

Мужа расстреляли возле подъезда собственного дома, когда он садился в машину, чтобы ехать в аэропорт. Находившийся рядом водитель, заслонивший собой хозяина, тоже погиб. Глупый мальчишка. И не спас никого, и сам умер. Лиза недолго оплакивала бессмысленную смерть невинной жертвы. Каждый сам выбирает свою судьбу. Не полез бы на рожон, ходил бы сейчас живой и здоровый. Однако ж он предпочел здравомыслию сомнительный героизм. И получил в итоге по заслугам.

Да. С момента убийства мужа прошел год. От его неусыпного контроля она избавилась, но спокойнее и счастливее не стала. Первое время дневала и ночевала в офисе, вникая в дела и проблемы, о которых и не подозревала, – Андрей Гончаров прекрасно управлял собственным бизнесом. Но теперь ответственность легла на плечи вдовы, и она до последнего верила, что справится не хуже его.

Нескольких месяцев работы на износ хватило, чтобы осознать свою некомпетентность в финансовой сфере. Корпорация Андрея Гончарова трещала по швам и теряла позиции на рынке. Специально нанятые консультанты работали плохо, опытный руководитель сразу бы заподозрил нечистую игру, но Лиза была слишком вымотана. Прошло немало времени, прежде чем она набрала новый штат помощников. Дела шли на поправку, но крайне медленно и неуверенно. Нужно было хотя бы немного приблизиться к прошлогодним показателям, чтобы появился шанс продать бизнес за достойную сумму. Пока покупатели предлагали ей смешные деньги. Отдавать за бесценок шикарное наследство Лиза не собиралась, хотя и понимала, что с каждым днем риск остаться у разбитого корыта увеличивается.

Громко зазвонил мобильный. Она дотянулась до телефона и с отвращением посмотрела на дисплей: опять с работы! Как они все ее достали! Ни минуты покоя! Хотелось расслабиться в объятиях любимого мужчины, пригреться на его груди робкой куропаткой, позабыв о всех тревогах. Лиза отключила телефон и швырнула его в сторону. Проклятая жизнь. Все пошло наперекосяк, когда возникло это нелепое непрошенное чувство! Да к кому? К другу детства, брату фактически.

Любовь занимала все ее мысли, сводила с ума, заставляла ненавидеть весь мир. Лиза ощущала себя маленькой глупой девочкой, решившей попробовать на вкус красивые железные качели. Идея была забавна, а зимний день так морозен. Язык примерз, девочке холодно и больно, и что самое обидное – оторваться невозможно. Чем активнее пытаешься это сделать, тем хуже становится. Тот, кто изобрел безответную любовь, был утонченным циником, более глумливую пытку для человека сложно придумать.

Лизе снились странные сны. Она просыпалась среди ночи и долго глядела в темный потолок, силясь разгадать призрачные образы из сновидений. Иногда ей казалось, что она почти улавливала их символическое значение, но к этому моменту веки тяжелели и тревожная нервная дрема спутывала ее мысли. Бывали утра, когда Лизе не хотелось вставать с постели, и единственное, что заставляло ее подниматься, – необходимость заботиться о дочери.

После смерти отца Настеньку словно подменили. Она часто плакала без видимых причин, отказывалась от еды и не интересовалась новыми игрушками. Раньше Лиза легко справлялась с ее истериками, интуитивно понимая их причину, подбирая нужные слова утешения. Но сейчас рыдания дочери не поддавались логике, и мать была не в силах успокоить родное чадо. Это нервировало, выводило из равновесия. Все чаще Лиза замечала, что испытывает раздражение к дочери. Все чаще няня оставалась сверхурочно, даря Настеньке внимание, не полученное от матери. Лиза по-прежнему любила дочь и отдала бы за нее жизнь, если бы понадобилось. Но потребности ежеминутно находиться рядом уже не испытывала.

– Доброе утро, Лизавета Матвеевна, – няня замялась на пороге кухни, не решаясь войти. Похоже, хозяйка пребывала не в лучшем настроении, а значит, тревожить ее опасно – наорет, чего доброго. Но Настене нужно приготовить завтрак, тут уж ничего не поделаешь. Кто-то же должен кормить ребенка. Не у всех в головах ветер гуляет. Свою работодательницу Зинаида Степановна недолюбливала и, честно сказать, не уважала. Особа самодовольная и агрессивная. Давно бы уволилась, кабы не высокая оплата. Да и к девочке она прикипела, жалко бросить. Покойный хозяин, царство ему небесное, хоть и воспитывал дочь в строгости и к сантиментам относился с прохладцей, а всяко был лучшим родителем, чем его супружница. Этой будто наплевать на ребенка. Она при живом-то муже Настене позволяла любые капризы, а теперь и подавно. Да разве ж можно так дитя воспитывать? Свободу нужно ограничивать, энергию направлять в познавательное русло. Иначе какой человек вырастет? Ветер, а не человек.

– Доброе утро. – Лиза тяжело вздохнула. – Настя уже проснулась?

– Да уж время десятый час, конечно, проснулась. – Осмелев, няня шагнула к плите и принялась греметь кастрюлями. – Сейчас вот кашу сварим, может, настроение улучшится. А то хнычет с утра.

Лиза помолчала, наблюдая за проворными движениями женщины, а потом с усилием поднялась с кресла:

– Зинаида Степановна, вы уж тогда сами с ней погуляйте после завтрака. Мне что-то нездоровится.

– Ну коль нездоровится, чего ж себя насиловать, – смиренно произнесла няня и поджала губы.

«Меньше надо забивать голову всякой ерундой и не стенать по ночам, как Ярославна. Тогда, глядишь, и силы для ребенка найдутся, – бормотала она про себя, помешивая манную кашу. – Выдумает себе проблемы, а потом сама себя жалеет. Дочку бы лучше пожалела, тьфу!»

Хозяйка подобрала с пола телефон и вышла из кухни. Зинаида Степановна проводила ее осуждающим взглядом.

Проходя мимо детской, Лиза остановилась. Настя сидела спиной к двери за маленьким столиком и рисовала. Светлая головка склонилась набок, а в озорных глазах наверняка застыло сосредоточенное выражение, какое бывало у ее отца. По мере взросления дочь все больше напоминала Андрея, пока только внешне. Кто знает, какой характер проявится со временем. Как любая мать, Лиза надеялась, что ребенок возьмет лучшее от обоих родителей, хотя в данном случае «лучшее» имело весьма субъективную природу. Она хотела подойти и поцеловать дочку, но удержалась: а вдруг та снова расплачется ни с того ни с сего, потом сиди, унимай ее. Лучше уж не трогать, от греха подальше.

Лиза набрала полную ванну воды, но так и не легла в нее, замерев у зеркала. Собственное отражение напугало ее: худая, изможденная женщина с тоской во взгляде не могла быть ею! И эти ужасные неестественно рыжие волосы смотрелись как дешевый парик на потрепанной проститутке. В кого она превратилась? Куда исчезла роковая красавица с горящими глазами и ехидной усмешкой? Говорят, любовь красит. Ложь. Любовь иссушает, высасывая молодость и энергию. А ты не замечаешь этого. Долго не замечаешь. Покуда однажды не увидишь в зеркале незнакомого человека.