Автобиография - Фергюсон Алекс - Страница 78

Реднапп ответил:

– По-моему, это происходило в Англии всегда. Иностранные тренеры, правда, не всякий раз ей следуют, но большинство из них все-таки приходит. Подобные встречи продолжаются минут десять – после выхода тренера приезжей команды из раздевалки и до того момента, пока автобус не увезет его домой или в аэропорт. При этом никого выпивать не принуждают. Когда мы играем с «МЮ», обязательно выпиваем по бокальчику вина с Алексом Фергюсоном, разговариваем об игре, как бы она ни завершилась.

В продолжение темы: однажды мне довелось лично присутствовать при раскрытии большого секрета. Осенью 2004 года, за пару дней до центрального матча чемпионата Англии «Манчестер Юнайтед» – «Арсенал», я оказался на пресс-конференции главного тренера «Челси» Жозе Моуринью на тогдашней базе «синих» в Харлингтоне. И, наверное, треть вопрос была посвящена не «Челси», а предстоящему английскому «класико». Услышав вопрос о многолетней вражде Фергюсона и Арсена Венгера, об их многочисленных колкостях в адрес друг друга, находчивый португалец на моих глазах рассказал такое, от чего для многих перевернулся мир.

– Да не воспринимайте это всерьез! Эти колкости – не более чем игра. На самом деле они не просто с уважением относятся друг к другу. Они – друзья. Я уже три-четыре года езжу вместе с ними на конференции ведущих тренеров Европы, не раз мы оказывались вместе в одной и той же рабочей группе. Так вот: Фергюсон с Венгером обедают за одним столом, разговаривают на самые разнообразные темы, и обоюдная симпатия видна невооруженным взглядом. Многолетнее пребывание на вершине английского футбола сделало их неразлучными, они не могут представить мир и футбол друг без друга. Может, через несколько лет и я окажусь с ними в одной лодке. И мне очень хочется, чтобы так произошло, потому что это – большая честь.

И, представьте, узнав о пресс-конференции Моуринью, оба великих тренера «раскололись»! С тренером «Челси» пресса встречалась несколькими часами раньше, чем с его коллегами – и, естественно, как у Фергюсона в Манчестере, так и у Венгера в Лондоне потребовали разъяснений.

В напряженной тишине сэр Алекс произнес:

– Ну, конечно, я восхищаюсь Венгером! В этом тяжелейшем бизнесе нельзя не восхищаться людьми, которые делают такие команды и бьют такие рекорды (к тому моменту «Арсенал» провел 49 матчей Премьер-лиги подряд без единого поражения. – Прим. авт.). Когда мы встречаемся в расслабленной обстановке на тренерских конференциях, то обязательно выпиваем вместе по бокалу вина, обедаем, общаемся, – и все у нас замечательно. Но потом мы возвращаемся в свои клубы и вновь превращаемся в волчиц, защищающих своих волчат. Но знайте, что личные отношения между нами – совсем иные.

Примерно то же самое сказал и Венгер.

Охотно общался Фергюсон не только с коллегами по английской Премьер-лиге. В 1999 году, спустя полгода после легендарного победного финала «МЮ» против «Баварии», целую неделю в клубе провел главный тренер московского «Локомотива» Юрий Семин. И вернулся, буквально фонтанируя впечатлениями, – я тут же взял у него интервью, которое вышло в «Спорт-Экспрессе» под заголовком: «Фергюсон принял меня блестяще». Каждый день Семин приезжал из гостиницы на тренировку, после которой босс «МЮ» разъяснял ему детали занятий и отвечал на все вопросы.

– Он уделил мне столько внимания, сколько я даже не рассчитывал получить, – все-таки сезон в Англии на полном ходу, – признавался тогда Семин. – Рассказывал обо всем с цифрами – например, о том, что клуб имеет 45 профессиональных футболистов, из них 28 – основного состава. Мы, говорил, проводим более 60 официальных матчей за сезон, поэтому 20 игроков не хватает: для поддержания стабильно хорошего функционального состояния их должно быть больше. Правда, в этом случае возникает другая сложность, о которой Фергюсон тоже говорил. При ротации довольно непросто сохранять здоровый моральный климат в команде, сделать так, чтобы в ней не было обиженных. Для этого нужно быть незаурядным психологом. Фергюсон, полагаю, таковым и является, потому и работает с командой больше десяти лет.

