Предательство - Рейб Джейн - Страница 92

Дамон озадаченно осмотрелся. Вместо плавных изгибов узкий проход кривился ломаными линиями. Воздух тоже стал другим – влажным и тяжелым. Аромат цветов улетучился.

Грозный Волк решил, что они ошиблись дверью – в лабораторию вел совсем другой путь. Они попытались вернуться, но стена уже закрылась, а найти нужный камень не удалось.

– Тебе не следовало выпускать Мааб, пока я не проснусь, – попенял Дамон Рагху.

– Она не послушалась бы меня, – мрачно откликнулся драконид.

Дамон вздохнул и двинулся вперед. Они долго шли молча, и Грозный Волк развлекался тем, что разглядывал причудливые креплении факелов, выполненные в виде морд различных животных. Ему в голову пришла мысль, что каждая скульптура может обозначать некий тайный ход, скрывающий комнаты с сокровищами чародейки, но скорее – с приспешниками Сабл. В другое время он, конечно, проверил бы это предположение, но сейчас главным было найти выход.

– Эх, если бы с нами был Мэлдред… – заговорил Дамон, наконец, но тут же передумал делиться мыслями с сиваком.

Однако ни лестницы, ведущей в башню, ни других проходов так и не обнаружилось. Грозный Волк злился все больше, но изо всех сил старался сдерживаться. «В конце концов, – думал он, – Рагх не виноват, что сумасшедшая старуха исчезла, не объяснив толком, как попасть наружу».

– Здесь, – вдруг заявил драконид, указав на стену возле факела, вставленного в пасть аллигатора. – Я чувствую оттуда дуновение ветра.

Дамон постарался сосредоточиться. Острый взгляд отметил едва различимые щелки вокруг одного из камней. Бывший рыцарь поднес к стене ладонь и ощутил слабые токи воздуха, несущие отдаленное, но ясно различимое зловоние человеческих останков и тления. Дамон насторожился – в подземелье замка воздух был совсем другой.

– Мы ведь уже не под башней?

– Нет, – ответил сивак. – Мы ушли уже далеко, но я не знаю, в каком направлении.

– Кажется, в западном, – ответил Грозный Волк, надавливая на камень. Часть стены отъехала в сторону, открывая коридор, пол которого был залит стоячей водой. – Что ж, попробуем выйти здесь.

Проход охраняли скульптуры гномов, державшие в руках потухшие черные свечи. Дамон выхватил факел из пасти аллигатора и с любопытством поднес руку к пламени. Как и следовало ожидать – тепла не было. Под воду уходила лестница. Грозный Волк и Рагх прошли несколько ступеней и погрузились по пояс в холодную и грязную жижу. Двигаться стало труднее. Через сотню ярдов коридор раздвоился. Оглядевшись, Дамон заметил, что на черном камне справа выцарапано слово «Страдания», причем от буквы «с» отходил штрих, похожий на стрелку.

– Значит, направо, – решил Дамон не колеблясь – ведь именно оттуда доносился сладковатый, тошнотворный запах смерти и разложения, а из левого коридора пахло лишь тяжелой подвальной сыростью.

Вскоре они наткнулись на ступени, ведущие наверх – в другой извивающийся, но, к счастью, сухой, коридор, окончившийся через сотню ярдов тупиком.

– Отлично! Опять лабиринт! – взревел Грозный Волк и повернул было обратно, но передумал.

Трупный запах, висевший в тупике, должен был откуда-то поступать. Внимательно приглядевшись, он нашел нужный камень с тонкими трещинами по бокам и услышал за стеной слабые шипящие голоса, явно принадлежащие потомкам. Дамон передал факел сиваку, вытащил меч и нажал на камень. Стена повернулась.

В двух шагах действительно стоял потомок и изумленно взирал на них. Не раздумывая долго, Грозный Волк пронзил монстра и ловко увернулся от облака кислоты. Второй потомок, немного меньших размеров, бросился наутек.

– Э, нет! Я не дам тебе позвать на помощь или поднять тревогу! – крикнул Дамон и побежал следом.

Опасаясь, что не догонит врага, Грозный Волк метнул меч. Лезвие вонзилось в спину чудовища, как раз меж крыльев. Потомок закричал, повернулся и кинулся на Дамона, но тот оказался проворнее, проскочил под вытянутыми когтями, выдернул клинок и снова глубоко погрузил меч в чешуйчатое тело. Монстр растаял в едком тумане, осевшем на одежду Грозного Волка.

Оглядевшись, Дамон с сиваком пришли в ужас. Эти подземелья освещали совсем не волшебные светильники, а обычные коптящие факелы в ржавых подставках. Но лучше бы света было поменьше. Вдоль стен тянулись камеры, забитые изможденными узниками и разлагающимися трупами.

– Во имя голов Королевы Тьмы, где мы? – выдохнул Грозный Волк.

Рагх осторожно шагнул вперед.

– Подземные темницы на болоте Сабл разбросаны повсюду. Некоторые принадлежат ей, а некоторые – людям, которые считают, что имеют хоть какую-то власть здесь. Несмотря на весь ужас этого места, то, что мы оказались тут, – хороший знак. Теперь мы сможем найти лестницу и выход наверх.

Дамон спрятал меч и подергал решетки ближайшей камеры, оказавшиеся слишком крепкими даже для его необычайной силы.

– Ты что, собираешься освободить этих людей? Взгляни на них.

Грозный Волк присмотрелся. Действительно, ни один из находившихся в ближайшей камере не прожил бы и двух дней. Пленники были чудовищно истощены или так жестоко избиты, что малейшее прикосновение только усилило бы их страдания. Тем не менее, Дамон попробовал справиться с толстыми прутьями.

– Ты не герой, – сказал драконид. – И нечего беспокоиться напрасно.

«А когда-то я был им, – подумал Грозный Волк. – Я беспокоился о людях, а не о себе. Золотая Луна считала меня героем». Вслух же он произнес:

– Что же они такого совершили? Чем заслужили страшную кару?

Сивак не ответил.

Бывший рыцарь постоял, подумал и решил вернуться назад через потайной коридор – пойти другим путем, чтобы не видеть всех этих ужасов, но тут раздался знакомый голос:

– Дамон? Дамон Грозный Волк?

Он замер напротив одной из клеток. В камере сидело больше десятка заключенных и лежало примерно столько же трупов. Люди походили на тени – ввалившиеся щеки, огромные безжизненные глаза на бледных, как пергамент, лицах.

Среди них были Риг и Фиона.

«Почему же всю жизнь мои пути пересекаются с вашими?» – удивленно потряс головой Грозный Волк.