Африканское сафари - Вагнер Зденек - Страница 50

— Джума, Панго, он там, — сказал я и повернулся к костру.

Оба следопыта подняли головы, я показал им направление.

— Да, это похоже он! У него один бивень, и следы ведут в ту сторону. Плохо, уже темнеет, — произнес Джума, вновь подсаживаясь к костру, в свете которого он чистил ружье.

— Лишь бы он нас не заметил, а то еще прогуляется по нам, — опять принялся пророчествовать Панго, вызвав наш с Джумой смех.

— Не думай так, Панго. Не настолько он кровожаден. Ведь это всего лишь слон, а не лев или леопард, — рассудил я, но Панго запротестовал: — Сразу видно, мзее, что в слонах ты не очень хорошо разбираешься. Они более сообразительны, чем люди. Они помнят все нанесенные им обиды. Горе тому обидчику, который встретится со слоном вновь. Слоны, мзее, это такие сволочи! — закончил свою речь Панго.

Теперь была моя очередь защищаться. Я полагал, что неплохо знаю слонов, поскольку за двадцать лет жизни в Африке много раз встречался с этими крупными животными.

— Ты прав, когда говоришь, что они очень сообразительны, но люди все же хитрее. Мы же не просто так идем за этим слоном. Если бы слон был умнее нас, мы бы за ним не шли, а прятались бы от него. Но так как я знаю слонов и их привычки, то я спокойно пойду за ним и обману его!

Мои слова утонули в наступающей темноте. Через минуту откликнулся Джума.

— Мзее, что с ним вообще разговаривать! Посмотри, он весь трясется от страха! Ручаюсь, он не будет спать всю ночь. Зато мы хорошо выспимся, пока нас будет сторожить этот трус.

— Нет, нет. Я не боюсь. Я только опасаюсь. Вы же знаете, сколько людей убивают слоны каждый год. А перед нами настоящий убийца. Я не боюсь, но мне не хочется, чтобы с вами произошло то же, что и с Фупи.

В этот момент шагах в двадцати от нас раздался треск ветвей — прямо за спиной Панго, который готовил чай на костре. Джума, уже дочистивший и зарядивший один из карабинов, вскочил и снял оружие с предохранителя. Я успел взглянуть на Панго — тот в два прыжка исчез за нашим укрытием. Я тоже снял карабин с предохранителя. Шум продолжался еще несколько секунд, потом появился небольшой танк. Бегемот! Он промчался мимо костра вниз по холму в направлении слонявшегося по долине слона. Панго, спрятавшийся в укрытии, ничего не видел. Когда фырканье бегемота стихло и звук шагов удалился, он вылез и с выпученными глазами зашептал мне:

— Это был тот убийца, мзее, — Видя, что все молчат, Панго продолжил: — Сегодня я буду спать на дереве. Он обязательно вернется. Не забывайте, сегодня день разноцветного солнца, а оно не отпускает свои жертвы. И зачем только я сюда пришел!.. Мзее, я тебе тоже советую устроиться на дереве. Вспомни, что у тебя произошло с ухом, или ты забыл?

Джума, стоявший в стороне, расхохотался. Он смеялся долго и только через несколько минут произнес:

— Ты трус, но разноцветное солнце было вчера. У тебя со страху все перемешалось в голове. Ты глупее тех рыбаков у реки. День солнца! Лучше бы слон стукнул тебя по башке, чтоб у тебя в ней прояснилось и ты перестал нести чепуху.

— Так что это было? Ведь ревело, как слон, а пыхтело еще громче, — подавленно произнес Панго, не реагируя на слова Джумы. Он и впрямь боялся, ведь обычно он не задает вопросы — у него самого всегда есть сто ответов на один вопрос.

— Ты слышал, мзее? — веселился Джума, — Ревело, как слон! А ведь этот кибоко[53] не подал и голоса! Только пробежал мимо и немножко пыхтел при этом. Эх, ты, герой!

Мы с Джумой некоторое время еще смеялись над порядком струхнувшим Панго, а тот продолжал оглядываться по сторонам.

— Разводим три костра! — отдал я последний в этот день приказ.

Наутро первой моей задачей был осмотр в бинокль окрестностей — вдруг слон где-то поблизости? Но как я ни старался, ничего не увидел — в поле зрения бинокля его не было.

