Судьба найдет на сеновале - Донцова Дарья - Страница 53

– Никогда не ходи на дело в такой одежде, – грудным голосом сказала она поверженному парню. – Запомни, идиот, куртка с капюшоном – первый враг.

– Вы кто? – обомлел я. – Что здесь делаете?

Хрупкая девушка обернулась. Я онемел и прирос ногами к полу.

– Вот так хрень! – выпалил Воронов, оказавшись рядом.

– Иван Павлович, Максим, вы так и будете смотреть на меня или все-таки займетесь задержанным? – усмехнулась Шарлотта. – Наручники есть? Если браслеты не прихватили, можете воспользоваться моими, но потом непременно верните. Они электронные, очень мне нравятся.

– Шарлотта? – выдавил я из себя. – Почему ты здесь?

– Простите, Иван Павлович, меня зовут Ксения, – ответила девушка. – Максим, я продиктую вам номер моего начальника Петра Степановича, соединитесь с ним, он все расскажет. И позовите, наконец, ваших людей. Когда я шла в офис Подушкина, увидела неподалеку тонированную машину. Думаю, там они и сидят. Эй, отомрите! Вы что, без поддержки? Вы камеры не поставили?

Дверь в квартиру распахнулась, появились трое парней. У Воронова непроизвольно дернулась щека.

Ксения склонила голову.

– Ребята, забирайте того, что на полу, и отведите его в минивэн Воронова, пусть увозят. А вы, Максим, запишите телефон и побеседуйте с Петром Степановичем.

Мой друг молча выслушал номер и вышел. Шарлотта достала из уха небольшой овальный предмет и улыбнулась мне.

– Терпеть не могу это приспособление, но оно порой необходимо – надо же слышать, что поддержка говорит. Еще раз извините меня, давайте пройдем в ваш кабинет.

– Вы не Лота? – пробормотал я, разглядывая размалеванное лицо собеседницы. – Где моя гостья из провинции?

– Не беспокойтесь, она прекрасно себя чувствует, – заверила Ксения. – Живет в отличных условиях, ходит на лекции, обзавелась друзьями, получила много подарков. Лота понятия не имеет, что происходит на самом деле. Не успела студентка-заочница поселиться у вас, как в квартиру, естественно в момент отсутствия хозяина, пришла пожилая дама с сумкой, набитой домашней едой. Она открыла дверь своими ключами, крайне удивилась, увидав Шарлотту, представилась будущей тещей Ивана и сказала: «Деточка, моя дочь, невеста Ванечки, очень ревнива. Если она узнает, что жених приютил у себя молодую девушку, то разорвет помолвку. Ты хочешь разбить их счастье? Если нет, давай поселю тебя в уютной квартире около вуза, где ты учишься, повожу по Москве, куплю обновки. Собирайся прямо сейчас, я сама все объясню Ване и жене его двоюродного брата, которая тебя сюда направила». Лота оказалась под нашим присмотром, а я заступила на ее место. Фигуры у нас почти одинаковые, правда, ваша гостья чуть выше, но вы, Иван Павлович, этого не заметили. Что же касается лица, то у нас обеих славянский тип. А вот голос у Лоты необычный, писклявый и мигом запоминается.

– Вот почему она охрипла и никак не могла выздороветь… – пробормотал я. – Экстремальная стрижка, волосы невероятного цвета, чудовищный макияж – все это кардинальным образом изменило лицо девушки. Надеюсь, ужас на вашей физиономии на самом деле не татуировка?

– Нет, – улыбнулась Ксения, – это особая краска, убирается специальными средствами. А на голове парик. Мы рассчитывали на то, что вы не разглядываете женщин, которые не вызывают у вас сексуального интереса, и понимали: за короткий период общения вы не успеете хорошо познакомиться с Шарлоттой. И точно, вы не заметили подмены. Ваня, вы замечательный человек, но профессиональному детективу нужно всегда быть начеку.

Я сел в кресло.

– Вы правы. Хотя было несколько мелких странностей, на которые я среагировал. Вы, Ксения, прекрасно исполнили роль глуповатой девочки из провинции, не обремененной образованием. Одно словечко «впихунькать» чего стоит! Браво! Но когда мы покупали диван, вы сказали о моем доме, что он с кариатидами. Я удивился: девушка знает сложное слово и произнесла его безошибочно, в отличие от «латте» и «эспрессо», которые Лота называла: «лото» и «экспресс». И еще. Помните, я заметил, что у гостьи изменился цвет глаз, о чем вам и сказал.

