Автобиография - Фергюсон Алекс - Страница 75

Все дело в ваших амбициях.

Черная икра для сэра Алекса

Игорь Рабинер, спортивный журналист и писатель

Книга Алекса Фергюсона – не только увлекательный «инсайд» о событиях, лишь часть которых мы могли видеть на поле «Олд Траффорд» и других знаменитых футбольных газонах. Это и своего рода учебник тренерского искусства, который нужно проштудировать каждому человеку, решившему окунуться с головой в это невероятно сложное ремесло. Или как минимум разобраться, в чем его соль. Думаю, тот же Валерий Карпин, кабы посчастливилось ему изучить труд сэра Алекса до или хотя бы по ходу его пятилетней спартаковской эпопеи, избежал бы многих ошибок.

Сколько сложнейших профессий вмещается в одну только специальность главного тренера – не счесть. Достаточно вспомнить рассказ сэра Алекса о тончайших психологических играх, которые он затевал и в обмене публичными репликами с коллегами, и прямо у бровки. Например, на последних минутах многозначительно постукивал по часам, зная, что у «красных дьяволов» поистине дьявольская репутация команды – пожирательницы соперников именно в концовках матчей. При виде этого у противников стыла кровь от ужаса и деревенели ноги…

Давайте откровенно: на вид Фергюсон не производит впечатления мудреца и хитрована, читающего чужие мысли, не правда ли? Но его простая внешность феноменально обманчива. Как говорится, от осинки не родятся апельсинки – и когда читаешь главу о широчайшей библиотеке тренера, увлеченного в том числе книгами о Ленине и Сталине, многое начинаешь понимать. В людях сэр разбирается, как почти никто другой в мировой футбольной среде. Игроков, их повадки и поступки читает как букварь. Клубных боссов – тоже.

Вот где, собственно, все и кроется. Фергюсон – лауреат Нобелевской премии, пусть официально пока и не признанный, именно в сложнейшей области человеческих отношений. Это и сделало его уникумом, способным проработать с одним и тем же клубом мирового уровня больше четверти века. Сменить несколько манчестерских поколений. И уйти победителем.

Под зажигательную «Glory, Glory, Man United! – Слава, слава “Ман Юнайтед”!» – футболисты в красном дружно кидались на мокрую траву Лужников и скользили по ней к трибуне со своими болельщиками. А мокрый с головы до пят 66-летний Алекс Фергюсон, не замечая ливня, все ходил и ходил по полю, сотрясая кулаками.

Второй раз в карьере он выиграл Лигу чемпионов. Москва стала для него счастливым городом.

Игроки «Челси», согнувшись в три погибели, стояли с мертвенно-бледными лицами и держались за головы, а капитан команды Джон Терри в голос рыдал на плече у Аврама Гранта. Тренер гладил его по макушке, безуспешно пытаясь хоть как-то утешить человека, у которого в момент решающего пенальти поехала опорная нога.

А я смотрел на все это из ложи прессы и думал: какие же мы в России счастливые люди – вне зависимости от клубных симпатий в финале! – что видели это. Что этот грандиозный финал был сыгран в нашей стране.

Го д спустя Грант в нашей беседе, едва не плача, будет вспоминать:

– Ладно бы мы проиграли просто в серии пенальти. Но когда остается один удар, и если мы его забиваем – то выигрываем Лигу… Да еще и после такой хорошей игры против команды, которую сам Фергюсон назвал самой сильной в истории своей работы с «МЮ»… О-о-о…

В тот конкретный день «Челси» заслуживал взять Лигу не меньше «Манчестера». Но команде Романа Абрамовича, которой, казалось, на роду написано впервые в истории выиграть этот турнир именно в Москве, придется подождать триумфа еще четыре года.

А в Лужниках скакать от счастья будет неугомонный Фергюсон. Человек, для которого Россия, казалось, далеко не «фартовая» страна.

К моменту финала Лиги чемпионов он встречался с российскими клубами всего дважды. Встречи получились для великого клуба безрадостными.

Сначала – в 92-м. С «Торпедо», которое тогда ухитрилось не попасть в финальную восьмерку убогого чемпионата России того года и билось с разными Ставрополями и Тюменями за выживание. А с Фергюсоном, Кантона и Канчельскисом, уперевшись рогом, сыграло в Кубке УЕФА дважды по 0:0 – а серию пенальти на Восточной улице и вовсе выиграло.