Мы быстро съели по паре сухарей, выпили чая и направились к тому месту, где я вчера видел слона. След от дерева, которое вчера раскачивал слон, вел на юг, и только к полудню мы поняли, почему. Мы вышли к небольшой речке, в которой слои купался незадолго до нас. Поскольку стояла адская жара, мы разделись и тоже выкупались. Вода была восхитительно прохладной. Пусть мы потеряли десять ценных минут, зато сполоснулись. Освежившись, идти по следу гораздо легче.

— Он здесь, — прошептал Панго, который шел первым и первым оказался на вершине небольшого холма. Я посмотрел на свой хронометр. Четыре часа.

— Это он, мзее, — тихо произнес Джума, и мы увидели слона, шедшего по руслу высохшей реки. Я проверил ветер — нам следовало обойти слона с севера, чтобы оказаться с подветренной стороны. На это у нас ушло полчаса. Но когда мы обогнули холм и осторожно выглянули с другой стороны, слон исчез!

Мы осторожно спустились к речке, берега которой заросли папирусом. Мне пришло в голову, что где-то здесь должен быть источник воды и рядом — болото. Ноги стали вязнуть в смеси глины и песка. На минуту я остановился и почувствовал, что проваливаюсь еще глубже.

— Назад! — прошептал я и показал руками то же самое: назад! назад!

Мне пришлось приложить большие усилия, чтобы выбраться, в эти мгновения я и сам со стороны напоминал слона.

— Сюда, мзее, — тоже шепотом позвал Джума, — Здесь твердая почва.

— Где Панго? — спросил я, оглядываясь по сторонам.

— Не знаю, был где-то здесь.

В эту минуту я добрался до Джумы и потопал по земле, проверяя ее на прочность.

— Подай сигнал, — приказал я, слыша, как у одного из нас бурчит в желудке.

На наш сигнал тут же поступил ответ. Он пришел из тростников, которые росли слева, метрах в тридцати от нас.

Вновь я услышал бурчание желудка, и тут мне стало ясно, что это голос не моего желудка. И не желудка Джумы.

— Тембо, — предупредил следопыт.

У меня в руках мгновенно оказался снятый с предохранителя карабин, и я вполголоса позвал:

— Панго, где ты застрял?

— Мзее, помогите мне. Быстрее! — закричал Панго на всю округу, — Я уже по пояс в болоте и не могу выбраться. Как можно быстрее! Слон рядом со мной. Я его слышу, но не вижу!

— Джума, быстро сруби пару веток, — сказал я и стал медленно приближаться к тому месту, откуда доносится голос Панго. Внезапно воздух прорезал звук, от которого у меня захолодело сердце. Трубный звук слона, который он издает только во время атаки. Звук оглушительный, смешанный с чавканьем болота. Я понял, что животное находится ниже меня, и услышал отчаянный крик Панго:

— Помогите! Быстрее, или он убьет меня.

В том месте, где рос самый высокий папирус, в воздух взлетела болотная грязь. Это как раз рядом с Панго. Гулкий голос слона и шлепанье по болоту доносились только оттуда. Слон нас учуял, а после криков Панго и услышал. Видимо, он сильно разозлился и решил до нас добраться. Я выждал минуту и, поскольку слон не приближался, сделал два шага вперед. Я перемещался по песку, который был более надежен, чем глина. Джума принес ветви, и мы, поочередно выкладывая их на землю, стали быстро продвигаться вперед. Я уже завидел Панго — он сидел по пояс в болоте и безуспешно пытался из него выбраться.

— Не двигайся, иначе провалишься еще глубже! — крикнул я, и вновь рядом со мной раздался трубный звук. Ошметья грязи посыпались совсем близко от Панго.

— Быстрее, мзее! Он почти надо мной. Быстрее, или он убьет меня! — в отчаянии выкатив глаза, вопил следопыт.

Джума с максимальной быстротой выкладывал на земле ветки, а я с карабином у плеча следил за качающимися стеблями тростника. Слон был почти в пятнадцати шагах от Панго. Удивительно, почему он не бросается?! Глухое ворчание и трубные звуки, доносившиеся до нас, говорили, что слон находится на одном и том же месте.

Очередная порция ветвей легла на землю, и мы оказались на том участке болота, где недавно прошел слон, оставив за собой тоннель в высоком тростнике. Слон вновь затрубил, но в этом звуке был слышен скорее страх, чем ярость.