Ксения смутилась:

– Мой косяк. Забыла надеть линзы.

– Но вы ловко выкрутились, – похвалил я ее. – И совершенно правы, впредь мне следует быть не таким недоверчивым. Кстати, вы ведь так и не объяснили, кем являетесь.

– Она сотрудник особой бригады, – произнес Макс, входя в комнату. – Я говорил с их начальником, Петр Степанович пообещал, что Ксения сама даст объяснения.

Девушка кивнула.

– К нам обратилась Маргарита Осипова, которая сообщила, что ее мужа, Артема Брагина, пугают неизвестные люди. Речь шла не о физическом воздействии, а о психологическом. Маргарита Леонидовна предупредила о строгом сохранении конфиденциальности, супруг не должен был знать, что она в курсе его проблем и пытается вычислить преступника.

Я не смог сдержать эмоций.

– Странные в этой семье отношения. Зачем жить вместе, если вы не доверяете друг другу?

Ксения пожала плечами:

– Меня это не удивляет, я давно поняла: у большинства людей есть секреты, о которых они даже под страхом смерти никому не расскажут. Мы начали работать, и Артем спустя некоторое время обратился к частному сыщику. Руководство подумало, что нам следует знать обо всех действиях Подушкина, поэтому было решено внедрить в его ближайшее окружение меня. Рассматривалось несколько вариантов, но все они имели больше минусов, чем плюсов. И вдруг, нам на радость, на горизонте возникла Шарлотта. Мы этим воспользовались.

– Маргарита уже знает правду про Анну Сергеевну? – заинтересовался Макс.

– Нет, – ответила Ксения, – пока мы ей о ходе следствия не докладывали. Мои коллеги вскапывали одну грядку, а я постоянно присматривала за Иваном Павловичем, не отходила от него.

– Постоянно? – в недоумении повторил я.

Ксения улыбнулась.

– Дядя Ваня, вы довольно беспечны. Не обратили внимания на машину, которая ездила рядом. Правда, седан черный, неприметный, экономкласса, подобных вокруг тьма, но все же надо хоть изредка оглядывать близлежащий пейзаж. И вас совершенно не смутило, что Татьяна, жена Ильи, перестала вам названивать, не интересовалась, как дела у Шарлотты. Разве такое поведение характерно для вашей родственницы?

Мне в голову бросилась кровь.

– Ксения, вы шпионили за мной! В моей машине, квартире и офисе установлены «жучки»?

Ксения не смутилась.

– Иван Павлович, их уберут. Кстати, скажите нам «спасибо». Когда мы узнали, что Воронов собрался поймать Веронику Григорьевну, так сказать, на живца, то решили вас подстраховать и оказались правы. У человека, которого Гудкова отправила изъять письмо Нины Ореховой, был при себе шприц. Пока не знаю, какое в нем содержалось лекарство. Думаю, мощное снотворное. Вы, лежа на диване, ждали, что Воронов отреагирует на появление незнакомца, а Макс заснул. От крика Подушкина он очнулся и упал с кресла.

– Просто я выжидал подходящего момента, поэтому сидел тихо! – разозлился мой друг.

Псевдо-Шарлотта улыбнулась.

– Пусть так. Но вы свалились на пол. Хорошо, что хоть Иван Павлович действовал оперативно, преступник только воткнул иглу, на поршень не успел нажать. Мои коллеги все видели и мне в ухо сказали, что происходит в кабинете. Я ждала преступника в холле.

– Чертов плед! – заорал Воронов. – Запутался в нем ногами!

Я постарался сохранить серьезный вид. Похоже, Ксения права: уставшего за день Макса разморило в тепле, вот он спросонья и рухнул на пол. Смешно, конечно, но я вспомнил, что пособник Гудковой собирался ввести мне неизвестный медикамент, и охота веселиться у меня пропала.

Ксения протянула мне руку:

– Мир? Никому не расскажу, как Воронов барахтался в пледе. Иван Павлович, не дуйтесь, это работа.

Я пожал узкую ладошку лже-Лоты.

– И в мыслях нет обижаться на вас. Вы талантливый человек и, несмотря на юный, почти детский возраст, настоящий профессионал, обладаете артистическими задатками, умны и находитесь в отличной физической форме, свалили здорового мужика. Я бы его не победил в кулачном бою.