СверхНОВАЯ правда Виктора Суворова - Хмельницкий Дмитрий Сергеевич - Страница 57

В двусмысленное положение Игорь Рудольфович поставил себя, ссылаясь также на «Основные правила работы ведомственных архивов» (Москва — 1986 г.), поскольку и они уже не соответствуют в полной мере современным юридическим нормам. Руководитель Федерального архивного агентства Владимир Козлов, отвечая на мой запрос, недвусмысленно поставил под сомнение актуальность этого нормативного акта: «Введенные в действие приказом Главного архивного управления при Совете Министров СССР от 5 сентября 1985 г. № 263 «Основные правила работы ведомственных архивов» сохраняют силу на территории Российской Федерации и в настоящее время, хотя часть используемых в них терминов, а также отдельные положения уже не соответствуют Федеральному закону от 22 октября 2004 г. № 125-ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации». Планом НИР отрасли предусматривается завершение работы над новыми «Правилами работы архивов организаций» в 2008 году» (исходящий Ф.А.С. № Р/Р-696 от 24.01.2008).

Приводя неубедительные юридические ссылки, Игольников постарался заодно уклониться от исчерпывающих ответов на некоторые мои вопросы: «Остальная информация, которую вы запрашиваете, является информационной собственностью архива и частным лицам не предоставляется». Для пущей убедительности начальник 5-го отдела сослался на утратившие силу, о чем он и не подозревал, «Основные правила работы государственных архивов (М., 1984, раздел 3), а также на схожие Правила 2002 г. (раздел 3) и Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» № 149-ФЗ от 27.7.2006, ст. 8.

Игольников не случайно не стал цитировать соответствующие статьи перечисленных им нормативных актов, поскольку ему приходилось создавать видимость того, что он и его подчиненные действуют в соответствии с законом. Проблема, с которой архивист столкнулся, пытаясь как-то оправдать свое или же продиктованное Шестопалом нежелание ознакамливать меня с картотекой и актом на уничтожение документов, заключалась в том, что ссылаться было решительно не на что. Оставалось сблефовать, надеясь, что меня удовлетворит обилие ссылок на разнообразные правила и законы.

Отчасти своего подполковник Игольников Добился. Я не сразу догадался. Мне не сразу пришло на ум проверить правомочность этих ссылок, и в оперативно-тактическим плане он, безусловно, выиграл время. Тем не менее, когда я все же изучил статью 8 Федерального закона № 149 «Об информации, информационных технологиях и защите информации», подлог стал очевиден. Несмотря на то что я прочитал статью 8 несколько раз, мне так и не удалось найти в ней ни одной позиции, дававшей бы архивисту право уклониться от ответов на мои вопросы, связанные, в частности, с уничтожением документов из личного дела (я просил, например, конкретизировать, какие документы на каких из уничтоженных листов содержались). Уместно предположить, что в этом отдавал себе отчет и сам Игольников, который, сославшись на номер статьи, не стал конкретизировать соответствующий из ее пунктов. А между тем статья 8, регламентирующая «Право на доступ к информации», состоит из 9 пунктов, два из которых (четвертый и восьмой) содержат по 5 и 3 подпункта соответственно.

Хотя мне не удалось найти пункта, разрешающего Игольникову скрывать от меня перечень уничтоженных документов, именно в 8-й статье я обнаружил 2 позиции, подтверждающие мою правоту в дискуссии с отделом 5 ЦАМО РФ.

Пункт 2 гласит: «Гражданин (физическое лицо) имеет право на получение от государственных органов, органов местного самоуправления, их должностных лиц в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, непосредственно затрагивающей его права и свободы».

Пункт 3 гласит: «Не может быть ограничен доступ к: 1) нормативным правовым актам, затрагивающим права, свободы и обязанности человека и гражданина, а также устанавливающим правовое положение организаций и полномочия государственных органов, органов местного управления; /…/

4) информации, накапливаемой в открытых фондах библиотек, музеев и архивов, а также в государственных, муниципальных и иных информационных системах, созданных или предназначенных для обеспечения граждан (физических лиц) и организаций такой информацией».

Кое-что интересное для подполковника Игольникова содержится и в пункте 5 статьи 8: «Государственные органы и органы местного самоуправления обязаны обеспечить доступ к информации о своей деятельности /…/в соответствии с федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации и нормативными правовыми актами органов местного самоуправления. Лицо, желающее получить доступ к такой информации, не обязано обосновывать необходимость ее получения». (Цитируется по тексту, опубликованному издательством «Ось-89», М.: 2006. С. 10–12).

Из процитированных положений видно, что я могу опираться по крайней мере на 3 пункта статьи 8 Федерального закона. В то же время Игольников, первым сославшись на эту статью, не сумел конкретизировать ни один соответствующий пункт ее текста, позволивший бы ему отказывать мне в получении информации.

№ акта на уничтожение документов из дела JNfe 840 268

Ответ дан не был

Перечень уничтоженных в деле № 840 268 листов

Ответ дан не был

Наименование документов, содержавшихся на этих уничтоженных листах

Ответ дан не был

Причины, по которым были уничтожены эти документы, и критерии их отбора для уничтожения

Применительно к делу № 840 268 конкретный ответ дан не был. Общий ответ, что пункт 3.3.7. «Основных правил работы ведомственных архивов» (М, 1986) полагается позволяет уничтожать дубликаты документов, не может считаться приемлемым, поскольку исследователем было подтверждено, что в числе уничтоженных документов оказались не только дубликаты, а точного перечня уничтоженных листов и документов архивист назвать не смог, что, вероятно, указывает на то, что он сам не представляет, какие документы были уничтожены

Имя сотрудника отдела 5.4, отбиравшего документы, подлежащие уничтожению в деле № 840 268

Ответ дан не был

Имя сотрудника отдела 5.4, утверждавшего решение на уничтожение документов в деле № 840 268

Ответ дан не был

№ и дату приказа Министерства обороны, Архивной службы Вооруженных сил или ЦАМО РФ, разрешающего уничтожение документов из личных дел среднего начсостава РККА, погибшего в годы Великой Отечественной войны

Назван Перечень Минобороны, согласованный 09.X.1996 г. с Федеральной Архивной службой

Ходатайствую перед вами о том, чтобы вы процитировали в своем ответе пункт соответствующего приказа либо нормативного акта, в соответствии с которым сотрудниками отдела 5.4 было уничтожено большое количество документов в деле № 840 268

Ходатайство удовлетворено

Как видно из приведенной таблицы, начальник 5-го отдела смог ответить лишь на общие вопросы методического характера, однако никакой конкретики сообщить не смог. В частности, он не назвал № акта, которым было утверждено уничтожение документов из личного дела № 840 268. Это дает основание подозревать, что уничтожение документов не было должным образом задокументировано. Общие же рассуждения о том, что архив имеет право уничтожать дубликаты документов, можно считать беспредметными, поскольку начальник отдела не сумел перечислить номера уничтоженных листов и наименование содержавшихся на них документов. Безусловно, если бы архивисты уничтожили именно и только дубликаты документов, запротоколировав это в акте, Игольникову не составило бы труда предъявить мне выписку из соответствующего акта, чтобы подтвердить законность действий его подчиненных.