Ковчег Спасения - Рейнольдс Аластер - Страница 71

«Вы имеете в виду Капитана».

(Илиа, мы не настолько автономны, чтобы действовать без разрешения другого объекта. Никакие уловки, которыми ты пытаешься нас убедить, здесь не играют роли.)

«Капитана просто надо уговорить, вот и все. Я уверена, в конце концов он согласится».

(Ты всегда была оптимисткой, Илиа?)

«Нет… вовсе нет. Но я верю в Капитана».

(Тогда мы надеемся, что сила твоего убеждения окажется достаточной.)

«Я тоже надеюсь».

Внезапно у Вольевой перехватило дыхание, словно от сильного удара в живот. В голове стало пусто, но неприятное ощущение чужого присутствия исчезло — словно захлопнулась дверь. Она висела в пустом колодце, одна. И хотя люк был по-прежнему заперт, совершенно не боялась.

Илиа отдышалась и пришла в себя, потом попыталась переосмыслить то, что с ней только что произошло. За все годы работы с орудиями она даже не подозревала, что они снабжены охранной субличностью, искусственным интеллектом высокого гамма-уровня — по крайней мере, если не до средней «беты».

Так или иначе, но сейчас Илиа чувствовала себя как выжатый лимон. Похоже, на то и было рассчитано.

Потом вокруг началась какая-то суета. Входной люк, который, насколько помнила Вольева, находился совершенно в другом месте, начал открываться, образовав щель в дюйм шириной, а потом все больше и больше. В колодец ворвался резкий голубой свет. Илиа с трудом смогла различить фигуру в скафандре.

— Хоури?

— Ну, слава вселенским силам! Ты еще жива. Что случилось?

— Скажем так, моя попытка перепрограммировать орудие не закончилась несомненным успехом. Может, не будем развивать эту тему?

Она терпеть не могла обсуждать свои ошибки — ничуть не меньше, чем их совершать.

— Что, ты ввела неправильную команду, или что-то в этом роде?

— Нет, я ввела правильную команду. Только она была правильной для другого узла обработки, а не для того, который был мне нужен.

— Но это тоже ошибка, не так ли?

Вольева повернулась, и на ее шлем упала полоска света:

— Это вопрос технологии. Как ты открыла панель?

— С помощью лома и чьей-то матери. Или по технологии так не полагается?

Хоури продемонстрировала увесистую монтировку, потом вставила ее в едва заметную щель, и несколько раз качнула взад и вперед, пока люк не приподнялся.

— И сколько времени это у тебя заняло?

— Много. Я трахалась с ней с тех пор, как тебя заперло, но она поддалась только сейчас.

Вольева кивнула. Ее подруга могла продолжать в том же духе еще долго, если бы орудие не захотело пойти ей навстречу.

— Отличная работа, Хоури. Как думаешь, сколько тебе еще нужно, чтобы полностью ее открыть?

Хоури оценила свое положение относительно орудия, прикидывая, как увеличить рычаг.

— Еще секунда — и ты свободна, как ветер. Но прежде чем ты окажешься снаружи, давай все-таки решим, что делать с Оводом.

— Послушай, Хоури. Он только-только начал нам доверять. Хорошо, давай прямо сейчас покажем ему этот корабль. Пусть догадается, кто я такая на самом деле. Голову даю на отсечение, ты его больше не увидишь, по крайней мере, в обозримом пространстве и времени. Мы его потеряем. А заодно и единственную возможность по-человечески провести эвакуацию планеты.

— Вряд ли он станет сильнее нам доверять, если мы так и будем клеить отмазки, вместо того, чтобы пустить его на корабль.

— Ничего, какое-то время потерпит.

Ответа не последовало. Вольева немного подождала, а затем заметила, что светящийся голубой полумесяц исчез. Это означало, что фонарик Хоури уже не направлен на оболочку орудия. Монтировка торчала из щели, но не двигалась.

— Хоури… — спросила Вольева, снова теряя спокойствие.

— Илиа… — голос звучал слабо, будто она боролась с удушьем. — Мне кажется, у меня небольшая проблема.

— Вот дерьмо!