Варьирование состава – непременный принцип при любых обстоятельствах. Вот яркий пример его торжества. Пол Скоулз забивает два мяча за сборную в стыковом матче с Шотландией, но через два дня не выходит в стартовом составе «МЮ» в Дерби. Вместо него играет Никки Батт, несколькими днями ранее выступавший за вторую команду. И этот самый Батт становится автором решающего гола!

Иллюстрацию, насколько сложно было Фергюсону внедрять модель, построенную на ротации, я получил из разговора с Канчельскисом.

– Судя по вашей книге, каждое пребывание на скамейке запасных вы воспринимали чуть ли не как личное оскорбление.

– Так и было – обижался, – подтвердил полузащитник. – Молодой, сил и желания играть – море, как и уверенности, что достоин места в составе. Ан нет – садись на лавочку. Уже потом, в «Фиорентине», я понял, что у тренера могут быть тактические задумки на игру, в которые ты не вписываешься. Но разница в том, что в Италии тренер мне подробно объяснял, что у него за тактический замысел и почему мне в нем нет места. И обиды у меня не было. А Алекс таких объяснений не практиковал – по крайней мере в те времена. Играем, скажем, матч на «Олд Траффорд», выигрываем – 1:0, я забиваю единственный мяч, а на следующий матч в Лутоне Фергюсон меня ни на минуту не выпускает. И я кипел.

В декабре 92-го даже при всех отказался за дубль сыграть. Но тут надо отдать Алексу должное – он не пошел со мной на конфликт, что мог бы в этой ситуации легко сделать, а вызвал на разговор. И разъяснил, что отправка в дубль – не унижение, а средство для поддержания формы. Я остыл и сыграл пару матчей за второй состав.

– Ваш уход в «Эвертон» в 95-м стал шоком для всей Англии. Если бы не агент Григорий Есауленко, вы могли бы еще много лет у Фергюсона играть?

– Нельзя все валить на Есауленко, это проще всего. Во многом не прав был и я сам. Хотел играть в каждом матче, молодой был, горячий. Агент был виноват в том, что не успокоил меня, а, наоборот, завел еще больше. Как взрослый человек он мог бы сказать: «Успокойся, отдохни». Я бы послушал его и остался в «МЮ». Помню, много лет спустя, играя в «Рейнджерс», увидел сон, что вернулся в «Манчестер», пообщался с Алексом, готовлюсь к игре… И тут проснулся. Жалко стало. Захотелось, чтобы это был не сон.

…Все, что услышал Семин от Фергюсона, – сейчас обыденность, а в ту пору для России это было диковинным. «Основа» была строго «основой», запас – запасом. Главный тренер «Локомотива» же, вдохновившись рассказом Фергюсона, в 2000 году резко расширил обойму и с тех пор придерживался этого принципа неизменно. Два года спустя ему впервые покорилось первое российское золото, через четыре – второе…

А ведь когда-то и Фергюсон так же учился уму-разуму за границей, как Семин – у сэра Алекса. Единственная разница состояла в том, что в амстердамский «Аякс» и итальянскую «Парму» тогда еще не сэр в начале 90-х отправился не сам, а послал своего оруженосца Кидда. Зачем? Рассказывает Канчельскис:

– Речь шла не столько о тренировочном процессе, сколько об изучении уклада жизни в итальянском и голландском футболе, работе с молодежью, отношении игроков к режиму. Англия тогда в этом отношении не была на передовых позициях, игроки раньше коллег из многих стран заканчивали карьеру.

Я многое понял, уже когда выступал в «Фиорентине». В Италии никто не мог себе позволить съесть жареную картошку, выпить кока-колу, полить еду кетчупом. Никому там и в голову не могло прийти обедать в «Макдоналдс» – это вообще считалось позором. А в Англии все это было в порядке вещей. Но именно после поездок Кидда «МЮ» стал одним из первых британских клубов, где начали рекомендовать есть спагетти, где принялись проверять жиры в крови игроков и хоть как-то корректировать питание.

Десять лет спустя после визита Семина, в ноябре 2009 года, когда ЦСКА встречался с «Манчестером» в Лиге чемпионов, молодому тренеру Леониду Слуцкому пообщаться с Фергюсоном не довелось – даже руку ему на «Олд Траффорде» мэтр не пожал. Потому что обладатель титула Командора ордена Британской империи российского 38-летнего специалиста элементарно… не узнал.