Три года спустя настал черед волгоградского «Ротора». В бывшей гостинице Волгоградского обкома КПСС «Октябрьская», где поселился «Юнайтед» (в клубном факсе, отправленном в «Ротор», Шмейхель, Бекхэм, Паллистер и Паркер были указаны как желающие спать… без матрасов, на голых досках!), мне удалось «перехватить» Фергюсона, и тот сказал о сопернике: «Очень крепкий орешек. Посмотрев его игру с ЦСКА, я был восхищен волей волгоградцев, отыгравших на последних минутах два мяча и имевших шанс забить третий. В Волгограде буду вполне удовлетворен и ничьей».

Выяснилось, кстати, что тренер, да и его игроки, знают историю – и в курсе, что попали на землю одной из величайших битв Второй мировой. Шмейхель даже смог произнести по-русски – «Мамаев курган». Фергюсон и весь «Манчестер» были потрясены приемом: каждому из 30 членов делегации английского клуба, включая игроков, преподнесли пакет, в котором были не только вымпелы и открытки с видами Волгограда, но и… бутылка водки и банка черной икры.

На Волге программа-минимум Фергюсона сбылась – 0:0. А накануне ответного матча на «Олд Траффорд» шотландец в телеобращении к своим болельщикам решительно заявил: «Из года в год мы успешно играем в чемпионате Англии, но рано вылетаем из еврокубков. Пора этой печальной традиции положить конец».

В этот самый конец все настолько верили даже в России, что ни один наш канал не стал выкладывать смехотворную для ТВ (даже того времени) сумму в 40 тысяч долларов, чтобы получить право на трансляцию встречи в Манчестере. Думали – зачем платить деньги за показ позора? А потом заламывали руки от досады.

О том, что происходило в гостевой раздевалке перед выходом на ковер «Олд Траффорд», мне как-то рассказал ныне покойный главный тренер волгоградцев Виктор Прокопенко:

– Смотрю – игроки дрожат, как листья осины на ветру. Остается минут пять, но в таком состоянии выходить на поле нельзя. И выдаю чистый экспромт. «Знаете, что главное в танке?» – спрашиваю. У них безумные глаза – при чем здесь танк, сейчас на «Олд Траффорд» выходить против команды Фергюсона! Делаю паузу и говорю: «Не ус… ться!» Раздевалка трясется от хохота, они расслабляются, выходят – и в первые 20 минут Нидергаус с Веретенниковым два гола Шмейхелю кладут…

Двумя днями ранее на тренировке Веретенников (его наряду с Есиповым Фергюсон выделял перед игрой особо) своим фирменным страшным ударом с левой умудрился натурально порвать на «Олд Траффорд» одну из сеток. На следующем, предматчевом, занятии и одни, и другие игровые ворота были недвусмысленно огорожены. Но это не спасло «МЮ» уже в самом матче от его «пушки» с той самой левой. И этому удару суждено было стать решающим…

Оставшееся время молодые Гиггз, Бекхэм, Скоулз и К° пытались наверстать упущенное. Рыжий Скоулз один мяч сквитал. А второй – на предпоследней минуте – забил прибежавший на подачу углового вратарь Шмейхель. Я в ложе прессы не верил собственным глазам. Но спустя три минуты не мог поверить уже в другое: третий гол «МЮ» так и не забил, Фергюсон шел, схватившись за голову, а футболисты никому не известной в Англии российской команды устроили на ковре «Олд Траффорд» кучу-малу.

В ту ночь, сочиняя репортаж о суперсенсации, я не лег спать ни на секунду. И не без гордости процитировал Фергюсона: мол, храбрая русская команда заслужила этот успех. Восхищаясь волей «Ротора» еще перед первым матчем, шотландец даже не представлял, до какой же степени правильно все оценил…

После двух таких «обломов» приезжать в Россию на финал Лиги чемпионов сэру Алексу, казалось, будет не слишком приятно.

– Тем не менее ему у нас очень понравилось, – рассказывал мне Андрей Канчельскис, игравший у тогда еще не сэра, но уже Алекса в «МЮ» четыре года. – И Красная площадь, и Кремль, и особенно черная икра. Когда я уезжал на домашние игры за сборную или в отпуск, он всегда просил привезти пару баночек черной икры. Я, сами понимаете, не отказывался…