Вольева схватила конец монтировки и втянула ее к себе. Потом заняла устойчивую позицию, навалилась на рычаг и расширила отверстие настолько, что смогла высунуть наружу голову в шлеме. В мелькающем свете Илиа увидела, как Хоури уплывает в темноту. Ее «рюкзак» с двигателями летел в противоположном направлении. А на покатом боку орудия чернела фигура тяжелого робота, похожего на агрессивного богомола. Похоже, машиной управлял Капитан.

— Ты, ублюдок чертов! Это я взломала орудие!

Хоури уже преодолела значительное расстояние — примерно половину пути к дальней стене. Как быстро она двигается? Наверно, метра три-четыре в секунду. Не слишком быстро, но конструкция ее скафандра не рассчитана на столкновения и не снабжена соответствующей защитой. Если удар будет сильным…

Илиа еще сильнее навалилась на монтировку, пытаясь выиграть хотя бы несколько жалких дюймов. И смутно догадывалась, что не успевает. Слишком медленно! Хоури врежется в стену задолго до того, как она выберется из орудия.

— Капитан… ты зря это сделал.

Она надавила сильней. Пальцы соскользнули, монтировка чиркнула по шлему и исчезла в темных глубинах колодца. Вольева зашипела от злости. Теперь еще и искать эту хрень, когда и так нет времени! Щель была достаточно широкой, чтобы протиснуться в нее, сняв раму с двигателями и системой жизнеобеспечения. Она сможет вернуться к шаттлу даже без этого, но как помочь Хоури?

— Блин, — бессильно ругалась Вольева. — блин… блин… блин!!!

И тут люк распахнулся, словно она произнесла заклинание.

Илиа выбралась наружу и оттолкнулась от стенки орудия, забыв про робота. Не было времени размышлять, что произошло. Ясно одно: люк мог открыть только Семнадцатый. Или Капитан.

Вольева отдала шлему приказ включить радар и вывести изображение на щиток, потом начала медленно поворачиваться, пока не засекла Хоури. Траектория ее движения пролегала вдоль длинной оси помещения, мимо зловещего нагромождения орудий. Просто чудо, что Хоури до сих пор не столкнулась с аркой монорельса, который проходит по всему Тайнику… пока не столкнулась.

— Ана! Ты жива?

— Еще жива… — в голосе Хоури слышалась боль, словно у раненой. — Не могу остановиться.

Вольева летела вдогонку, лавируя между орудиями, которые казались знакомыми и одновременно таинственными. Картинка на радаре обретала форму и четкость и теперь внятно напоминала фигурку человека. За ней, приближаясь с каждой секундой, была дальняя стена. Вольева оценила свою скорость относительно преграды. Шесть метров в секунду. Хоури, похоже, двигалась не намного медленней.

Максимальное ускорение. Илиа выжимала из двигателей все, что можно. Десять метров в секунду… двенадцать… Она уже видела Хоури — серую фигурку, похожую на куклу с безжизненно болтающейся рукой — которая понемногу становилась больше. Вольева запустила реверсы. Рама задрожала мелкой дрожью, сзади неожиданно громко взревело пламя. Пятьдесят метров… сорок… Похоже, Хоури пришлось несладко. Ее рука словно делала какие-то бессмысленные, но экспрессивные жесты.

— Илиа… стена приближается на глазах.

— Я тоже. Держись. Может быть легкий…

Они столкнулись.

— … толчок.

К счастью, при столкновении Хоури не отбросило в сторону. Вольева ухватила ее за неповрежденную руку, одновременно разматывая трос, закрепила его на поясе Хоури и тут же отпустила подругу. До стены оставалось не более пятидесяти метров. Большой палец Вольевой давил на кнопку, реверсы надрывались, игнорируя протесты субперсоны скафандра. Трос натянулся как струна. Когда до стены оставалось столько же, сколько между Хоури и Вольевой, движение начало замедляться. Зловещая плоскость приближалась, но уже не с такой угрожающей быстротой.

— Ты в порядке? — спросила Вольева.

— Похоже, что-то себе сломала. Как ты выбралась? Когда этот железная мразь меня отшвырнула, люк был почти закрыт.

— Мне удалось открыть его чуть. Подозреваю, мне помогли.

— Капитан?

— Возможно. Но тогда я его не понимаю. Получается, он все-таки на нашей стороне?

Илиа смолкла, чтобы полностью сосредоточиться на процессе. Сматывая трос, она медленно развернулась вокруг себя. На радаре проступили бледно-зеленые призраки тридцати трех орудий, и Вольева прикинула курс отступления.