Предательство - Рейб Джейн - Страница 58

– Тарсис до Катаклизма процветал, – прервал Мэлдред, – но Король-Жрец Истара решил стать Богом, и, согласно легенде, другие Боги рассердились на него и погрузили Истар на дно моря. За несколько последующих столетий мир изменил свои очертания, и Равнины оказались далеко от моря.

– Это называлось – Темные Годы, – добавил Дамон, пощипывая неровно отросшую бороду. – Древние горы исчезли, а новые выросли на месте равнин. Голод и чума прошли по миру. Нечего сказать, прекрасные времена. Прямо как сейчас, когда мы наслаждаемся властью драконов-владык.

Силач указал на море:

– Воды отступили, оставив Тарсис и другие портовые города в глубине суши. Корабли остались лежать на мели, ужасные землетрясения потрясли Равнины, города ушли под землю, а с ними и сокровища. Мы найдем их. Я в этом полностью уверен. А потом пойдем к целительнице. – Он посмотрел на луну. – Я как-то читал книгу, в которой было сказано, что за Темные Годы на Равнинах произошло около четырехсот землетрясений. И самые сильные из них прошли вдоль побережья, возле Тарсиса и… – Мэлдред посмотрел на карту и кивнул в сторону трех маленьких портовых городов, названия которых не сохранились, – …у этих городов. Они показаны только на этой карте, а еще воспоминания о них отражены в преданиях, вот поэтому я и верю, что карта отца подлинная.

Грозный Волк недоверчиво вскинул брови.

– Один из городов был пиратским портом, основанным группой могущественных эрготианцев, которые решили, что в этих краях добыча богаче, чем на их родине. – Голос Мэлдреда дрожал. – Он не указан ни на одной из старинных карт, которые можно найти, только на этой – самой древней из существующих. – Силач прочертил в воздухе пальцем черту вверх от порта. – Видишь поблекшую линию? Она обозначает реку, которая больше не существует. Только несколько пиратских капитанов могли провести по ней свои корабли. Легенда говорит, что те, кто по глупости решался преследовать пиратов вверх по реке, неминуемо садились на мель. Пираты же возвращались и расправлялись с преследователями, оставляя только одного свидетеля, чтобы тот поведал об ужасной каре, ожидающей каждого, кто посмеет войти на корабле в реку.

Дамон тихо присвистнул:

– Значит, благодаря тем свидетелям люди узнали об этом городе и исчезнувшей реке?

Мэлдред рассеянно кивнул:

– А некоторые пираты уводили свои корабли еще дальше и сохраняли свою добычу в труднодоступных пещерах, не доверяя своим приятелям, оставшимся в городе. Эти пещеры, я уверен, как раз и находятся в том месте, где сейчас Кричащая Долина.

– Карта, покажи нам землю такой, какова она сейчас, – поторопил Грозный Волк.

В мгновение ока карта изменилась, отразив современный Кринн – более обширные умеренные равнины, покрытые травой, переходили в холмистую местность, заросшую лесами.

Дамон провел над картой пальцами – он мог поклясться, что чувствовал острые края камней там, где на западе располагались горы. Нынешние Пыльные Равнины в самой широкой их части были около трехсот миль, а с юга на север – двести миль. По краям располагались различные города: на западе – Тарсис и Ригитт, Зериак – на юге, на северо-западе – Донтол, Уиллик и Каменная Роза. Полагнар отстоял немного северо-восточнее Гибели Грэйлора. Точно на севере находился Город Утренней Росы вместе с другими маленькими городками, названными в честь их первооткрывателей. С южной стороны равнины граничили с огромным глетчером, носившим имя Ледяная Стена. Беспорядочные линии, изображавшие горные хребты в тех землях, походили на сосульки. Грозный Волк наклонился ниже и почувствовал дуновение холодного ветра.

– Удивительно! – выдохнул он.

Хотя горы, обозначенные в западной части карты, скорее всего, протянулись через земли гномов, встречалось еще несколько обозначений, указывающих на холмы. Дамон припомнил свои путешествия и сообразил, что земли в тех краях действительно холмистые и поросшие лесом. Древняя безымянная река, по которой плавали пираты, на современной карте, конечно же, отсутствовала. Зато имелась река Торант, которая начиналась в болотах Сабл, протекала по самой средине Равнин и разделялась на притоки, напоминавшие растопыренные пальцы. Вдоль западных притоков Торанта, к северу от Кричащей Долины, стояло несколько деревень.

– Здесь мы можем добыть фургон, – предложил Мэлдред, указывая на одно из поселений. – В… Пшеничниках – так оно называется. И еще несколько лошадей. Нам же надо вывезти все сокровища.

Дамон прокашлялся:

– Карта, есть в этом месте Рыцари Легиона Стали? В Пшеничниках?

Тут же светящиеся крапинки, напоминающие походные костры, рассыпались по листу, отметив и тот город, на который указал Мэлдред.

– А нельзя узнать, сколько рыцарей находится в каждом месте? – уточнил Грозный Волк. – Там может быть один, а может быть и сотня.

Силач покачал головой:

– Не уверен, что это удастся…

– Тогда сначала отыщем сокровища, а потом уже позаботимся о фургоне.

– Хорошо. И потом, у нас есть сивак, который может утащить на себе довольно много.

Они шли уже около трех часов, солнце приближалось к зениту, когда окружающий пейзаж стал меняться не в лучшую сторону. Равнины, поросшие высокой травой, сменялись иссохшей, бесплодной землей, покрытой бесконечной паутиной глубоких трещин. Некоторое время путники ещё чувствовали слабый медвяный запах осенних полевых цветов, а вдали виднелась колышущаяся под ветром трава, но вскоре со всех сторон потянулись пустоши, рождавшие едкий горячий ветер, пропитанный запахом серы. Пыль разъедала глаза, покрывала лица, проникала под одежду.

Мэлдред, погрузившийся в размышления, возглавлял шествие вниз по высохшему руслу. Драконид шагал рядом с Дамоном, беспокойно озираясь по сторонам. Нос сивака постоянно вздрагивал.

– Тебе что-то не нравится? – поинтересовался Грозный Волк.

Рагх не ответил, лишь указал пальцем на юг и сузил глаза, словно бы стараясь что-то рассмотреть.

– Да что такое? – не отставал Дамон, следя за взглядом сивака, но так ничего и не замечая.

– В чем дело? – вскрикнула Рикали. – Я вижу только отвратительную, вонючую землю и твою бескрылую спину. – Полуэльфийка обогнала драконида, таща за собой Вейрека. – Что ты там увидел?